— Ты и правда рассчитывал, что я до весны ни разу не появлюсь на даче?
Светлана швырнула на кухонный стол помятый лист. Обычная распечатка, внизу которой стояла синяя печать.
Игорь подавился горячим супом. Он закашлялся, схватил салфетку и торопливо промокнул губы. Лицо мужа сразу вытянулось, а взгляд намертво прилип к тарелке с мелкими цветами по краю.
— Света, только не начинай, — отмахнулся он, пытаясь говорить твёрдо, хотя глаза продолжали беспокойно бегать по столу. — Я тебе уже всё объяснил.
— Вот как?
Она упёрлась ладонями в край столешницы и наклонилась к мужу. Внутри бушевала такая злость, что хотелось разнести кухню до последней дверцы, однако говорила Светлана тихо, медленно и отчётливо.
— И что именно ты мне объяснил, Игорь?
— У Олега серьёзные неприятности, — быстро заговорил муж, нервно отодвигая тарелку. — Кредиторы прижали, дело развалилось. Нужно было срочно что-то предпринимать, чтобы вытащить брата из долгов.
Светлана невесело усмехнулась.
— Замечательно. Просто чудесно. Трудности возникли у Олега, а без дачи осталась я. Удобно придумано.
Участок достался ей от тёти. Ничего роскошного: шесть соток и старенький, но ещё крепкий дом, обшитый вагонкой. Место было удобное, дорога занимала не слишком много времени.
Полгода назад Игорь уговорил жену оформить на него генеральную доверенность. Обещал, что сам займётся межеванием, документами и подключением газа. Уверял, что избавит Светлану от необходимости отпрашиваться с работы и часами сидеть в очередях.
А этим утром она искала в его куртке ключ от почтового ящика и случайно обнаружила перечень документов из центра оформления, небрежно засунутый во внутренний карман.
— Мы вообще-то семья! — рявкнул Игорь, решив перейти в наступление. Он даже слегка поднялся со стула. — Мы родные люди! Я не мог оставить брата в беде. А ты готова горло перегрызть из-за нескольких грядок!
— Я готова перегрызть горло за обман.
Светлана подтолкнула распечатку ближе к его руке.
— Ещё месяц назад ты рассказывал, будто сдал участок на зиму какому-то приезжему мужчине. Говорил, что он будет хранить там строительные материалы, а нам за это перепадёт небольшая сумма.
— Ну продал и продал! Что теперь? — сорвался Игорь, резко вскакивая и отходя к окну. — Деньги пошли на долги! Потом всё уладим и вернём тебе стоимость участка!
— Правда?
Светлана спрятала дрожащие пальцы в карманы домашней кофты.
— Тогда почему в договоре покупателем указана Лариса? Жена твоего ненаглядного Олега.
Игорь осёкся и потёр шею, будто ворот рубашки неожиданно начал его душить.
— И цена в документе смешная, — продолжила Светлана, не давая ему вставить слово. — Почти по кадастровой стоимости. Вы просто переоформили моё имущество на своих родственников. Никаких кредиторов не было, верно?
— Сделка ненастоящая! — выпалил он. — Только для документов! У Олега действительно всё прогорело, ему нужно было спрятать имущество. Через некоторое время мы всё переоформим обратно!
Светлана смотрела на мужчину, с которым прожила пятнадцать лет, и словно впервые видела его настоящим.
Хотя нет.
Она узнавала Игоря. Просто теперь смотрела без того оправдывающего фильтра, который годами сама на него накладывала.
— Поразительная история. У брата дела рухнули, а прятать решили мою собственность? Ты хоть понимаешь, что говоришь?
— Не смей меня обзывать! — взвизгнул Игорь. — Я всё делал ради семьи!
— Ради какой именно семьи? — жёстко спросила Светлана. — Твоя семья находилась здесь. По крайней мере, раньше. А ты тайком от жены отдал её наследство своему брату.
— Я ничего ему не отдавал! — упорно повторял Игорь, шагая по кухне. — Лариса только формально числится хозяйкой. Олег должен был доказать, что у него нет собственности, чтобы оформить банкротство.
С Олегом всегда было одно и то же. Всю жизнь он изображал из себя талантливого предпринимателя.
То открывал автомойку, которая закрывалась через несколько месяцев, то пытался продавать дешёвую обувь прямо из машины. Любое начинание заканчивалось долгами и звонками старшему брату с просьбами срочно спасти положение.
— А Ларисе для чего понадобилась моя дача? — язвительно спросила Светлана, оставаясь на месте. — Чтобы кредиторы не нашли её между грядками?
— Ты ничего не понимаешь в подобных делах!
— Зато я прекрасно разбираюсь в документах, — отрезала она. — Право собственности уже зарегистрировано. Теперь участок принадлежит Ларисе. Тот самый участок, который был моим.
Игорь решил сменить тактику.
Он приблизился, изобразил виноватую улыбку и попытался обнять Светлану за плечи.
— Ну, Свет, — протянул он примирительным тоном, которым обычно просил деньги на очередную удочку или новые колёса. — Чего ты так завелась? Через год Олег снова встанет на ноги, и мы вернём тебе участок. А не получится — купим другой. Даже лучше прежнего. Построим нормальный дом, баню сделаем.
Светлана с отвращением сбросила его руки.
— Олег через год не вернёт даже долг за коммунальные услуги. Как не вернул деньги, которые ты взял из наших сбережений на его свадьбу. Пять лет прошло, Игорь. Помнишь?
— Это совсем другое!
— А ремонт его машины после аварии? — продолжила она. — Когда ты оплатил детали с моей кредитной карты? Он ведь клялся вернуть всё с первой зарплаты. И где эти деньги?
— Он мой брат! — взревел Игорь, окончательно перестав изображать миротворца. — Он мне родной человек! А ты думаешь только о деньгах! Меркантильная!
— Я меркантильная?
Светлана вытащила телефон. Теперь её пальцы двигались по экрану быстро и уверенно, без всякой дрожи.
— Давай прямо сейчас спросим твоих родственников, когда они собираются возвращать мою собственность.
— Ты что творишь? — Игорь напрягся и шагнул к ней. — Не вздумай звонить Олегу! Ему и без того тяжело!
Но Светлана уже нажала кнопку вызова и включила громкую связь.
Длинные гудки разнеслись по кухне и отразились от кафельной стены. Игорь дёрнулся, намереваясь выхватить аппарат, но жена вытянула руку вперёд и предупреждающе посмотрела на него исподлобья.
— Да, брат, — наконец раздался из динамика бодрый голос Олега.
Ни усталости, ни уныния разорившегося человека в нём не ощущалось. На заднем плане громко играла музыка и звенела посуда.
— Здравствуй, Олег, — ровно сказала Светлана.
В трубке на секунду стало тихо.
— О, Света. Привет. А Игорь где?
— Игорь здесь. Стоит рядом, весь бледный. Слушай, Олег, я сегодня нашла документы насчёт дачи.
Игорь замахал руками и беззвучно прошептал одними губами:
— Отключай! Немедленно отключай!
Но Светлана даже не посмотрела в его сторону.
— А, это обычное дело, — усмехнулся Олег. — Игорь разве тебе ничего не объяснил?
— Рассказал. Уверяет, что сделка временная и всё сделано из-за твоих долгов.
— Ну да, примерно так, — беспечно ответил деверь. — Свет, ты только не накручивай себя. Участок ведь всё равно остался у своих. Лариса уже придумала, как там всё переделать. Теплицу уберём, вместо неё поставим большую беседку и нормальный мангал. Отличное место получится. Летом будете приезжать, мясо пожарим, посидим всей компанией.
Светлана медленно повернула голову к мужу.
Игорь стоял возле холодильника, втянув шею в плечи, и старательно избегал её взгляда.
— Что значит «уберём»? — переспросила она. — Ты же говоришь, что участок переоформили только на время. Пока ты не разберёшься с кредитами.
Из телефона донёсся женский смех. Судя по всему, Лариса находилась рядом и прекрасно слышала весь разговор.
— Света, ну ты прямо как ребёнок, — голос Олега сделался снисходительным. — Какие ещё кредиты? Я с ними давно рассчитался. А насчёт дачи… Игорь сказал, что она вам всё равно не нужна. Ты там только спину гнёшь над грядками. А нам место для отдыха как раз пригодится. Считай, Игорёк подарил её мне в компенсацию за все мои неприятности. По-братски.
— Значит, подарил, — тихо повторила Светлана.
— Ну да. Формально Лариса её купила, но мы ведь родные люди. Потом как-нибудь сочтёмся. Ладно, Свет, мне пора, у нас гости собрались. Игорю привет передавай!
Связь оборвалась.
На кухне повисла такая тишина, что из ванной отчётливо доносилось ровное гудение стиральной машины.
Игорь стоял красный, словно его только что облили кипятком. Он несколько раз открыл рот, пытаясь придумать объяснение, но привычная фраза о том, что жена всё неправильно поняла, в этой ситуации уже не могла помочь.
— Он… он всё преувеличил, — наконец пробормотал Игорь. — Выпил, наверное. Вот и несёт ерунду.
Светлана погасила экран телефона и спокойно положила аппарат на стол.
— Значит, беседку с мангалом собираются строить.
— Света, клянусь, мы вернём участок! — быстро заговорил муж, шагнув к ней. — Я завтра же поеду к Олегу и заставлю его оформить всё обратно. Пусть Лариса напишет дарственную, и дело с концом!
— Завтра никуда ехать не нужно.
Светлана развернулась, вышла в прихожую и сняла с крючка ключи от автомобиля.
Машину они приобрели уже в браке. Оформлена она была на Светлану, хотя ездил в основном Игорь и давно считал автомобиль своей личной собственностью.
— Ты куда собралась? — насторожился он, выглянув из кухни.
— Я никуда. А ты сходи за дорожной сумкой.
Игорь растерянно моргнул.
— Зачем?
— Я из квартиры уходить не собираюсь, Игорь. Она принадлежала мне ещё до нашей свадьбы, не забыл? А ты сейчас соберёшь необходимые вещи и отправишься жить к своему брату.
— Ты вообще понимаешь, что говоришь? — ошеломлённо спросил он. — Выгоняешь собственного мужа из-за какого-то участка?
— Не из-за участка, а из-за обмана, предательства и воровства, — поправила Светлана. — Ты решил, что можешь распоряжаться моим наследством и считать меня полной дурой. У Олега с Ларисой теперь много места за городом. Теплицу они снесут, беседку поставят. Вот под ней и разместишься.
Она бросила автомобильные ключи в свою сумку, висевшую возле тумбы.
— Ключи от квартиры положи на стол. От машины можешь не искать — они уже у меня.
— Я никуда не уйду! — Игорь упрямо выпятил подбородок и упёр руки в бока. — Я здесь зарегистрирован. Ты не имеешь права меня выставлять!
— У тебя десять минут, чтобы взять бельё, одежду и всё, что понадобится на первое время, — ровным голосом произнесла Светлана, глядя точно ему в переносицу. — Если не успеешь, я сама выброшу твои вещи с балкона. Потом вызову полицию. Мне скандал на весь подъезд ничем не повредит. А вот тебе будет неприятно объяснять соседям, почему жена выставила тебя за дверь.
Игорь уже собирался ответить. Открыл рот, набрал воздуха, намереваясь снова заговорить о семейном долге, терпении и необходимости прощать близких.
Но, встретившись с её взглядом, замолчал.
В глазах Светланы не было ни слёз, ни боли, ни желания спорить. Осталось только холодное, тяжёлое отвращение.
Уговаривать его долго не пришлось.
Поняв, что жена не шутит, Игорь прошёл в спальню, вытащил спортивную сумку и начал торопливо бросать туда вещи. Сложил нижнее бельё, два свитера, несколько рубашек и электробритву.
Он всё ещё надеялся, что это временная вспышка.
Наверняка был уверен: Светлана успокоится, соскучится и через несколько дней сама позвонит. Тогда он вернётся в квартиру в роли несправедливо изгнанного страдальца, а жена ещё и попросит прощения за резкость.
Вскоре входная дверь громко захлопнулась.
Светлана сразу задвинула засов.
Она не плакала и не бросилась вслед за мужем. Просто вернулась на кухню, взяла его тарелку и вылила остывший суп в мусорное ведро. Посуду поставила в раковину.
Теперь нужно было решить, как можно скорее поменять замки и каким образом снять этого предприимчивого родственника с регистрации в её квартире.
Через неделю жизнь Светланы вошла в непривычно спокойный ритм.
На двери стояли новые замки. Номер Игоря был отправлен в чёрный список. Квартира внезапно показалась слишком просторной и тихой, но к этому ощущению Светлана привыкла удивительно быстро.
Самое ироничное произошло ещё в тот вечер.
Игорь, выставленный из дома с одной спортивной сумкой, поехал на новую «семейную» дачу к любимому брату.
Однако Лариса даже не открыла ему калитку.
Стоя за забором, она сообщила, что свободных спальных мест у них нет. К тому же в доме гости, и появление Игоря будет совсем некстати.
В результате ему пришлось искать дешёвое койко-место в хостеле на окраине.
Родственные чувства, как оказалось, были для Олега и Ларисы священными лишь до тех пор, пока не требовалось делиться собственным жильём.
