Бежевое кашемировое пальто, за которое Лера когда-то отдала три премии подряд, бесформенно лежало на пуфике в прихожей. На лацкане расплылась огромная фиолетовая клякса, а чуть ниже ткань была прожжена почти до самой подкладки.
Инна стояла у зеркала и равнодушно поправляла волосы, словно ничего страшного не произошло. В ее позе не чувствовалось ни малейшего сожаления. Лера ждала хоть какого-то объяснения, но подруга только раздраженно пожала плечами:
— Да оно уже старое было. Я думала, ты все равно скоро его выбросишь, а я хоть красиво погуляла. Не устраивай трагедию из-за тряпки. Отнесешь в химчистку — там все исправят.
Лера молча распахнула входную дверь, давая понять, что разговор закончен. Инна усмехнулась, подхватила сумку и вышла на лестничную площадку, громко стуча каблуками. Через секунду дверь захлопнулась.
Оставшись одна, Лера подошла к испорченной вещи. От дорогого кашемира тянуло дешевым полусладким вином и резким табачным дымом.
Она взяла пальто за воротник, собираясь отнести его в ванную, и вдруг заметила, что внутренний карман разорван. Между подкладкой и утеплителем перекатывался какой-то тяжелый предмет.
Просунув руку внутрь, Лера вытащила массивную серебряную зажигалку. На металле была выгравирована надпись: «Косте. С нашей пятой годовщиной».
Это был ее подарок мужу. Та самая зажигалка, которую Костя, по его словам, потерял на заправке под Одессой во время прошлой командировки.
Зажигалка мужа лежала в кармане пальто, которое Инна брала якобы для своей «фотосессии».
Лера медленно прошла в спальню. Костя спал после ночной смены на складе своей логистической компании. На тумбочке возле кровати лежал его рабочий телефон.
Она взяла аппарат в руки. Недавно Костя сменил пароль, объяснив это корпоративными правилами безопасности, но Лера без раздумий ввела день и месяц рождения Инны. Экран тут же разблокировался.
В списке мессенджеров первым висел скрытый чат в Viber. Вместо имени контакта — только буква «И». Лера открыла переписку.
Инна: «Я надела ее любимое пальто. То самое, о котором она мне все уши прожужжала. Жду тебя в мотеле на Житомирской трассе».
Костя: «Только аккуратно. Она мне мозг вынесет, если узнает».
Инна: «Ой, я случайно пролила на него красное. А сейчас еще и дырку сделаю твоей зажигалкой. Пусть поплачет, карьеристка. Завтра верну ей этот мусор».
Костя: «Зажигалку оставь себе, я сказал, что потерял ее в Одессе. Выходи, я уже подъезжаю».
Десять лет дружбы. Пять лет брака. И все это время за ее спиной шла грязная и дешевая игра.
Лера подошла к кровати и с силой бросила зажигалку на деревянную тумбочку. Резкий металлический звук заставил Костю вздрогнуть и открыть глаза.
Он сонно моргал, пытаясь сфокусироваться на жене, которая стояла перед ним с его разблокированным телефоном в руках.
— Собирай вещи, — ровным голосом сказала Лера. — И когда будешь уезжать, не забудь прихватить свою Инну.
Сонливость мгновенно исчезла с лица Кости. Он сел на кровати, посмотрел сначала на зажигалку, потом на телефон.
Первые секунды мужчина выглядел растерянным, но очень быстро взял себя в руки. Лицо стало жестким и холодным. Ни извинений, ни попыток оправдаться — только понимание того, что скрывать больше нечего.
— И куда мне, по-твоему, ехать, Лера? — медленно произнес он, потирая переносицу. — Эта квартира принадлежит моей матери. По документам ты здесь никто. Так что чемоданы сегодня собирать будешь именно ты. До вечера у тебя есть время.
Он ударил точно в самое больное место. Два года назад Лера продала дом покойного отца под Киевом. Все деньги она собиралась вложить в эту просторную квартиру.
Но тогда Костя устроил настоящий скандал и убедил ее, что из-за проверок его бизнеса имущество могут арестовать. Он настоял, чтобы деньги перевели на счет свекрови, а квартиру оформили на мать. «Это временно, ради нашей же безопасности», — уверял он тогда.
Теперь Костя, уверенный в собственной победе, набросил халат и демонстративно ушел на кухню варить кофе.
Лера осталась в спальне. Она посмотрела на свои руки — пальцы слегка дрожали. В голове всплыли его слова о «защите активов».
Через несколько секунд Лера уже доставала ноутбук и набирала номер корпоративного юриста Максима.
Месяц назад у Кости начались серьезные проблемы с налоговой и бывшими партнерами. Чтобы спасти автопарк и товар от возможного ареста, он в спешке переписал весь бизнес на новую фирму. Единственным учредителем и генеральным директором этой компании сделал собственную жену — «надежного и чистого перед законом человека».
— Максим, привет, — голос Леры звучал спокойно и собранно. — Мне срочно нужен протокол решения единственного участника ООО «Транс-Логик».
Она на секунду замолчала и продолжила:
— Мы увольняем наемного директора. Да, моего мужа. И еще вызови частную охрану на склады в Броварах. Через два часа я буду там. Оплату поставлю двойную.
Днем Лера стояла возле массивных металлических ворот складского комплекса. На ней было то самое испорченное пальто. Она специально не стала переодеваться — теперь эта вещь напоминала ей, с кем она имеет дело.
Через несколько минут к воротам резко подъехал внедорожник Кости. Он выскочил из машины, громко ругаясь в телефон. С пассажирского сиденья неуверенно вышла Инна.
Судя по всему, после утреннего скандала Костя сразу поехал к ней жаловаться на жизнь.
— Почему твои люди не пускают мои фуры?! У меня поставки срываются! — закричал Костя, направляясь к Лере.
Но двое крепких охранников синхронно сделали шаг вперед, перекрыв ему дорогу.
Лера спокойно достала из папки свежий документ с печатью.
— Твои грузовики? Костя, похоже, ты забыл, на кого оформлена компания. Ты здесь больше не работаешь. Приказ о твоем увольнении подписан час назад. Доступ к складам и счетам для тебя закрыт.
Лицо Кости покрылось красными пятнами. Он переводил взгляд с бумаг на невозмутимых охранников, пытаясь осознать масштаб происходящего.
— Ты не имеешь права! Это мой бизнес! Я все это строил! — вырвалось у него.
— Ты сам передал мне этот бизнес, чтобы спасти собственную шкуру, — спокойно ответила Лера. — А теперь все имущество компании уйдет с молотка. Я запускаю ликвидацию. Денег как раз хватит, чтобы компенсировать мне стоимость квартиры, которую ты фактически украл через свою мать.
Инна шагнула вперед, пытаясь вмешаться:
— Лера, ты вообще в своем уме? Ты выгоняешь человека на улицу из-за какой-то интрижки и старого пальто?!
Лера посмотрела на бывшую подругу абсолютно равнодушно.
— Нет, Инна. Я просто возвращаю себе свое. А тебе оставляю то, чего ты так добивалась. Только теперь Костя без работы, без машин, с кучей долгов, и жить вам придется на твою зарплату. Береги его.
Костя резко повернулся к Инне. В его глазах уже не было ни любви, ни страсти — только паника человека, которого загнали в угол.
— Это ты виновата! — прошипел он, грубо схватив Инну за локоть. — Зачем ты притащила ей это пальто?! Зачем сунула туда зажигалку?! Из-за твоих идиотских выходок я потерял все!
Инна испуганно выдернула руку и поспешно отступила к машине. Мужчина, с которым она мечтала строить красивую жизнь, сейчас был готов разорвать ее прямо посреди улицы.
Лера развернулась и направилась к своему автомобилю. Осенний ветер трепал полы испорченного кашемирового пальто, но впервые за весь день ей стало по-настоящему тепло и спокойно.
