— Я мать твоего мужа, а ты ещё молодая — можешь и в сторонке постоять!
— Вадик, осторожнее ставь!
Галина Петровна указала коротким пухлым пальцем на багажную тележку.
— В той сумке банки с малиновым вареньем. Разобьёшь хоть одну — мало тебе не покажется.
Вадик по привычке сгорбился и покорно перехватил обеими руками тяжёлый клетчатый баул матери. От напряжения на его лбу выступили мелкие капли пота.
— Мам, зачем ты вообще взяла с собой варенье? — спросил он, натянуто улыбаясь. — Мы ведь едем отдыхать к морю. В гостинице питание включено.
— Знаю я, чем вас там кормят! — громко фыркнула Галина Петровна так, что её услышали едва ли не у соседних стоек.
Она поправила на плече большую сумку из искусственной кожи.
— На этих ваших шведских столах одна соя, порошки и непонятно что. А у меня всё домашнее, натуральное. Малиновое варенье ещё и для суставов полезно.
Алина стояла немного поодаль, возле стеклянных дверей терминала, и молча смотрела в телефон. До вылета оставалось чуть больше двух часов. Внутри неё медленно накапливалась тяжёлая, вязкая усталость.
Об этом отпуске она мечтала полгода.
Сама отслеживала выгодные предложения, выбирала гостиницу на первой линии, сравнивала условия и бронировала номер. Из собственных средств оплатила два билета в бизнес-класс — себе и мужу.
Алина хотела хотя бы несколько часов провести в просторном кресле, выспаться и на время забыть о бесконечных отчётах, таблицах и рабочих звонках.
Однако три недели назад на пороге их квартиры неожиданно появилась Галина Петровна.
Она пожаловалась сыну на высокое давление и заявила, что ей срочно необходимо подышать морским воздухом. В противном случае, по её словам, до холодов она может и не дожить. Врачи якобы прямо предупредили её об этом.
Вадик уговаривал жену три дня подряд. Ходил за ней по квартире, вздыхал, просил войти в положение матери.
В конце концов Алина уступила. Продолжать спор было утомительнее, чем согласиться.
Но билет для свекрови она приобрела в экономический класс. Оплачивать дорогое место ради очередной прихоти Галины Петровны Алина не собиралась.
— Алин, передай паспорта, — позвал её муж.
Он уже стоял возле стойки регистрации и беспокойно переминался с ноги на ногу.
Алина подошла и без лишних слов протянула сотруднице три документа. Девушка в форменном платке быстро ввела данные в компьютер.
— У вас два места в бизнес-классе, — произнесла она с дежурной улыбкой. — И одно место по стандартному экономическому тарифу. Всё правильно?
— Как это по экономическому? — моментально возмутилась Галина Петровна.
Она тяжело шагнула к стойке и бедром отодвинула сына в сторону.
— Девушка, вы что-то перепутали. Мы одна семья и должны лететь вместе.
— В бронировании указаны разные тарифы, — спокойно объяснила сотрудница. — Два билета повышенной комфортности и один стандартный билет экономического класса.
Галина Петровна резко повернулась к сыну.
— Вадик, это ещё что такое?
Муж Алины привычно втянул голову в плечи. Его взгляд забегал по сторонам, лишь бы не встречаться с рассерженными глазами матери.
— Мам, мы ведь дома это обсуждали. Билеты в бизнес-класс слишком дорогие. В экономе тоже можно нормально долететь.
Он попытался улыбнуться.
— Тем более полёт всего четыре часа.
— Нормально? — голос Галины Петровны взлетел под высокий потолок терминала.
Люди у соседних стоек начали оборачиваться.
— У меня больные суставы! Куда я там ноги дену в вашем тесном закутке? Я за четыре часа вся затеку!
— Галина Петровна, — сухо произнесла Алина, — билеты приобретались заранее и по разной стоимости. Теперь уже ничего не изменить.
— Я прекрасно понимаю, кто это придумал, — процедила свекровь.
Она окинула невестку тяжёлым, неприязненным взглядом.
— Намеренно отправила мать подальше, чтобы я не мешала вам разваливаться в широких креслах.
— Вес вашего багажа превышает допустимую норму на пять килограммов, — вмешалась сотрудница аэропорта. — Для пассажира экономического класса установлен меньший лимит. Потребуется доплата.
— Ещё чего! — возмутилась Галина Петровна. — Вадик, плати! Это всё из-за твоей жены!
Вадик обречённо вздохнул, достал кошелёк и медленно направился к кассе.
Алина не стала отвечать свекрови. Она спокойно забрала свой посадочный талон.
Когда муж вернулся, она сказала:
— Встретимся после досмотра. Я пойду в зал ожидания для пассажиров бизнес-класса. Мне нужно немного поработать.
— А мы? — растерянно спросил Вадик.
— У вас обычные билеты. По ним туда не пропускают. На входе проверяют список пассажиров.
Галина Петровна шумно вдохнула, явно собираясь устроить очередную сцену.
Но Алина уже повернулась и направилась к эскалатору. Спорить с людьми, не желающими слышать никаких доводов, было бесполезно.
В бизнес-зале царили тишина и приятная прохлада. Пахло свежей выпечкой и качественным кофе. Алина налила себе стакан воды со льдом и устроилась в большом мягком кресле.
Примерно через полчаса телефон завибрировал.
Звонил Вадик.
— Алин, ну зачем ты так? — жалобно начал он. — Оставила нас сидеть на жёстких скамейках. Мама обиделась. Здесь ещё и душно.
— Пусть обижается, — ровно ответила жена. — Я оплатила комфорт и собираюсь им пользоваться.
— Слушай, мы подошли к входу в твой зал, — виновато произнёс муж. — Выйди и попроси девушек, чтобы маму пропустили. Она ведь пожилой человек.
Алина прикрыла глаза ладонью.
— Вадик, туда пускают по билету бизнес-класса либо за отдельную плату. Хочешь — оплати ей вход.
— Ты видела, сколько это стоит? — возмутился он. — Там цена просто безумная! Скажи сотрудницам, что она с тобой.
— Нет. Я занята. Увидимся у выхода на посадку.
Алина завершила вызов.
Вадик всегда вёл себя именно так. Он старался стать незаметным, раствориться в обстановке, лишь бы не попасть под материнский гнев.
Он без колебаний нарушал чужие границы, если это позволяло избежать упрёков Галины Петровны.
После объявления посадки Алина спустилась к нужному выходу.
Свекровь и муж уже стояли в длинной очереди. Галина Петровна выглядела крайне раздражённой. Она опиралась на тяжёлую сумку, словно на трость, а её лицо раскраснелось.
— Наконец-то появилась, — громко хмыкнула она, заметив невестку. — Хорошо посидела на мягких подушках? Бесплатной еды наелась?
— Вполне, — коротко ответила Алина.
— Пассажиры бизнес-класса приглашаются на посадку вне общей очереди, — раздалось из динамиков.
Алина шагнула к свободной стойке.
— Мы с ней! — тут же выкрикнула Галина Петровна.
Она вцепилась в рукав сына и потащила его за собой, бесцеремонно протискиваясь мимо других пассажиров.
Сотрудница на контроле проверила посадочный талон Алины и пропустила её. Затем взяла документ у Галины Петровны.
— Пассажир с билетом бизнес-класса может пройти. А вам необходимо подождать. Посадка вашей зоны начнётся позже, через общую очередь.
— Я лечу с сыном! — возмутилась свекровь, перегородив проход. — И с этой женщиной тоже! Пожилых людей надо уважать! Я долго стоять не могу, у меня суставы больные!
Сотрудница устало вздохнула и всё-таки махнула рукой, разрешая пройти.
Похоже, она решила, что проще уступить скандальной пассажирке, чем задерживать очередь и выслушивать дальнейшие возмущения.
Они двинулись по длинному телетрапу.
В салоне бизнес-класса было тихо и просторно. Широкие кожаные кресла выглядели особенно уютно, а мягкий приглушённый свет настраивал на отдых.
Алина подошла к первому ряду. Её место находилось у иллюминатора — 2А.
Она открыла багажную полку, чтобы убрать ручную кладь.
В этот момент Галина Петровна неожиданно ловко, будто совершенно забыв о больных суставах, проскользнула мимо неё и уселась прямо на место невестки.
Свекровь с хозяйским видом вытянула ноги в проход и положила огромную сумку на соседнее кресло, заняв сразу оба места.
— Мам, ты что делаешь? — растерялся Вадик.
Он остановился посреди прохода с рюкзаком в руках.
— Твоё кресло дальше, в пятнадцатом ряду. Нам нужно идти туда.
— Сам и иди в свой пятнадцатый ряд! — рявкнула Галина Петровна.
Она удобно откинулась на спинку.
— У меня спина болит. Я полечу здесь.
Затем свекровь высокомерно посмотрела на Алину.
— А она молодая, ничего с ней не случится. Посидит четыре часа в экономе, не развалится. Не знатная госпожа.
Вадик заметно побледнел. Он затравленно взглянул на жену.
Позади уже собирались пассажиры, которым они перекрыли проход.
— Девочки, давайте только без скандала, — тихо и заискивающе заговорил он. — Алин, ну правда, сядь назад. Я тебе потом всё компенсирую. Честно.
Он нервно улыбнулся.
— Маме тяжело лететь. Зачем устраивать представление перед людьми?
Алина молча смотрела на мужа.
В его глазах отражался привычный липкий страх. Главное, чтобы мать не повысила голос. Чтобы пассажиры не смотрели. Чтобы никто не посчитал его виноватым.
Потом Алина перевела взгляд на свекровь.
Галина Петровна сидела с совершенно победоносным выражением лица. Подбородок был высоко поднят, губы сжались в торжествующую тонкую линию.
В её представлении всё уже закончилось.
Она унизила невестку при посторонних, заставила уступить дорогое место и в очередной раз доказала сыну, кто в семье главный.
— Понятно, — отчётливо сказала Алина.
Голос она не повысила.
— Хорошо.
— Вот и умница, — расплылась в ядовитой улыбке Галина Петровна. — Старших нужно уважать.
Она сразу же потеряла интерес к невестке и повернулась к сыну.
— Вадик, попроси, чтобы мне принесли томатный сок. И плед пусть дадут. Здесь сквозит.
Алина развернулась и направилась вперёд по салону.
— Ты куда пошла? — нервно крикнул ей вслед муж. — Экономический класс в другой стороне!
— У меня есть дело, — бросила она через плечо.
Вадик облегчённо выдохнул.
Ему показалось, что конфликт завершён. Жена, как обычно, уступила. Мать получила желаемое, значит, теперь можно успокоиться и лететь отдыхать.
Но в пятнадцатый ряд Алина не пошла.
Она остановилась возле передней служебной зоны. Там старший бортпроводник — высокий мужчина с бейджем «Сергей» — просматривал список пассажиров на планшете.
— Добрый день, — спокойно обратилась к нему Алина.
Алина протянула старшему бортпроводнику бумажный посадочный талон.
— У меня место 2А, — спокойно объяснила она. — Но его без разрешения заняла другая пассажирка и отказывается пересаживаться.
Сергей нахмурился.
— Вы просили её освободить кресло?
— Да. Она сказала, что останется там. У неё билет в экономический класс, место 15Б.
— Я вас понял. Подождите минуту.
Сергей убрал планшет в сторону и уверенно направился в салон бизнес-класса. Алина пошла следом.
Галина Петровна за это время уже успела снять тесные туфли. Она сидела, вытянув ноги, и громко требовала у проходящей мимо бортпроводницы принести ей свежую газету и стакан воды.
— Простите, — вежливо, но твёрдо произнёс Сергей.
Он остановился возле занятого кресла.
— Покажите, пожалуйста, ваш посадочный талон.
— А зачем он вам? — искренне возмутилась Галина Петровна. — Билет сын покупал. Вон он рядом стоит!
— Мам, покажи документ, — торопливо вмешался Вадик.
Он начал судорожно хлопать себя по карманам, затем достал из куртки смятый посадочный талон и протянул его старшему бортпроводнику.
Сергей быстро посмотрел на указанные данные.
— Ваше место находится в пятнадцатом ряду, 15Б. Прошу пройти в экономический салон и освободить кресло для пассажира, которому оно принадлежит. Из-за вас задерживается посадка.
— Никуда я не пойду! — резко заявила свекровь.
Она тяжело подалась вперёд.
— У меня больные суставы! Я почти инвалид! А невестка молодая, может и сзади посидеть. Мы по-семейному местами поменялись!
— Самовольная пересадка в салон повышенной комфортности запрещена правилами авиакомпании, — чётко ответил Сергей. — Это нарушает условия перевозки. Как старший член кабинного экипажа я требую, чтобы вы заняли место, указанное в вашем посадочном талоне.
В его голосе больше не осталось ни мягкости, ни предупредительности. Теперь он звучал холодно и официально.
— Да я жалобу на вас напишу! — закричала Галина Петровна на весь салон.
Она обеими руками вцепилась в кожаные подлокотники.
— Вадик, скажи ему! Что ты стоишь и молчишь, будто тебя здесь вообще нет?
Вадик покраснел до самых ушей.
— Ну зачем сразу так строго? — пробормотал он. — Мы же договорились между собой. Семья всё-таки. Пусть мама здесь полетит.
— Это исключено, — сухо ответил Сергей.
Он снова посмотрел на Галину Петровну.
— Повторяю в последний раз. Освободите место и перейдите в свой салон. В противном случае я доложу командиру воздушного судна, что вы отказываетесь выполнять законные требования экипажа. Тогда вас снимут с рейса с участием транспортной полиции.
— Пусть снимают! — взвизгнула свекровь. — Всё равно никуда не уйду! Я за билет платила!
В знак протеста она демонстративно откинула спинку кресла назад.
Сергей без дальнейших уговоров снял с пояса рацию.
— Командир, говорит старший бортпроводник. В салоне пассажирка заняла место 2А, отказывается пройти на своё кресло и не выполняет требования экипажа. Прошу вызвать сотрудников транспортной полиции к борту.
Вадик буквально обмяк и опустился в соседнее кресло. Он закрыл лицо ладонями.
— Алина, скажи им что-нибудь, — невнятно попросил он. — Зачем всё доводить до такого? Это же мама.
— А я какое отношение к этому имею? — бесстрастно спросила жена.
Она спокойно стояла в проходе, прислонившись плечом к перегородке.
— У авиакомпании есть правила. Я оплатила своё место и имею право им пользоваться.
Примерно через десять минут в самолёт вошли двое сотрудников транспортной полиции. Следом за ними появилась представительница авиакомпании с документами в руках.
После этого стало окончательно ясно, что спор окончен.
Галина Петровна быстро поняла: криками и возмущением теперь ничего не добиться. Перед ней стояли люди, на которых не действовали ни жалобы на здоровье, ни ссылки на возраст, ни привычные семейные манипуляции.
Продолжать скандал с сотрудниками в форме она не решилась.
Свекровь тяжело дышала от злости, натягивая туфли на отёкшие ноги.
— Больше я в вашем доме не появлюсь, — процедила она сквозь зубы.
Она резко схватила свою массивную сумку.
— И ты, сынок, тоже хорош. Родную мать променял на эту бессовестную женщину.
— Гражданка, проследуйте к выходу, — строго сказал один из полицейских, указывая в сторону двери. — Документы оформим в отделении.
Галина Петровна тяжело зашагала к выходу в сопровождении сотрудников.
Вадик дёрнулся было следом, будто собирался подняться, но быстро передумал и остался сидеть. Отказываться от уже оплаченного отдыха у моря ему явно не хотелось.
Алина без суеты заняла своё законное место у иллюминатора.
Кресло действительно оказалось просторным и очень удобным.
— Перед взлётом вам предложить воду или игристое вино? — приветливо спросила бортпроводница, будто никакого скандала только что не произошло.
— Игристое, пожалуйста, — ответила Алина.
Вадик сидел рядом и тяжело дышал. Он молчал, лишь время от времени бросая на жену осторожные взгляды, словно впервые понял, что она умеет не уступать.
Полёт прошёл спокойно.
Алина посмотрела фильм, нормально пообедала и даже немного поспала. Ни чувства вины, ни сожаления она не испытывала.
Чемодан Галины Петровны, в котором лежали банки с малиновым вареньем, Вадик потом снимал с багажной ленты сам.
Алина в это время без спешки заказывала машину до гостиницы.
Их отпуск только начинался.
