— Полина, ты бы мне в ноги кланялась за такую помощь.
Тамара неторопливо поправила лацканы плотного кардигана, а затем тронула пальцами крупную брошь с искусственным жемчугом на груди.
— А ты опять сидишь с таким лицом, будто тебе все кругом должны. Наверное, снова на своей работе утомилась бумажки с места на место перекладывать?
Полина молча поставила на стол глубокую тарелку, стараясь не задеть локтем хлебницу. После восьми часов за компьютером и дороги домой в переполненном автобусе спина болела так, словно ее весь день держали в тисках. А вечер, судя по всему, обещал быть длинным.
— Степа уже поел. Вы тоже ужинайте, — спокойно сказала она.
Полина подвинула сметану ближе к свекрови.
Тамара забирала пятилетнего внука из садика два раза в неделю. Потом приводила его домой и ждала возвращения невестки с работы. Но просто посидеть с ребенком для нее было недостаточно. За это полагался ужин, желательно с несколькими блюдами, свежая выпечка и обязательные слова благодарности.
— Борщ какой-то жидкий, — недовольно произнесла Тамара, ковыряя ложкой в тарелке и вылавливая капусту.
— Обычный борщ. На говяжьем бульоне, — ответила Полина, садясь напротив и придвигая к себе свою порцию.
— Мясо жесткое. Жуешь — будто резину. Денис такое есть не станет. Я его с детства приучила к нормальной домашней еде. Всегда лучшее мясо на рынке брала.
Полина не стала отвечать. Просто зачерпнула ложку супа.
Два года назад Тамара оформила большой кредит на свою любимую дачу. Ей захотелось поставить новые теплицы, сменить забор, купить сортовые яблони и груши, которые продавцы обещали чуть ли не с волшебным урожаем. Тогда Денис без обсуждения с женой пообещал матери помогать с выплатами.
А три месяца назад, когда свекровь предложила иногда забирать Степу из садика, ее «помощь» очень быстро превратилась в обязательную ежемесячную оплату, которую Тамара требовала строго в назначенный день.
— Одним спасибо сыт не будешь, дорогая моя, — сказала свекровь, отодвигая тарелку, в которой осталась почти половина борща.
Она промокнула губы салфеткой и пристально посмотрела на Полину.
— Денис где? Что-то долго его сегодня нет.
— На работе, — коротко ответила Полина, собирая со стола посуду. — У них закрытие отчетов. Просил его не ждать.
— Понятно. На мальчика опять всё взвалили, света белого не видит.
Тамара сложила локти на столе.
— Раз сына дома нет, тогда ты мне деньги отдай. У меня завтра списание по графику. Банк ждать не станет, там сразу штрафы начисляют, если хоть немного задержаться.
Полина посмотрела на свекровь.
Тамара действительно считала себя главным спасителем их семьи. То, что два часа с собственным внуком обходились им каждый месяц в очень внушительную сумму, ее нисколько не смущало. Она воспринимала это как честно заработанную плату.
— Денис мне ничего не оставлял.
Тамара резко вскинулась и едва не задела солонку.
— Как это не оставлял?
Она наклонилась вперед.
— Он вчера сам мне звонил! Сказал, что деньги лежат в домашнем сейфе, как всегда. Иди и доставай. Не заставляй меня сидеть тут лишний час. Мне еще на автобус успеть надо, вечером они ходят как попало, потом стой на остановке неизвестно сколько.
— Давайте обойдемся без этого, — Полина посмотрела в сторону стены над кухонными шкафами.
— Без чего это «без этого»? — в голосе Тамары сразу зазвенела сталь.
— Без требований, — Полина снова перевела на нее взгляд.
Она крепко сцепила пальцы на краю стола.
— В этом месяце мы купили Степе зимнюю одежду: комбинезон, ботинки, шапку. Еще оплатили ему плавание сразу на полгода вперед. У нас нет лишних денег на ваши дачные теплицы. Бюджет расписан полностью, до следующей зарплаты будем жить очень осторожно.
— Лишних?
Лицо Тамары пошло красными пятнами.
— Ты мои деньги называешь лишними? Я с вашим ребенком сижу! Здоровье свое теряю, пока езжу к вам этими автобусами!
Она с силой ударила ладонью по столу.
— Воспитательница в садике на него жалуется, говорит, он сам одеваться не хочет, всё копается. Пока я его в этот комбинезон запихнула, вся взмокла! Его вещи из сада таскаю! Да если бы не я, вас обоих уже давно бы выгнали с работы за постоянные опоздания!
Полина молча смотрела на раскрасневшуюся свекровь и мысленно снова прокручивала цифры.
Никто их не спасал.
Обычная няня на пару часов в день стоила бы в несколько раз дешевле, чем те суммы, которые каждый месяц уходили на кредит Тамары. Полина давно внесла все доходы и расходы в таблицу, но Денис каждый раз отказывался ее открывать.
— Вы проводите время с собственным внуком, — сдержанно сказала Полина. — Всего два раза в неделю. А оплату требуете такую, будто работаете у нас круглосуточной няней без выходных.
— Старших уважать надо! — резко выкрикнула Тамара.
Она тяжело поднялась с табурета.
— Мать у Дениса одна! И здоровье у меня тоже одно. У меня давление скачет, а я к вам через весь город езжу, чтобы вы тут свои карьеры строили. Иди открывай сейф. Я заберу то, что мне положено, и поеду. Не надо мне тут нравоучения читать.
— Я не пойду, — спокойно ответила Полина.
— Что значит «не пойдешь»? Это деньги моего сына! Он мне их обещал!
— Это деньги нашей семьи. И в этом месяце их там просто нет.
Тамара уверенно пошла в спальню. Полина молча последовала за ней и наблюдала, как свекровь, будто у себя дома, отодвигает зеркальную дверцу шкафа-купе.
Внизу, за аккуратными стопками постельного белья, стоял небольшой металлический сейф. Денис обычно хранил там наличные на крупные покупки для семьи и понемногу откладывал на отпуск. Тамара прекрасно знала прежний код: сын сам проговорился пару месяцев назад, когда попросил ее достать оттуда деньги на доставку материалов для дачи.
— Раз ты такая хитрая, сама открою, — сквозь зубы бросила Тамара.
Она тяжело присела на корточки, одной рукой держась за полку, и быстро нажала нужные цифры. Сейф резко пискнул. Загорелась красная лампочка.
Свекровь нахмурилась и ввела комбинацию еще раз, сильнее давя на кнопки.
Снова писк.
И снова красный сигнал.
— Это что еще такое? — растерянно выдохнула Тамара.
Она несколько секунд смотрела на закрытую дверцу, потом резко обернулась к Полине, стоявшей у входа.
— Ты код поменяла?
— Поменяла, — спокойно ответила Полина. — Новый пароль вам неизвестен. И денег на ваш кредит здесь больше нет.
— Я сейчас Денису позвоню! Он тебе устроит!
Тамара суетливо полезла в карман кардигана за телефоном. От злости пальцы у нее заметно дрожали.
— Звоните.
Полина прислонилась плечом к косяку.
— Я сама вечером всё ему объясню. Ваша помощь обходится нашей семье слишком дорого. Мы больше не можем оплачивать такие условия. Завтра Степу из садика заберет соседка снизу.
Свекровь резко прошла мимо, едва не задев Полину плечом, и еще раз дернула ручку сейфа. Металлическая дверца, конечно, не поддалась.
— Жмоты! — выпалила Тамара, сверкая глазами. — Я для вас стараюсь, свое время трачу, с чужим ребенком… тьфу, с внуком вашим вожусь, а вы каждую копейку считаете! Да подавитесь вы своими деньгами!
Она развернулась и быстро пошла в прихожую. Накинула плащ, даже не посмотрела на Степу, который вышел из детской на шум, и вылетела на лестничную площадку.
Дверь громко захлопнулась.
Полина устало потерла виски. Первый спор она выдержала. Но впереди оставался разговор с мужем. Денис не выносил конфликтов с матерью и обычно предпочитал откупиться от ее обид, лишь бы не слушать бесконечные упреки по телефону.
Домой он вернулся только через два часа. Бросил ключи на тумбу и сразу прошел на кухню, даже не заглянув к сыну. Вид у него был напряженный.
— Полин, ну зачем ты довела маму до такого состояния?
Денис сел на табурет и уставился на жену.
— Она весь вечер мне звонила. Плачет, успокоительные пьет, говорит, ты ее чуть ли не вытолкала из квартиры, да еще и код от сейфа тайком сменила.
— Никто ее не выталкивал.
Полина налила мужу борщ, поставила тарелку перед ним и добавила ложку сметаны.
— Просто бесплатный доступ к нашим деньгам закончился.
— Какой еще доступ? Это моя мама! Она нам со Степой помогает!
Денис отодвинул тарелку. Аппетит у него явно пропал, хотя обычно после работы он ел всё без разговоров.
— Полин, мы же договорились. У нее платеж по кредиту. Она рассчитывала на эти деньги, завтра ей нужно в банк.
— Помогает? Денис, ты хоть раз смотрел на цифры?
Полина достала из ящика сложенный лист с распечатанной таблицей и положила перед мужем.
— Я посчитала расходы за последние три месяца.
Она указала пальцем на итоговую сумму.
— За два часа присмотра пару раз в неделю мы отдаем столько, сколько некоторые семьи платят за жилье целый месяц. За эти деньги можно нанять опытную няню с педагогическим образованием. Она будет гулять со Степой, читать ему книги, заниматься лепкой. А не ездить с ним по автобусам и каждый вечер жаловаться мне на больную спину.
Денис нахмурился, глядя в таблицу. С цифрами спорить было трудно.
— Но это же мама, — неуверенно произнес он. — Она родной человек. Степе с ней привычнее. А няня — чужая женщина в доме. Кто знает, что у нее в голове?
— Твоя мама приходит к нам как на работу и требует оплату, — жестко сказала Полина. — Причем по расценкам руководителя крупной компании.
Она забрала лист и убрала обратно в ящик.
— Хочешь помогать ей с дачей — ищи подработку. Работай по выходным, бери дополнительные заказы, делай что угодно. Но из семейного бюджета на это больше ничего не уйдет. Мы не будем экономить на одежде для ребенка ради ее теплиц и дорогой клубники.
— Я и так работаю без отдыха! — вспыхнул Денис. — Мне еще и выходные занять? Я человек или рабочая лошадь?
— Тогда пусть твоя мама учится жить по своим возможностям. Кредит брала она, а выплачиваем почему-то мы, называя это заботой о внуке.
Полина начала убирать посуду со стола, показывая, что спор окончен.
— Завтра Степу заберет тетя Люда со второго этажа. Я договорилась с ней еще днем. Она берет намного меньше, прекрасно ладит с ребенком, а он обожает ее блины. И ужин из трех блюд ей готовить не нужно. Она сама кого хочешь накормит. Вопрос закрыт.
Денис насупился, глядя на столешницу.
Он понимал, что жена права. Из сейфа каждый месяц уходили немалые суммы, а накопления на отпуск уменьшались всё быстрее. Но признать это перед матерью значило получить новую порцию скандалов и обвинений.
— И что я ей скажу? — буркнул он наконец.
— Правду, — ответила Полина. — Что мы больше не пользуемся платной помощью.
Прошел месяц.
Степу теперь забирала из садика энергичная пенсионерка из соседней квартиры. Тетя Люда никогда не жаловалась, приводила мальчика вовремя, а по пятницам часто готовила ему сырники на полдник. Степа перестал капризничать вечерами и с радостью рассказывал, как они кормили голубей во дворе.
Тамара звонила Денису редко. Каждый раз жаловалась то на давление, то на плохую рассаду, то на заморозки, то на тяжелые выплаты в банке. В гости больше не приходила, объясняя это постоянной занятостью. Сначала Денис нервничал после каждого разговора и выслушивал упреки в неблагодарности. Потом привык и стал отвечать коротко, ссылаясь на дела.
Сейф в спальне больше не открывался ради чужих дачных планов.
Полина отложила освободившуюся сумму, чтобы в следующем месяце оплатить сыну курс робототехники, о котором он давно просил.
А вечерами, когда они ужинали втроем без посторонних замечаний о борще, мясе и правильной жизни, напряжение, висевшее в доме последние месяцы, наконец начало исчезать.
