«Женщина должна ухаживать за мужчиной».
«Начиная с какого момента? После второго кофе?»
«У мужчины не должна болеть голова».
«А у женщины от твоих требований она уже может заболеть?»
«Нынешние женщины стали слишком расчётливыми».
«Нет, Арсений. Просто мы наконец-то научились задавать вопросы».
Меня зовут Арсений, мне пятьдесят один год, и я по-прежнему уверен, что современные женщины слишком высокого мнения о себе. Честное слово! Иногда послушаешь, что они говорят, и невольно задаёшься вопросом: когда же всё успело так измениться? Ведь раньше всё было предельно понятно. Мужчина зарабатывает деньги, женщина поддерживает домашний уют, и все довольны. Никто не устраивал мужчине собеседование на роль мужа, не требовал перечислять свои достоинства и не составлял таблицы с плюсами и минусами будущих отношений. А теперь практически каждая женщина после сорока начинает рассуждать так, словно занимает должность финансового директора крупной компании. Особенно сильно меня удивила в этом отношении Виолетта, с которой я познакомился несколько месяцев назад. Поначалу она производила впечатление совершенно обычной женщины, но затем одним вопросом разрушила все мои представления о том, какими должны быть отношения.
Познакомились мы благодаря общим друзьям. Виолетте сорок шесть лет. Выглядит она хорошо, ухаживает за собой, работает, владеет собственной квартирой, у неё взрослая дочь. В общем, передо мной была женщина, которая вполне успешно устроила свою жизнь. Именно поэтому я сразу решил, что она должна понимать, насколько важно встретить достойного мужчину. А себя я, разумеется, относил именно к такой категории.
Да, после развода я живу один. Да, иногда у меня дома царит беспорядок. Готовить я тоже не особенно люблю. Но разве всё это можно считать серьёзными недостатками? По моему мнению, подобные мелочи вполне естественны и вполне могут быть уравновешены женской заботой. Иначе зачем вообще нужны отношения? Какой в них смысл, если каждый продолжает жить так, будто рядом нет другого человека?
Первые встречи с Виолеттой проходили замечательно. Мы гуляли по городу, заходили в кафе, разговаривали на самые разные темы. Она не устраивала капризов, не требовала дорогих презентов, не заводила разговоров о заграничных путешествиях и вообще казалась на редкость разумной женщиной. Я даже начал думать, что наконец познакомился с представительницей старой школы. С той, которая умеет ценить мужчину и не превращает отношения в бесконечное соревнование за независимость.
К тому же Виолетта совершенно спокойно относилась к тому, что каждый из нас платил за себя. Такой подход всегда казался мне правильным. Жизнь не раз показывала, что если женщина с самого начала привыкает к чужим деньгам, то потом отучить её от этого бывает непросто. А здесь всё выглядело справедливо: никто никому ничего не был должен, расходы каждый оплачивал самостоятельно, общение складывалось легко и непринуждённо. Я уже начал строить планы и всерьёз задумываться о нашем будущем.
Однако постепенно я стал замечать одну особенность. Виолетта жила удивительно комфортно. Именно комфортно, без лишних обязательств и напряжения. Возвращалась после работы домой и отдыхала. Хотела — готовила ужин. Не было желания стоять у плиты — заказывала готовую еду. Могла встретиться с подругами, отправиться по своим делам или провести целый выходной с книгой, не отвлекаясь ни на что другое.
Сначала подобный образ жизни казался мне вполне привлекательным. Я даже воспринимал его как особенность самостоятельной женщины, которая умеет распоряжаться своим временем. Но спустя некоторое время меня стало беспокоить другое: в этой прекрасно устроенной жизни, как мне казалось, совершенно не оставалось места для мужчины. И дело было не только во мне. Создавалось впечатление, что ей вообще не требовалось постоянное присутствие мужчины рядом.
А вот это уже казалось мне неправильным. Ведь отношения, на мой взгляд, должны делать жизнь лучше и комфортнее. По крайней мере, я рассчитывал, что моя собственная жизнь после появления женщины станет именно такой.
На четвёртом или пятом свидании я решил, что пора поговорить о важных вещах. Не люблю, когда люди скрывают свои ожидания, а потом внезапно предъявляют претензии. Считаю, что лучше сразу открыто объяснить, чего ты хочешь от отношений, чтобы впоследствии никто не удивлялся и не обвинял другого в обмане.
Поэтому в один из вечеров, когда мы сидели в кафе, я решил обсудить с Виолеттой наши представления о семейной жизни. Она находилась напротив меня, спокойно пила кофе и выглядела совершенно довольной происходящим. И почему-то именно её безмятежность подтолкнула меня к мысли, что пора внести некоторую ясность в наши отношения.
Я начал издалека, стараясь говорить как можно спокойнее.
— Знаешь, мне кажется, что в отношениях у мужчины и женщины должны быть определённые обязанности.
— Разумеется.
Её ответ прозвучал настолько доброжелательно, что я сразу приободрился.
— Женщина ведь должна заботиться о мужчине.
— Допустим.
Я решил, что можно двигаться дальше.
— Например, если мы встречаемся, было бы логично, чтобы ты иногда приезжала ко мне.
— Иногда.
— И могла бы приготовить что-нибудь вкусное.
Она кивнула, и я окончательно расслабился. Мне казалось, что мы прекрасно понимаем друг друга.
— Ну и вообще, мужчина возвращается домой после тяжёлого рабочего дня. Приятно ведь, когда его ждёт полноценный ужин.
Виолетта продолжала молча слушать, не перебивая меня и не выражая недовольства.
Я решил, что теперь самое время перейти к остальным пунктам.
— И порядок в доме тоже должен быть.
— В чьём доме?
— В мужском.
— Понятно.
Мне казалось, что разговор складывается просто великолепно. Поэтому я продолжил перечислять всё, что считал важным. Заговорил о домашнем уюте, заботе, женской мудрости и поддержке. Объяснял, что женщина должна помогать мужчине справляться с трудностями, быть рядом в непростые моменты и не отдаляться от него по каждому пустяку.
Затем я затронул и тему близости. По моему мнению, не стоило постоянно отказывать мужчине только потому, что женщина устала или у неё нет настроения. Я рассуждал о том, что мужчина и без того устаёт на работе, а дома ему хочется отдохнуть, расслабиться и не думать о бытовых проблемах. Чем дольше я говорил, тем больше мне нравились собственные рассуждения. Я уже практически представлял, как Виолетта с пониманием смотрит на меня и наконец осознаёт, насколько разумны мои требования.
Но самое интересное началось после того, как я закончил свою речь.
Виолетта внимательно посмотрела на меня. Ни раздражения, ни возмущения, ни даже привычной иронии в её взгляде не было. Она не собиралась спорить или доказывать мне, что я неправ.
Вместо этого она совершенно спокойно задала один короткий вопрос:
— А ты мне что?
Честно говоря, я совершенно растерялся. Такого поворота разговора я никак не ожидал.
Потому что я не смог найти на него ответ. Совсем.
— Ну… я же мужчина.
Виолетта продолжала спокойно смотреть на меня. И тут я впервые ощутил, что мой ответ звучит как-то неубедительно.
— У меня есть квартира.
— У меня тоже.
— Я надежный.
— Это хорошо.
— Я умею чинить разные вещи.
— Прекрасно.
С каждой минутой я чувствовал себя все более неловко. Разговор неожиданно перестал напоминать лекцию, которую я собирался прочитать, и стал похож на настоящий допрос. Причем вопросы задавал не я, а вот объясняться почему-то приходилось именно мне.
— Подожди. Получается, ты хочешь, чтобы я после работы ехала к тебе?
— Ну да.
— И готовила тебе ужин?
— А что в этом такого?
— Наводила порядок в квартире?
— Время от времени.
— Заботилась о тебе?
— Конечно.
— Старалась тебя радовать?
— Естественно.
Она кивнула, словно услышала все, что хотела, но спустя мгновение задала еще один вопрос:
— А мне что?
Именно в этот момент случилось то, чего я никак не мог предвидеть. Выяснилось, что за все время, пока я рассуждал об отношениях между мужчиной и женщиной, мне ни разу всерьез не приходило в голову задуматься о том, что получает от них женщина. Не то чтобы я намеренно игнорировал этот вопрос. Просто раньше я о нем не задумывался. Мне казалось совершенно естественным, что само присутствие мужчины рядом уже является определенным преимуществом. Однако по мере того, как продолжался наш разговор, эта уверенность постепенно исчезала.
Виолетта стала рассказывать о своей жизни. У нее имелась работа, собственная квартира и автомобиль. Были подруги, любимые занятия и отпуск, который она могла планировать так, как ей хотелось. Она сама распоряжалась свободными вечерами и могла спокойно проводить выходные. В ее доме никто не бросал где попало носки, не требовал приготовить ужин ровно к девяти и не задавал бесконечных вопросов о том, куда запропастились его вещи. А затем она произнесла фразу, после которой мое настроение окончательно испортилось.
— Зачем мне после работы ехать и обслуживать взрослого мужчину?
Особенно сильно меня зацепило слово «обслуживать».
— Это не обслуживание.
— А как тогда это называется?
— Отношения.
— Нет, Арсений. Отношения — это когда хорошо обоим, а не только одному.
С этого момента беседа окончательно пошла совсем не так, как я рассчитывал. Чем настойчивее я пытался обосновать свою точку зрения, тем менее убедительно она звучала. Я заговорил о традиционных ценностях, о женском предназначении, о том, как семьи создавались раньше. Однако чем дольше я рассуждал, тем отчетливее понимал, что мои доводы буквально рассыпаются у меня на глазах.
Наконец Виолетта поставила чашку на стол и произнесла слова, которые я до сих пор помню почти дословно.
— Арсений, мне сорок шесть лет. Я слишком много трудилась, чтобы в итоге заслужить возможность жить спокойно. Если в моей жизни появляется мужчина, рядом с ним она должна становиться лучше. А ты пока предлагаешь мне еще одну работу.
После этих слов мне стало по-настоящему обидно. Я действительно не понимал, чем заслужил такую реакцию. Ведь собственные требования я не считал чем-то необычным или чрезмерным. Мне казалось, что я прошу вполне естественных вещей. Но Виолетта смотрела на происходящее совершенно по-другому. То, что я воспринимал как нормальные ожидания от отношений, для нее выглядело перечнем обязанностей, выполнять которые она никому не нанималась.
В тот вечер я вернулся домой в дурном настроении. Поставил вариться пельмени, посмотрел на кухню, затем перевел взгляд на раковину. И тут снова вспомнил ее вопрос: «А ты мне что?» Неожиданно до меня дошло, что для мужчины нет ничего неприятнее этого вопроса. Пока женщина его не задает, очень легко считать себя настоящим подарком судьбы, которому достаточно просто появиться в ее жизни. Но стоит ей поинтересоваться, что конкретно он может предложить, как внезапно выясняется: одних рассуждений о мужской значимости совершенно недостаточно. Нужен ясный и понятный ответ.
Хотя, если говорить откровенно, я и сейчас считаю, что современные женщины слишком многое усложняют. Но после знакомства с Виолеттой я хотя бы немного понял, откуда берется такое отношение. Ведь раньше мужчина мог просто заявить: «Я мужчина», — и окружающим этого, казалось, было вполне достаточно. Теперь же почему-то от него ждут объяснений и хотят знать, какую именно пользу он способен принести в жизнь женщины. И вот на этом этапе многие из нас неожиданно обнаруживают, что ответить на такой вопрос совсем непросто.
