Григорий услышал музыку ещё на лестнице — громкую, простую, почти деревенскую.
Мне пятьдесят один. Я давно не девочка и уж точно не наивная романтичная героиня с иллюзиями о вечной любви.
— Марина, мы теперь богаты! Ты понимаешь?
— Мам, можно, чтобы Ганнуся пожила у тебя недельку?
— Так вот как, выгоняешь? Ну что ж, я уйду! Потом будете жалеть, звать меня назад, а я не вернусь!
— Хорошая женщина… Что бы мы без неё делали?
Мне сорок пять лет. Я самостоятельная женщина
