Дочь назначила меня постоянной няней, даже не подумав спросить, согласна ли я. В один прекрасный день она просто привезла внуков вместе с вещами и сообщила:
— У тебя недельку поживут.
Только эта самая «неделька» незаметно превратилась едва ли не во всю мою дальнейшую жизнь…
Милана у меня поздний ребёнок, поэтому росла избалованной. Замуж выскочила довольно рано, вскоре родила погодков — сначала мальчика, потом девочку. И, похоже, решила, что раз мать живёт рядом, беспокоиться о детях особенно не придётся.
Внуков я, конечно, люблю. Егорка характером пошёл в меня — шустрый, боевой, везде первый. А Уля совсем другая: тихонькая, ласковая. Подойдёт, обнимет — и сердце сразу размягчается. Я готовила им еду, стирала вещи, водила в детский сад и на занятия, не спала ночами возле кроватей, если кто-нибудь заболевал. Когда-то точно так же растила собственных детей, а теперь словно отправилась на второй круг.
Только тогда дети были мои.
А теперь мне словно передали чужой груз на складе: получила, расписалась — и отвечай.
Поначалу всё выглядело относительно безобидно. То у Миланы работа, то у неё с мужем дополнительный заработок, то обоим внезапно требовалось отдохнуть, потому что они, видите ли, очень устали. Дочь привозила детей в пятницу вечером, а забирала в воскресенье.
Постепенно внуки стали появляться у меня и посреди недели.
Сначала Милана хотя бы звонила и спрашивала, могу ли я посидеть. Потом перестала даже предупреждать.
Раздавался звонок. Я открывала дверь, дочь быстро заводила Егорку и Улю в прихожую и уже на ходу бросала:
— Мам, я ужасно опаздываю! Они поели. Всё, целую!
И исчезала.
А у меня, например, холодильник почти пустой, а на следующее утро самой нужно вставать затемно и отправляться на смену.
На работе мои семейные обстоятельства, разумеется, никого не интересовали. Сменщица заболела, на базе дел невпроворот, ведомости не сходятся, начальство недовольно. А я постоянно куда-нибудь отпрашивалась: утром нужно отвести Егорку в садик, среди рабочего дня забрать Улю с продлёнки, потом из-за очередных детских забот опаздываю на смену.
Однажды начальник вызвал меня к себе и положил передо мной бумагу.
Выговор.
— Татьяна Петровна, вы всегда были прекрасным сотрудником. Столько лет работали без единого замечания. Но в последнее время вас постоянно нет на рабочем месте. Так ведь и работу потерять недолго.
Я стояла перед ним, нервно перебирая пальцами край косынки, и не представляла, что ответить.
Не станешь же объяснять начальнику, что меня буквально разрывают на две части. С одной стороны склад, с другой — дети дочери, а я одна и физически не могу успеть везде.
В конце концов решила поговорить с Миланой.
— Доченька, ты хотя бы заранее предупреждай, когда детей привезти собираешься. Я ведь работаю. Мне уже выговор сделали из-за постоянных отлучек.
Милана посмотрела на меня с таким неподдельным удивлением, словно услышала нечто совершенно нелепое.
— Мам, да какая у тебя там работа? Сидишь целыми днями на своём складе, и всё. Тебе всё равно заняться нечем.
Заняться нечем.
Мне.
Человеку, на котором держится практически весь склад, а после работы ещё и её дети.
В тот раз я ничего не ответила. Промолчала, проглотила обиду.
Но после этих слов внутри словно появилась маленькая болезненная заноза.
А вскоре я увидела объявление.
Оно висело на доске возле входа в наш дом культуры, мимо которого я часто проходила. Набирали взрослых на вечерние курсы кройки и шитья.
Шить я любила ещё с молодости. Даже мамина машинка у меня сохранилась — стоит дома под чехлом и годами собирает пыль.
Я задержалась возле объявления, перечитала его несколько раз, а потом записала номер телефона.
Шла домой и уже представляла: запишусь на занятия, научусь нормально шить, сделаю себе новое платье, Уле красивый сарафан, Егорке что-нибудь…
Пришла домой — а там уже сидит вся моя компания.
Ключи от квартиры у Миланы были, поэтому моего присутствия для визитов она не считала обязательным условием.
Все спокойно пили чай.
— Мы с Владом к друзьям на дачу собрались, — сообщила дочь, отпивая из чашки. — До воскресенья там останемся. Дети у тебя побудут, агась?
Я тяжело вздохнула.
— Агась.
А куда деваться?
Внуки ведь родные.
Через некоторое время в моей жизни появился Степан.
Спокойный мужчина, живёт один. Работает на той же базе, что и я, только в гараже ремонтирует машины. Руки у него почти всегда в машинном масле, зато глаза добрые.
Сначала Степан просто провожал меня после смены до автобусной остановки. Потом однажды напросился в гости на чай. Ещё позже предложил как-нибудь сходить вместе в кино. В доме культуры тогда показывали старый хороший фильм.
И именно тогда я впервые задумалась не мимоходом, а по-настоящему.
А ведь я хочу пойти.
Хочу сходить со Степаном в кино. Хочу записаться на курсы. Хочу иногда куда-нибудь ездить и заниматься тем, что интересно лично мне.
И я могла бы всё это делать, если бы дочь не привыкла оставлять на мне детей, даже не интересуясь моими планами.
В соседнем отделе нашей базы работала Роза.
У неё ситуация была почти такая же: дочь и внуки, которых тоже постоянно пытались оставить на бабушке.
Однажды во время обеденного перерыва Роза подсела ко мне, сделала глоток чая и сказала:
— Тань, ты не позволяй им на себе ездить. Я своей пару месяцев назад прямо сказала: всё, хватит. Я бабушка, а не бесплатная няня. Нужна постоянная нянечка — нанимай. Знаешь, что произошло? Поворчала моя дочь немного, потом привыкла. И уважать меня стала гораздо больше, чем раньше, когда я перед ней ковриком расстилалась.
Я слушала Розу и думала: оказывается, можно и так.
Просто сказать «нет».
А я этого никогда не умела.
Всю жизнь под кого-нибудь подстраивалась.
После того разговора решила твёрдо: если Степан ещё раз пригласит меня в кино, обязательно соглашусь.
И точка.
Он позвал в субботу.
Я обрадовалась так, будто снова стала молодой девушкой. Начала заранее готовиться, думала, что надеть.
Но вечером в пятницу раздался звонок в дверь.
На пороге стояли Егорка с Улей, оба с рюкзаками.
А Милана уже спускалась по лестнице и на ходу крикнула:
— Мам, выручай! Мы в гости едем. В воскресенье вечером детей заберём! Всё как обычно!
Я вышла на площадку и крикнула вслед:
— Милана, подожди! Я завтра занята. У меня планы…
Дочь остановилась несколькими ступеньками ниже, повернулась и посмотрела на меня.
А потом рассмеялась.
— Какие ещё планы у тебя? Сериал один вечер пропустишь? Ладно, всё, мам, я побежала!
И действительно убежала.
А я осталась с внуками.
Степану пришлось позвонить и отказаться от кино.
Он, кажется, не обиделся.
— Ничего страшного, — спокойно ответил он. — Сходим в другой раз.
Мы попрощались.
И вдруг меня пронзила простая мысль: а другого раза ведь может не случиться.
Я положила телефон и ещё долго сидела одна в темноте.
Через некоторое время отмечали день рождения Ули. Все собрались у Миланы. Стол был накрыт, дети бегали по квартире, вокруг шумели разговоры, гости веселились.
И вдруг Милана решила рассказать всем забавную, по её мнению, историю.
— Вы представляете, что моя мама в прошлую пятницу устроила? Привожу ей детей, а она заявляет, что у неё, оказывается, планы! Можете себе представить? Я внуков привезла, а она ещё недовольна. Называется, бабушка…
Дочь обвела гостей взглядом, явно ожидая поддержки.
Кто-то усмехнулся. Кто-то неодобрительно покачал головой, словно действительно считал, что современные бабушки стали ленивыми и слишком много думают о себе.
Тут сестра Влада, Алёна, тоже решила высказаться:
— Раньше бабушки за внуками смотрели и даже не спорили. Моя маман такая же стала: «У меня планы». Какие вообще могут быть планы в её возрасте?
Формально говорила она не обо мне.
Но меня эти слова задели.
Я поднялась из-за стола.
Все сразу посмотрели в мою сторону.
— Знаешь что, Милана, — начала я. — Я тебя одна растила. После смены на складе бегом домой мчалась к тебе. Потом появились твои дети — стала заниматься ещё и ими. Без нормального отпуска. Да какой там отпуск… У меня за все эти годы от вас даже настоящего выходного ни разу не было.
За столом постепенно стихли разговоры.
Милана поджала губы.
Я продолжила:
— Поэтому с завтрашнего дня ваша бесплатная няня увольняется. По собственному желанию. Если вам нужен человек, который постоянно будет присматривать за детьми, существуют платные няни. А бабушка теперь принимает только по предварительной записи. Заранее договариваетесь со мной, как на приём к врачу. Не договорились — детей не принимаю.
Милана вспыхнула.
— Мам, ты что такое говоришь при всех?! Они же твои внуки!
Я устало махнула рукой.
— Всё, Милана. Хватит. Свою смену я уже отработала.
Дочь переглянулась с Владом, однако спорить дальше не стала.
С того дня прошёл месяц.
На курсы кройки и шитья я всё-таки записалась. Теперь регулярно хожу на занятия, и преподаватель меня даже хвалит.
Со Степаном мы начали встречаться.
В кино выбираемся почти каждую неделю, а недавно вдвоём съездили на турбазу возле озера.
Милана, конечно, обиделась.
Несколько раз пыталась без предупреждения привезти детей, но я просто не открыла дверь.
От родственников потом узнала, что они с Владом всё-таки решили искать няню.
С первой кандидаткой не получилось: она назвала такую стоимость своих услуг, что Милана пришла в ужас.
Вторая оказалась ленивой. Сажала детей перед телевизором, а сама почти всё время проводила в телефоне.
Но теперь, кажется, через знакомых они нашли студентку-заочницу педагогического института.
Говорят, девушка неплохая.
Ну и слава богу.
