По пятницам Вера почти всегда ужинала в одиночестве. За последние несколько месяцев это вошло в привычку, и, если признаться самой себе, подобное положение вещей её даже устраивало.
Павел возвращался домой ближе к полуночи, а случалось, что и значительно позже. Заходил в квартиру, снимал куртку, разувался в прихожей и каждый раз одинаково объяснял задержку:
— Отчёты.
Вера вопросов не задавала и спорить не пыталась. Просто разогревала оставленный мужу ужин. Потом они садились за стол, ели и почти не разговаривали, каждый думая о своём.
В браке Вера и Павел прожили двадцать восемь лет. Все эти годы они жили в квартире, которая принадлежала Вере ещё до замужества.
Собственного жилья у Павла никогда не было. Правда, ему принадлежала доля в старом родительском доме, но строение давно пришло в аварийное состояние.
Вера работала фасовщицей на небольшой фабрике за рекой. Там выпускали пряники и овсяное печенье. Рабочий день заканчивался в четыре часа, и до дома она обычно добиралась пешком.
Пятничный вечер Вера давно считала своим.
Вернувшись с работы, она переодевалась во что-нибудь домашнее и готовила для себя простую еду.
И ей было хорошо.
Вслух она никогда бы в этом не призналась, но именно по пятницам, когда Павла не было рядом, ей почему-то становилось легче дышать.
Странности в поведении мужа появились немного позже.
Неожиданно Павел начал самостоятельно гладить свои рубашки. Раньше этим всегда занималась Вера, а теперь муж внезапно решил, что справится без неё.
Однажды она хотела помочь, но Павел недовольно буркнул:
— Не лезь. Ты постоянно воротник мне мнёшь.
Особенно тщательно он собирался именно по пятницам. Доставал светлую рубашку, которую раньше надевал только по особым случаям, и пользовался недавно купленным одеколоном.
В начале декабря автобаза, на которой работал Павел, отмечала двадцатипятилетний юбилей. Руководство решило по этому поводу провести корпоратив.
Павел явно не горел желанием брать жену с собой, но новый директор, проработавший здесь всего около полугода, распорядился, чтобы сотрудники приходили с супругами.
Пришлось Павлу согласиться.
Для праздника арендовали зал в кафе.
Веру посадили почти с самого края длинного стола. Рядом оказалась бухгалтерша — доброжелательная женщина, успевшая к тому времени немного захмелеть.
В помещении играла музыка. Мужчины периодически выходили на улицу покурить. Вера сидела в своём единственном хорошем платье и чувствовала себя здесь немного чужой.
Директор автобазы Альберт Юрьевич переходил от одного стола к другому и каждому сотруднику старался сказать несколько приятных слов.
Наконец дошёл и до Веры.
— Добрый вечер, Вера Александровна, — поздоровался он и опустился на свободный стул рядом. — Что я могу сказать о вашем Павле… Таких работников ещё поискать надо. По пятницам один с отчётами чуть ли не до самой ночи сидит. Медаль пора человеку вручать, честное слово.
Вера улыбнулась.
Она уже собиралась подтвердить, что муж действительно постоянно задерживается, но Альберт Юрьевич неожиданно махнул рукой и рассмеялся.
— Да шучу я! У нас пятница-развратница — дело святое. Вы уж простите, конечно, — он весело хихикнул, и его полные щёки затряслись. — Ничего такого я не подразумеваю. Просто по пятницам мы работу раньше заканчиваем. Я ведь не зверь какой-нибудь. Понимаю: за неделю человек устал, хочется поскорее домой, к семье… Пятница — святое дело, нда-с. Правда ведь, Пал Андреич?
Он повернулся к Павлу, который в тот момент находился неподалёку.
На лице мужа на мгновение появилось странное выражение, словно набежала тень, однако Павел быстро взял себя в руки.
— Верно, верно, — поспешно согласился он и указал на выход. — Пойду-ка я свежим дымом подышу.
— Иди, дыши.
Начальник одобрительно кивнул, обменялся с Верой ещё несколькими любезностями и отправился дальше обходить гостей.
«Вот оно как, — подумала Вера. — Пятница-развратница, значит? Интересно. Ну-ну…»
Павлу она ничего не сказала.
Ни вопросов, ни обвинений, ни скандала.
По дороге домой муж несколько раз украдкой поглядывал на Веру, словно пытался понять, услышала ли она что-нибудь лишнее. Но, заметив её спокойствие, постепенно расслабился.
А Вера в ту ночь практически не сомкнула глаз.
Она лежала, отвернувшись к стене, и смотрела в темноту.
Павел рядом дышал глубоко и ровно, периодически посапывал, а однажды даже громко всхрапнул.
Спал совершенно безмятежно.
Будто совесть у него была абсолютно чиста.
И именно это почему-то задевало Веру особенно сильно.
Но держать случившееся в себе она не могла. Поэтому на работе решила посоветоваться с Ларисой — бойкой коллегой, которая никогда не позволяла садиться себе на шею ни мужу, ни свекрови, ни кому-либо ещё.
Выслушав Веру, Лариса сразу сказала:
— Проследи за ним. Чего сидеть и гадать?
Вера растерялась.
— Да как я прослежу? Я же в это время работаю.
— В пятницу отпросись. Скажи, что заболела, или ещё что-нибудь придумай. И посмотри своими глазами, куда твой Павел после работы отправляется.
Вера отрицательно покачала головой.
От одной мысли о подобном ей становилось неприятно.
Как это вообще будет выглядеть? Она станет красться за собственным мужем, прятаться по углам, подсматривать?
Может, тогда уж сразу купить парик и тёмные очки для конспирации?
Глупость какая-то.
Лариса немного помолчала, а потом добавила уже тише:
— И если увидишь его с кем-нибудь, обязательно сфотографируй.
Вера удивлённо посмотрела на коллегу.
— Зачем?
Лариса закатила глаза.
— Ну ты и святая простота! Пойми, если ничего не делать, хорошего из этого не получится. Надо действовать. Хотя бы доказательства иметь.
— Доказательства для чего?
Теперь Лариса посмотрела на неё почти с жалостью.
— Для того, чтобы, если всё подтвердится, у тебя был настоящий повод для сама понимаешь чего. Ты же не собираешься дальше жить с человеком, который тебя предал?
Вера тихо вздохнула.
Всю следующую неделю она внимательно наблюдала за мужем.
Но Павел вёл себя совершенно обычно.
Однажды, когда Вера стояла возле мойки, он даже подошёл сзади, обнял её и привычно ткнулся носом в макушку, как когда-то в молодости.
Ещё несколько дней назад от такого жеста Вера наверняка бы растрогалась.
Теперь же в голове прочно сидели две вещи: директорское «пятница-развратница» и разговор с Ларисой.
«Совесть мучает, поэтому и ласковый стал», — сердито решила она.
В пятницу утром Павел, собираясь на работу, как бы между прочим сообщил:
— Сегодня опять поздно приду. Отчёты.
Вера посмотрела мужу прямо в глаза.
— Конечно, Паш.
И в тот же день она отпросилась с работы.
Сказала, что плохо себя чувствует. Начальница Наталья Николаевна, женщина добрая и понимающая, без лишних вопросов отпустила её домой.
Только домой Вера не пошла.
Она дошла до остановки и села в автобус, направлявшийся в промышленный район, где располагалась автобаза Павла.
Всю дорогу Вера спорила сама с собой.
Что она вообще делает?
Собирается следить за мужчиной, с которым прожила почти тридцать лет?
Зачем ей это?
«Всё, хватит. Не буду изображать сыщика. На следующей остановке выйду и поеду домой», — несколько раз решала она.
Но автобус проезжал очередную остановку, а Вера продолжала сидеть на своём месте.
В конце концов она доехала до автобазы.
Выйдя из транспорта, Вера перешла дорогу и спряталась за небольшим киоском, откуда хорошо просматривались ворота предприятия.
Оставалось ждать.
Без десяти час сотрудники начали постепенно расходиться.
Вера всматривалась в каждого выходящего.
Павел появился одним из последних.
Он вышел за ворота и направился вдоль забора в сторону тополей. Там была припаркована белая машина.
Вера насторожилась.
Стекло со стороны водителя опустилось.
Из салона выглянула женщина и что-то сказала Павлу с явно кокетливой интонацией.
Муж сразу ускорил шаг.
Подошёл к автомобилю, открыл дверь и сел рядом с женщиной.
Всё это время Вера держала перед собой телефон и снимала происходящее.
Белая машина включила поворотник, выехала на дорогу и вскоре скрылась из виду.
Вера медленно опустила телефон.
Несколько секунд она просто стояла за киоском, совершенно неподвижно.
Потом убрала телефон в сумочку и направилась обратно к остановке.
«Пятница-развратница», — настойчиво звучало в голове.
«Пятница-развратница…»
Вернувшись домой, Вера первым делом открыла сделанные фотографии.
Просмотрела их одну за другой.
Увеличила снимок женщины за рулём.
Рассмотрела её лицо.
Женщина действительно была красивой.
Что теперь делать с полученным «вещественным доказательством», Вера пока совершенно не представляла.
Она отложила телефон, приготовила себе простой ужин, спокойно поела и вымыла тарелку.
А потом снова взяла телефон.
Теперь её занимал другой вопрос.
Нужно было каким-то образом выяснить, кому принадлежит белая машина.
Выяснить, кому принадлежит белая машина, оказалось гораздо проще, чем Вера ожидала. Она открыла страницу Павла в социальной сети и принялась просматривать немногочисленный список его друзей. Через некоторое время поиски дали результат. На фотографиях одной женщины постоянно появлялся тот самый белый автомобиль.
Женщину звали Региной.
На нескольких снимках рядом с ней был и Павел. Правда, ничего откровенного или компрометирующего в этих фотографиях не наблюдалось. Обычные кадры, которые сами по себе ничего не доказывали.
И всё же Вера уже практически не сомневалась: мужа и Регину связывает нечто большее, чем обычное знакомство.
Из её страницы Вера узнала, что Регина работает в крупной местной агрофирме. Женщина была разведена и одна воспитывала дочь-подростка.
Наверное, Вера должна была испытывать к ней ненависть.
По крайней мере, ей самой казалось, что обманутая жена обязана ненавидеть любовницу своего мужа.
Однако ненависти почему-то не возникало.
Внутри жила лишь холодная, удивительно спокойная злость. А вместе с ней появилось сильное желание посмотреть на Регину вблизи. Увидеть её не на фотографии, а вживую и попытаться понять, что именно Павел нашёл в этой женщине.
В субботу утром Вера сказала мужу, что собирается навестить Ларису.
— Хорошо, — спокойно ответил Павел. — Тогда я к приятелю съезжу. Вернусь вечером. А ты?
— Я тоже к вечеру буду.
На самом деле Вера отправилась совсем не к Ларисе.
Она поехала к месту работы Регины.
Там пришлось дождаться обеденного перерыва. Наконец Вера увидела нужную женщину. Регина вместе с коллегой неспешно направлялась к пекарне, расположенной неподалёку на углу.
Вера решительно пошла им навстречу.
— Регина! — окликнула она. — Можно вас на минуту?
Женщина остановилась.
Несколько секунд она внимательно и совершенно спокойно рассматривала Веру.
И именно тогда Вера неожиданно поняла, что все заранее придуманные фразы бесследно исчезли из головы.
Одно дело — дома представлять разговор с предполагаемой любовницей собственного мужа, мысленно подбирать правильные слова и воображать её ответы.
И совсем другое — неожиданно оказаться с этой женщиной лицом к лицу.
— Мне нужно поговорить с вами о личном, — негромко произнесла Вера и выразительно посмотрела в сторону спутницы Регины.
В глазах женщины на мгновение промелькнуло понимание.
Она повернулась к коллеге.
— Маш, иди пока без меня, столик нам займи. Я сейчас подойду.
— Я вас надолго не задержу, — прохладно сказала Вера.
Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга.
Первой заговорила Регина:
— Давайте присядем.
Вера слегка растерялась.
— Где?
— Да хотя бы здесь, на лавочке.
Они сели рядом.
На несколько долгих секунд между ними установилось тяжёлое молчание. Наконец Вера решила начать разговор.
— Регина, я жена Павла.
— Я уже догадалась, — сухо ответила та.
Вера помолчала и продолжила:
— Мы с Павлом двадцать восемь лет вместе…
— Я знаю. Он довольно много рассказывал мне о вас, — Регина повернулась к ней. — И знаете что? Он уже давно вас не любит. Он…
Вера усмехнулась и не дала ей закончить:
— Я это и сама уже поняла. И сразу хочу сказать, Регина: я пришла сюда не устраивать сцен.
Та явно удивилась.
— Вот как?
— Именно. Мне просто хотелось увидеть вас своими глазами и лично сообщить одну вещь. Павла я удерживать не собираюсь. Хотите — забирайте. Только на мою квартиру пусть не рассчитывает.
Регина слегка напряглась.
— У меня собственная квартира есть, — сухо ответила она.
— Вот и замечательно.
Вера поднялась со скамейки и посмотрела на оставшуюся сидеть Регину.
— Значит, сегодня Павел переедет к вам. Всего доброго.
Ответа она ждать не стала.
Развернулась и направилась к остановке.
А вот когда Вера добралась домой и закрыла за собой дверь, выдержка неожиданно закончилась.
Она расплакалась.
Плакала и сама не могла понять, каким образом совсем недавно сумела так спокойно разговаривать с Региной.
Есть совершенно не хотелось.
Чтобы хоть чем-нибудь занять руки и отвлечься от тяжёлых мыслей, Вера принялась собирать вещи мужа.
И это действительно помогло.
Постепенно слёзы закончились, дыхание выровнялось, а внутри появилась твёрдая уверенность в том, что она делает всё правильно.
Павел вернулся вечером.
Едва увидев приготовленные сумки со своими вещами, он остановился.
Судя по выражению его лица, объяснения уже не требовались.
Муж прошёл на кухню, сел на стул и виновато опустил голову.
Вера заранее думала, что в этот момент почувствует к нему ненависть.
Но и теперь ненависти не было.
Она достала телефон.
— Виделась я сегодня с твоей пассией, — сказала Вера и стала показывать ему фотографии одну за другой. — Ничего такая женщина. Вкус у тебя, оказывается, неплохой.
Павел побледнел.
— Вера, я… — начал он и неожиданно запнулся. — Прости…
Она невесело усмехнулась.
— Да за что мне тебя прощать? Можно сказать, ты мне свободу вернул. Знаешь, как хорошо мне было одной ужинать по пятницам? А теперь таких пятниц у меня будет семь на каждой неделе.
Павел ничего не ответил.
Он продолжал сидеть, опустив голову.
— Ужин предлагать не стану, — холодно продолжила Вера. — Думаю, голодным не останешься. Регина накормит. Твои вещи собраны, вон стоят. А заявление на развод я подам сама.
Павел неожиданно вскочил и сделал движение в её сторону.
Но Вера сразу отступила.
— Не надо, Паша. Только без этого всего.
— Но…
— Иди уже.
Он ещё некоторое время нерешительно топтался на месте, словно надеялся, что Вера передумает или скажет что-нибудь ещё.
Но она молчала.
Тогда Павел взял приготовленные сумки и направился в прихожую.
У самой двери он неожиданно остановился и обернулся.
— Значит, ты меня вообще никогда толком не любила, — мрачно пробормотал он. — Раз смогла так просто отпустить.
Вера спокойно посмотрела на мужа.
— Любила. Только, наверное, недостаточно хорошо. Что ж, теперь пусть тебя Регина любит.
После этого Павел ушёл.
На следующее утро Вера проснулась непривычно поздно.
Несколько мгновений лежала в кровати, прислушиваясь к тишине квартиры, затем поднялась, спокойно позавтракала и решила прогуляться.
Она дошла до центра, добралась до своего любимого моста и остановилась возле перил.
Холодный свежий воздух приятно обжёг лицо.
Вера глубоко вдохнула его и неожиданно почувствовала, насколько легко стало внутри.
Ни сожаления, ни желания вернуть вчерашний день у неё не было.
Она ни о чём не жалела.
