Варе едва исполнилось шестнадцать, когда она осталась совсем одна — мать умерла, а отец ещё несколько лет назад уехал на заработки в город и бесследно исчез. С тех пор от него не было ни вестей, ни помощи. На похороны собралась почти вся деревня: кто приносил еду, кто помогал по хозяйству. Крёстная, тётка Мария, стала для девушки единственной опорой — часто навещала её, подсказывала, как жить дальше. Школу Варя всё же окончила, а вскоре её устроили работать на почту в соседнем селе.
Девушка выросла крепкой и статной — румяная, круглолицая, с простоватым носом и ясными серыми глазами, которые словно светились изнутри. Длинная русая коса спадала до пояса. А вот главным красавцем в округе считался Николай — высокий, ладный, вернувшийся из армии два года назад. Девушки не давали ему прохода, даже приезжие городские не обходили вниманием. Ему бы в кино сниматься, а не по сельским дорогам на грузовике ездить. Но парень не спешил связывать себя узами — хотелось ещё пожить для себя.
Однажды тётка Мария пришла к нему с просьбой — помочь Варе поправить забор, который уже совсем покосился. В деревне без мужской силы тяжело: с огородом девушка справлялась, а вот дом требовал крепких рук. Николай согласился без лишних слов. Осмотрел всё и сразу принялся за работу, раздавая указания: принеси, подай, сбегай. Варя слушалась беспрекословно, только щёки у неё разгорались всё сильнее, а коса нервно качалась за спиной. Когда он уставал, она угощала его горячим борщом и крепким чаем, украдкой наблюдая, как он ест, с аппетитом откусывая чёрный хлеб.
Три дня он чинил забор, а на четвёртый пришёл уже без дела — просто в гости. Варя накормила его, разговорились, и он остался на ночь. С тех пор стал приходить всё чаще, уходя ещё до рассвета. Но в деревне ничего не скроешь — слухи разлетались быстро.
Тётка Мария снова и снова пыталась вразумить девушку: предупреждала, что парень не женится, что намучается она с ним, особенно когда летом приедут городские красавицы. Но разве слушает влюблённая молодость советы старших?
Через время Варя почувствовала неладное. Сначала думала, что простудилась или чем-то отравилась — слабость, тошнота. Но вскоре поняла правду: она ждёт ребёнка от Николая. Сначала испугалась, даже подумала избавиться от него — слишком рано, слишком тяжело. Но потом решила иначе: пусть будет. Не останется она одна. Мать ведь её вырастила — и она справится. А люди поговорят и забудут.
Весной, когда сняла тёплую одежду, стало видно округлившийся живот. В деревне зашептались, закачали головами. Николай пришёл узнать, что она собирается делать.
— А что тут думать? Рожу. Не переживай, сама подниму ребёнка. Живи, как жил, — спокойно сказала Варя, возясь у печи. Только отблески огня играли в её глазах.
Он посмотрел на неё внимательно, будто хотел что-то сказать, но промолчал и ушёл. А летом его и вовсе закружили приезжие девушки — стало не до Вари. Она же жила своей жизнью: работала в огороде, тётка Мария помогала, ведь с большим животом трудно было даже наклоняться. Воду из колодца Варя носила по полведра. Живот рос большой — в селе шутили, что родится богатырь.
— Кого Бог даст, — улыбалась она.
В середине сентября её разбудила острая боль, будто живот разорвали пополам. Боль отступила, но вскоре вернулась. Варя поспешила к тётке Марии, и та сразу всё поняла.
— Началось? Сиди, сейчас! — сказала она и выбежала.
Она побежала к Николаю. У него во дворе стоял грузовик, но сам он, как назло, накануне выпил. С трудом разбудив его, она объяснила, что случилось. Поняв, он сразу собрался:
— До больницы десять километров! Пока туда-сюда — она уже родит. Везём сразу!
— Да как же на грузовике? — всплеснула руками Мария.
— Тогда поедешь с нами, — отрезал он.
По разбитой дороге он ехал осторожно, лавируя между ямами. Мария сидела в кузове на мешке. Когда выбрались на асфальт, Николай прибавил скорость. Варя сидела рядом, сжимая губы, чтобы не кричать, держась за живот. Николай протрезвел мгновенно — руки на руле побелели, мысли путались.
До больницы успели. Варю оставили там, а сами поехали обратно. По дороге тётка Мария ругала его, не сдерживаясь: зачем сломал девушке жизнь, как она одна справится с ребёнком. Но, не доехав до села, они уже узнали — Варя родила крепкого здорового мальчика.
На следующий день ей принесли сына. Она не знала, как его взять, как приложить к груди, смотрела на сморщенное личико с тревогой и растерянностью. Но сердце её переполняла радость — тихая, тёплая. Она любовалась им, осторожно дышала на его лобик, где торчали тонкие волоски.
Перед выпиской врач строго спросил:
— За тобой приедут?
Варя лишь покачала головой.
Медсестра укутала малыша в больничное одеяло и велела вернуть его потом. Отправили её домой на служебной машине с водителем Фёдором.
Дорога оказалась тяжёлой: после дождей всё размыло. Машина остановилась — дальше не проехать.
— Осталось километра два. Дойдёшь? — спросил водитель.
Варя осторожно вышла, прижала сына к груди и пошла вдоль огромной лужи. Грязь вязла под ногами, обувь промокла. Один ботинок и вовсе остался в трясине. Она постояла, подумала — и пошла дальше в одном, с ребёнком на руках.
К деревне подошла уже в сумерках, не чувствуя ног от холода. Поднялась на крыльцо, открыла дверь — и замерла.
В доме всё было готово: у стены стояла детская кроватка, коляска, аккуратно сложенная одежда. За столом, уронив голову на руки, спал Николай.
Он проснулся, увидел её — растрёпанную, уставшую, с ребёнком на руках, в грязной одежде и босую. Мгновенно вскочил, взял малыша, уложил в кроватку, сам бросился к печи, достал горячую воду.
Помог ей снять мокрую одежду, усадил, вымыл ноги. Пока она переодевалась, на столе уже стояла еда. В этот момент ребёнок заплакал — Варя схватила его, прижала к себе и начала кормить.
— Как назвала? — тихо спросил Николай.
— Сергеем… Ты не против? — подняла она глаза.
В них было столько чувств, что у него сжалось сердце.
— Хорошее имя. Завтра пойдём, зарегистрируем. И распишемся.
— Это не обязательно… — тихо начала она.
— У моего сына должен быть отец. Всё, нагулялся. Какой из меня муж выйдет — не знаю. Но сына не брошу.
Варя молча кивнула.
Спустя два года в семье появилась ещё и девочка. Её назвали Надеждой — в честь матери Вари.
Ошибки, сделанные в начале жизни, не всегда становятся приговором. Главное — вовремя их исправить и взять на себя ответственность.
