Неделю назад у моей мамы был юбилей — ей исполнилось шестьдесят пять лет. Пышное торжество она устраивать не захотела. Сказала, что хочет просто собрать близких дома, спокойно посидеть за столом, поговорить по-душевному. Я купил для нее большой букет роз, теплый домашний халат и мягкие тапочки в комплект. В конверт положил три тысячи гривен — в хозяйстве лишними точно не будут.
К сожалению, моя жена и дети приехать не смогли. Сын заболел, у дочки в этот день были соревнования, а Риту неожиданно отправили в срочную командировку в Киев. Но дети все равно подготовили подарок для бабушки — нарисовали большой рисунок, где вся наша семья стоит возле дома.
Позже в село приехала и моя младшая сестра Вера.
— Слушай, я маме ничего не купила. Скажи, что халат от нас двоих, — попросила она.
— Хорошо. Но ты что, совсем забыла про мамин юбилей? Все-таки дата серьезная.
— Ой, Димка, ты бы знал, что у меня сейчас на работе творится…
Вера у меня всегда была человеком несобранным и зависимым от обстоятельств. В девятнадцать лет родила дочь от какого-то парня из общежития. Тот быстро исчез из ее жизни и даже алименты платить не стал. Тогда я сам работал на стройке и время от времени пересылал сестре деньги — то на продукты, то на детское питание, то на одежду для племянницы.
Я даже помог устроить Ирину в детский сад и нашел Вере работу. Один знакомый искал продавца в магазин. Но сестра продержалась там всего три месяца, а потом уволилась. С тех пор перебивается случайными заработками: то ногти делает, то ресницы наращивает. Прошлым летом ездила на заработки в Польшу, оставив дочь на маму. Вернулась через три месяца с семьюдесятью тысячами гривен, но почти все деньги быстро потратила — купила себе дорогой телефон, а дочери ноутбук. Хотя сейчас я примерно такую сумму зарабатываю за месяц, но пашу практически без выходных.
Мама была очень счастлива, что мы приехали. Наготовила столько вкусного, что стол ломился от угощений. Заглянули еще соседка и тетя Орыся.
Но спокойный праздник закончился большим скандалом. Вере прямо за столом вдруг захотелось поговорить о наследстве.
— Мам, а на кого ты дом перепишешь?
Мама даже растерялась.
— Ой, Верочка, что ты такое спрашиваешь… Ну, вам обоим поровну достанется.
— Как это поровну? У Димы уже есть и квартира, и бизнес. А я до сих пор жилье снимаю. Зачем ему этот дом?
Она говорила так, будто мама уже завтра должна умереть. И совершенно не стеснялась обсуждать подобное при гостях.
— Вера, сейчас не время для таких разговоров. Не порть праздник.
— А когда тогда? Мам, тебе уже шестьдесят пять. Возраст серьезный. Лучше не тяни и сходи к нотариусу, оформи на меня дарственную.
Тетя Орыся чуть чаем не подавилась от услышанного. Я больше терпеть это не смог, взял сестру за руку и отвел на кухню.
— Ты вообще в своем уме? Что ты несешь за столом? Уже мысленно маму похоронила?
— Ты в наши дела не лезь! Я одна ребенка поднимала, а вы…
— Одна? Ты забыла, как я тебе деньги возил? Как мама с Кристиной сидела? Еще слово скажешь — я тебя сам отсюда выставлю!
Вера смертельно обиделась. Сразу схватила дочь и уехала, даже не попрощавшись. Напоследок еще начала угрожать, что подаст на меня заявление в полицию. Только мне ее угрозы безразличны.
Но мама теперь очень переживает. Вера запретила Кристине общаться с бабушкой, не отвечает на звонки, не берет трубку. И все это — из-за дома. Мама плачет, хватается за сердце, места себе не находит.
А я уже не понимаю, что делать с сестрой. Вроде взрослая женщина, а ведет себя как капризный ребенок, которому все вокруг что-то должны.
Как бы вы поступили в такой ситуации? Стоит ли мириться с такой родственницей ради спокойствия матери или лучше держаться подальше?
