— А деньги куда делись?
Лаврентий несколько раз нажал пальцем на экран телефона. Брови его недовольно сдвинулись. Он закрыл банковское приложение, запустил его повторно и снова внимательно изучил сумму, отображавшуюся на счёте.
Изольда даже не подняла головы от ноутбука. Она занимала должность сметчицы в большой строительной организации и сейчас сосредоточенно проверяла расчёты в объёмной электронной таблице.
Работа с числами всегда помогала ей сохранять спокойствие. В отличие от людей, цифры не пытались обмануть и не просили бесконечно учитывать чужие обстоятельства.
— Ты о каких деньгах спрашиваешь?
Женщина сохранила документ.
— О твоей премии за квартал, — пояснил Лаврентий, приближаясь к письменному столу.
Он остановился рядом и поставил ладони на пояс.
— Ты ведь сама сказала, что сегодня её должны выплатить. А у Зинки завтра очередной ипотечный платёж. Я открыл наш общий банковский счёт, хотел отправить ей необходимую сумму, но там лежат только остатки моей зарплаты. Что случилось? Бухгалтерия опять задержала перечисление?
Изольда неторопливо отодвинула ноутбук к краю столешницы. Затем выпрямилась и спокойно положила ладони на колени.
— Бухгалтерия перевела премию сегодня, ровно в полдень.
— Тогда где она?
Супруг раздражённо махнул смартфоном.
— Опять какие-то неполадки у банка?
— Никаких неполадок нет. Банковская система функционирует совершенно нормально.
Изольда подняла глаза и встретилась с мужем взглядом.
— Средства никуда не исчезли. Они находятся на другом счёте, открытом в другом банке. И доступа к этому счёту у тебя нет.
Лаврентий медленно опустил руку с телефоном. На его лице проступили красноватые пятна. Несколько секунд он растерянно моргал, пытаясь осмыслить услышанное.
— Как это в другом банке? — наконец выдавил он. — С какой стати ты вообще открыла отдельный счёт?
— Для того, чтобы самостоятельно решать, на что тратить деньги, которые я зарабатываю собственным трудом.
— Но у нас была договорённость!
Голос Лаврентия резко повысился.
— Мы ведь условились, что твою квартальную премию будем отдавать Зинаиде! Ей необходима поддержка! Она одна воспитывает ребёнка, ей и без того приходится нелегко!
— Тогда давай вспомним точные условия нашего соглашения.
Изольда продолжала говорить спокойно, не повышая голоса.
— Мы решили помогать ей в течение двух лет. Именно столько времени отводилось на её декретный отпуск. Но он завершился ещё полгода назад.
— Ну и что? Ребёнка только устроили в детский сад, а работу она до сих пор не смогла найти!
— Потому что даже не пытается её искать. Твоя сестра прекрасно устроилась: получает деньги от тебя, алименты от бывшего мужа и вдобавок регулярно забирает мою премию. Лаврентий, я работаю сметчицей.
Я каждый день составляю расчёты и проверяю, чтобы расходы соответствовали имеющимся средствам. Так вот, согласно моей личной финансовой ведомости, благотворительная организация под названием «Помощь твоей сестре Зинаиде» окончательно обанкротилась.
Лаврентий шагнул ещё ближе. Уперевшись обеими ладонями в столешницу, он наклонился над сидевшей женой.
— Ты сейчас надо мной насмехаешься? — возмущённо спросил он. — У неё завтра огромный платёж по кредиту! Где, по-твоему, она должна раздобыть столько денег за один вечер?
— Там же, где нашла средства на прошлый месяц, когда отправилась отдыхать в Сочи.
Муж внезапно замолчал. Красные пятна на щеках стали ещё заметнее.
— Это совершенно другая ситуация! — поспешно возразил он. — Ей требовалось сменить обстановку! Она была на грани нервного срыва, нужно же было как-то прийти в себя!
— Замечательно. Получается, твоей сестре необходим отдых, а мне предлагается привыкнуть к существованию без собственных денег. Два года я отказывала себе в необходимых вещах, чтобы Зинаида могла спокойно отдыхать и ни о чём не беспокоиться. Больше этого не будет.
— Ну зачем ты так? Тебе действительно настолько жалко помочь?
Поняв, что возмущением ничего не добьётся, Лаврентий заговорил гораздо мягче, почти умоляюще.
— Нам ведь вполне хватает моей зарплаты на повседневные расходы. За коммунальные услуги плачу я, основные продукты тоже покупаю. А твоя квартальная выплата — это, по сути, дополнительные деньги. Они же не нужны нам для жизни.
На губах Изольды появилась невесёлая усмешка. Она протянула руку к стопке документов, лежавшей возле ноутбука, достала оттуда сложенную пополам бумагу формата А4 и положила перед супругом.
— Тогда ознакомься вот с этим.
Лаврентий без особого желания взял лист. Перед ним оказался распечатанный лечебный план, составленный специалистами стоматологической клиники. Итоговая стоимость предстоящих процедур была выделена синим маркером.
— И что ты хочешь этим сказать?
— Здесь указана стоимость установки двух зубных имплантов. Мне следовало заняться этим лечением ещё в прошлом году. Но тогда мы продолжали спасать твою дорогую Зиночку. Сегодня я наконец внесла аванс за лечение. На это ушла вся моя премия за квартал. Полностью, до последней копейки.
Лаврентий раздражённо швырнул документ обратно на стол.
— Можно было ещё немного потерпеть! — воскликнул он. — За один дополнительный месяц с твоими зубами ничего страшного бы не произошло! А Зинку из квартиры выселят, если она не внесёт платёж!
— Пусть устраивается на работу. Может пойти кассиром в магазин, администратором или найти любую другую подходящую должность. Вариантов достаточно. А я не собираюсь после собственной работы ещё и бесплатно оплачивать чужую недвижимость.
— Какая же ты эгоистка!
Муж презрительно сплюнул.
— Ладно, сам отправлю ей деньги. Возьму необходимую сумму со своей кредитной карты.
— Отправляй, если считаешь нужным. Только сразу запомни: погашать задолженность по этой карте тебе придётся самостоятельно. Из той части зарплаты, которая остаётся после оплаты коммунальных счетов. Я ни одной копейки на покрытие этого долга не дам.
В этот момент смартфон в руке Лаврентия зазвонил. На экране высветилось имя его матери. Муж поспешно ответил и тут же включил громкую связь, явно рассчитывая, что теперь получит поддержку.
— Лаврентий!
Резкий голос Оксаны Трофимовны заполнил комнату, доносясь из телефонного динамика.
— Мне только что Зиночка звонила, вся в слезах! Завтра банк должен списать деньги за ипотеку, а у неё на счёте ничего нет! Вы там совсем забыли о ней, что ли?
— Мам, понимаешь, тут возникли некоторые сложности…
Лаврентий бросил быстрый взгляд в сторону жены.
— Какие ещё сложности? — немедленно потребовала объяснений Оксана Трофимовна. — Что, Изольде премиальные не перечислили?
Изольда слегка наклонилась вперёд, чтобы её слова хорошо были слышны через микрофон мужниного телефона.
— Добрый вечер, Оксана Трофимовна. Деньги мне сегодня перечислили. Только я уже распорядилась ими и потратила на собственные потребности.
На другом конце линии воцарилось молчание.
— Изольда? — наконец переспросила свекровь. — Ты это сейчас серьёзно или решила пошутить? Какие ещё личные потребности? Немедленно переводи деньги Зинаиде! У девочки завтра просрочка по ипотеке образуется! Банк ведь может забрать у неё квартиру!
— Никто у неё квартиру не отнимет. У Зинаиды родственников достаточно. Вы получаете пенсию, Лаврентий ходит на работу. Вот и соберите необходимую сумму вместе.
— Это ещё что значит — соберите?! — возмущённо воскликнула свекровь. — Откуда у нас свободные средства? Мы ведь на вашу помощь надеялись! Деньги в семье должны быть общими!
— Общими их можно было бы считать, если бы Зинаида приходилась дочерью нам обоим. Но она ваша дочь, Оксана Трофимовна. Со своей стороны я сделала для неё даже больше, чем обещала. Отныне никаких перечислений от меня не ждите.
Изольда выразительно посмотрела на телефон в руке супруга. Лаврентий поспешно завершил разговор и убрал смартфон в карман брюк.
— Ну что, теперь довольна? — раздражённо спросил он. — Мать совсем расстроила. Наверняка сейчас побежит давление проверять.
— Пускай проверит. Следить за давлением никогда не помешает.
Остаток вечера супруги провели практически без разговоров. Лаврентий беспокойно расхаживал по квартире, то и дело набирал кому-то сообщения и несколько раз уходил на балкон, чтобы поговорить по телефону без свидетелей.
Изольда тем временем вернулась к рабочим документам, спокойно завершила необходимые вычисления, затем отправилась в душ и легла отдыхать. Ни угрызений совести, ни желания изменить принятое решение у неё не возникло. В собственных финансовых расчётах она наконец поставила окончательную точку.
Однако родственники явно не собирались так просто мириться с произошедшим.
На следующий день Изольда закончила работу и добралась до квартиры раньше мужа.
Она уже успела снять офисную одежду, переоделась в удобную домашнюю рубашку из льняной ткани и принялась готовить овощной салат. Но едва женщина начала нарезать овощи, как из прихожей послышались разговоры. Судя по голосам, Лаврентий вернулся не один.
Через несколько мгновений на кухонном пороге появилась Оксана Трофимовна. Свекровь вошла, не дожидаясь приглашения. Нарядную кофточку на пуговицах она даже не попыталась снять, лишь небрежно положила сумочку на подоконник. Её рот был недовольно сжат, а тщательно уложенные волосы немного выбились из причёски.
Позади матери нерешительно стоял Лаврентий. Он старательно избегал встречаться с женой глазами.
— Ну, здравствуй, дорогая моя невестушка.
Оксана Трофимовна остановилась посреди кухни и упёрла ладони в бока.
— Решила лично посмотреть на женщину, которая готова оставить собственных родственников без крыши над головой.
Изольда спокойно положила кухонный нож на разделочную доску и ополоснула руки под струёй воды.
— Добрый вечер, Оксана Трофимовна. Насколько мне известно, Зинаиду никто из квартиры не выселяет.
— А по-твоему, происходящее иначе называется?
Свекровь решительно шагнула вперёд.
— Моя девочка сегодня звонила в банк, просила, чуть ли не умоляла перенести срок платежа! И что ты думаешь? Ей отказали! Пришлось обзванивать подруг, унижаться, просить взаймы, причём некоторые согласились одолжить только с процентами! Ты хоть представляешь, до какого положения довела человека?
— Прекрасно представляю. Зинаиде пришлось столкнуться с обязанностями самостоятельного взрослого человека.
Изольда прислонилась к кухонному шкафу.
— Иногда такой опыт оказывается весьма полезным.
— Конечно, тебе легко рассуждать! — вспыхнула Оксана Трофимовна. — У тебя ведь собственных детей нет! Откуда тебе знать, каково это — одной воспитывать ребёнка и одновременно пытаться со всем справиться?
Это был привычный болезненный укол. Отсутствие общих детей у Изольды и Лаврентия свекровь давно превратила в удобный аргумент, которым пользовалась практически при любом семейном разногласии. Изольда выдержала небольшую паузу. Её лицо осталось совершенно спокойным.
— Именно потому, что у меня нет детей, я могу посвящать много времени сложной работе, соглашаться на дополнительные часы и получать хорошие премиальные выплаты. И эти заработанные средства я намерена расходовать на собственные потребности.
— Ты обязана поддерживать мужа! Вы же семья!
Оксана Трофимовна заговорила ещё громче.
— Лаврентий старается из последних сил, чтобы обеспечить вашу жизнь! А ты сидишь на своих огромных деньгах и никому ничего не хочешь дать!
— На моих огромных деньгах, — медленно повторила Изольда, особенно выделив эти слова, — которые появляются благодаря моему собственному труду. А теперь поговорим о том, сколько в действительности зарабатывает и тратит Лаврентий. Давайте произведём расчёт, Оксана Трофимовна, раз уж вы решили обсудить семейные обязанности.
Она отступила от кухонного гарнитура и сделала шаг навстречу свекрови.
— Зарплата у моего супруга, мягко говоря, вполне обычная. Значительная её часть уходит на оплату коммунальных услуг. Ещё определённую сумму он расходует на топливо для автомобиля и обеды во время рабочих смен.
Кроме того, из оставшихся денег Лаврентий регулярно отправляет вам средства на приобретение лекарств. И почему-то уверен, что я об этих переводах ничего не знаю.
Муж неловко кашлянул и незаметно попятился.
— В результате у него остаётся совсем небольшая сумма, — невозмутимо продолжила Изольда. — На неё он и приобретает то, что гордо именует основными продуктами: картофель, макаронные изделия да самое недорогое мясо.
А теперь попробуйте догадаться, за чей счёт мы ездим отдыхать, приобретаем домашнюю технику и одежду, ремонтируем автомобиль и покупаем остальные продукты, которыми ежедневно питаемся?
Оксана Трофимовна открыла рот, намереваясь вмешаться.
— Это вообще не относится к делу! В нормальной семье никто не подсчитывает…
— Ещё как подсчитывает! — твёрдо оборвала её Изольда.
— В течение этого года ваша дочь успела приобрести телефон самой новой модели, оплатить себе целый курс массажных процедур и съездить отдыхать к морю.
А я всё это время откладывала необходимое стоматологическое лечение, потому что мои деньги уходили на погашение её ипотеки. Но теперь всё закончилось. Этот источник финансирования закрыт окончательно, и возвращаться к прежнему порядку я не намерена.
Оксана Трофимовна на несколько мгновений растерялась. Похоже, она не ожидала, что невестка настолько подробно осведомлена о семейных расходах. Не найдя подходящего возражения, свекровь повернулась к сыну, явно рассчитывая на его вмешательство.
— Лаврентий! Ты вообще слышишь, каким тоном твоя жена разговаривает с матерью? Ты мужчина в этом доме или нет? Скажи ей наконец хоть что-нибудь!
Лаврентий неловко переместился с одной ноги на другую.
— Изольда, ну ты действительно слишком резко себя ведёшь, — пробормотал он. — Мама ведь не просто так переживает. Мы же родные люди. Зина обязательно вернёт деньги, как только устроится работать.
— Пока вы продолжаете полностью её содержать, никакой необходимости устраиваться на работу у неё не появится.
Изольда прищурилась и внимательно посмотрела на супруга.
— И ещё одно, Лаврентий. Если ты снова попытаешься распоряжаться моими заработками ради своей сестры, можешь сразу собираться и переезжать к ней. Как раз в ту квартиру, ипотеку за которую я помогала выплачивать последние два года.
На кухне установилась тяжёлая тишина. Оксана Трофимовна наконец осознала, что привычные способы воздействия на невестку больше не приносят результата. Ни громкие обвинения, ни ссылки на материнский авторитет не смогли поколебать её решения. Изольда отвечала конкретными обстоятельствами и точными подсчётами, против которых трудно было что-либо возразить.
— Ты об этом ещё пожалеешь, — сквозь стиснутые зубы произнесла свекровь.
— Представляешь, что скажут люди, когда узнают, какая женщина досталась моему сыну? Скупая, бессердечная, всё до копейки высчитывает! Я обязательно расскажу всей нашей родне, как ты поступила!
— Обязательно расскажите.
Изольда совершенно спокойно пожала плечами.
— Если хотите, даже помогу сформулировать сообщение для родственников. Можете написать примерно следующее: «Моя невестка больше не согласна оплачивать ипотечные взносы моей взрослой дочери, которая нигде не работает. Просим всех желающих оказать посильную финансовую помощь». И обязательно приложите банковские реквизиты Зинаиды, чтобы люди знали, куда отправлять деньги.
Оксана Трофимовна крепко сжала губы. Больше она ничего не сказала. Резко развернулась, вышла из кухни и направилась в прихожую. Там некоторое время сердито возилась с обувью, после чего покинула квартиру, даже не попрощавшись.
Лаврентий остался посреди кухни, растерянный и совершенно подавленный. Он явно ожидал совсем другого развития событий. Но Изольда не кричала, не устраивала скандала с разбитой посудой, не угрожала немедленно уйти и не начинала складывать одежду в чемоданы. Она просто обозначила границу, которую больше никому не позволяла переступать.
— Ну зачем ты так с мамой? — устало спросил супруг.
— У неё ведь сердце больное.
— Потому что кто-то должен был наконец прекратить эту историю, — ответила Изольда.
Спустя неделю она уже сидела в стоматологическом кресле. В кабинете равномерно гудело оборудование, и Изольда прислушивалась к привычному монотонному звуку бормашины. Впереди её ожидало продолжительное лечение, требующее немалых расходов. Но впервые за многие месяцы женщина испытывала удовлетворение от того, куда направила свои заработанные средства. Теперь деньги расходовались на то, что действительно было необходимо ей самой.
Зинаида всё-таки сумела внести очередной ипотечный платёж. Причём сделала это самостоятельно, не получив привычного перевода от безотказной жены брата. Выяснилось, что при настоящей необходимости найти нужную сумму всё же возможно.
Лаврентий ещё несколько дней ходил по квартире с угрюмым лицом. Он даже попытался демонстративно сократить расходы на продукты, словно хотел таким образом выразить своё недовольство решением супруги. Однако надолго его не хватило, и вскоре он отказался от этой затеи.
Больше муж не заводил разговоров о том, что Изольда обязана финансово поддерживать его сестру.
Для себя женщина окончательно определила допустимые семейные расходы. И пересматривать эту смету больше не собиралась.
