— На сборы у тебя час, Ларисочка!
Входная дверь с грохотом распахнулась, будто её не открыли ключом, а со всей силы пнули ногой.
В прихожую тяжело шагнул Андрей. Лицо бывшего мужа раскраснелось, короткая куртка была распахнута, а на лысине поблёскивали капельки пота. Сразу за ним внутрь протиснулась ярко накрашенная девица в пёстром шёлковом платке. Её тонкие каблуки звонко застучали по старому, местами потёртому линолеуму.
Андрей тащил две набитые дорожные сумки. На ручках всё ещё болтались помятые багажные бирки.
Лариса застыла возле двери в комнату. В руках у неё лежала аккуратная стопка только что выглаженных наволочек.
— Собирай свои вещички, Ларисочка!
Андрей резко размахнулся и бросил тяжёлые сумки на коврик возле порога. От удара в воздух взметнулась пыль.
— Даю тебе ровно час.
Он вызывающе посмотрел на бывшую жену.
— Если до темноты отсюда не съедешь, вызову наряд!
Его спутница тем временем брезгливо поднесла край узорчатого платка к носу, втянула воздух и недовольно скривила ярко накрашенные губы.
— Андрюнь, а вот эту стену можно будет убрать?
Она придирчиво осмотрела прихожую, словно уже мысленно распоряжалась здесь как хозяйка.
— И пахнет каким-то супом… А эти обои вообще ужас. Ты же помнишь, мы хотели всё переделать в нормальный светлый лофт.
— Конечно сделаем, зайка!
Андрей довольно расхохотался и широкой ладонью вытер вспотевший лоб.
— Вот прежняя жиличка сейчас освободит помещение, и можешь тут хоть дворец устраивать.
Лариса не произнесла ни слова.
Пальцы так сильно стиснули хлопковые наволочки, что суставы болезненно заныли. Внутри всё похолодело, словно на неё внезапно опрокинули целое ведро ледяной воды. Горло перехватила тяжёлая, едкая злость, от которой стало трудно дышать.
Но устраивать истерику она не собиралась.
Не вскрикнула, не начала спорить и не стала задавать вопросов.
Ноги вдруг налились тяжестью и словно перестали ей принадлежать. Лариса медленно прошла на кухню, опустилась на простой деревянный стул и устало провела ладонью по лицу.
Сейчас ей требовалось только одно.
Несколько минут спокойно посидеть и прийти в себя.
Развелись они три года назад. Как раз в последних числах октября Андрей собрал свои вещи, демонстративно бросил ключи на стол и заявил Ларисе, что ему надоела жизнь со скучной женщиной и он наконец встретил ту самую, настоящую любовь.
Квартиру тогда делить не стали. Их сын Артём учился на последнем курсе института, нужно было оплачивать общежитие, помогать ему с повседневными расходами и дать спокойно закончить диплом.
Андрей ещё ухмылялся тогда с видом великодушного благодетеля:
— Живи пока с парнем. Я же не зверь какой-нибудь, последнюю рубаху с тебя снимать не собираюсь!
Квартира с самого начала была оформлена исключительно на Андрея. Когда её покупали, он уже крутился со своим небольшим автосервисом в гаражах, а Лариса работала завхозом в детском саду. С её зарплатой банк отказался одобрять кредит, поэтому документы решили оформить на главу семьи.
Так и получилось, что юридически владельцем трёхкомнатной квартиры значился только Андрей.
Теперь Артём получил диплом и уехал в соседнюю область — устроился работать на завод.
И тут объявился бывший муж.
Ровно через три года.
День в день.
Надо же было так точно всё рассчитать, паразиту.
Из коридора послышались тяжёлые шаги Андрея. Разуваться он даже не подумал. С подошв ботинок на чистый пол стекала серая осенняя слякоть, оставляя за собой грязные разводы.
— Ты чего расселась?
Андрей появился в кухонном проёме, упёр руки в бока и самодовольно выставил вперёд округлившийся живот.
— Время уже идёт!
Он кивнул в сторону прихожей.
— Мои ребята внизу возле фургона стоят, пока перекуривают. Твоего здесь немного — одежда да тот сервиз, который твоя мать нам на свадьбу притащила.
Андрей начал загибать пальцы:
— Крупные вещи даже не трогай. Холодильник покупал я. Стиральную машину тоже оплачивал я. Диван Яночке оставим.
— Это ещё почему?
Лариса произнесла это негромко, но твёрдо и поднялась со стула.
— Потому что вот так!
Андрей растянул губы в довольной ухмылке.
— Законы знать надо, дорогая. Ты своё счастье сама проспала. Сколько после развода прошло? Три года. Вчера срок как раз закончился. Всё, поезд ушёл!
Он важно поднял указательный палец.
— Срок давности называется, поняла? Мне юрист из автоколонны всё по пунктам объяснил. Не подала вовремя на раздел имущества — теперь свободна, как ветер. Квартира на кого записана? На меня. Значит, кто здесь собственник? Я. А ты все эти годы жила здесь, по сути, на птичьих правах.
Следом в кухню плавно вошла Яна. Она осторожно придерживала край своей явно недешёвой куртки, чтобы ткань случайно не задела дверной косяк.
— Женщина, ну должна же быть хоть какая-то гордость, — протянула она, нарочито растягивая слова. — Вы целых три года бесплатно пользовались чужой жилплощадью. Между прочим, Андрей за вас ещё и коммунальные расходы оплачивал!
Яна страдальчески вздохнула.
— Мы всё это время по съёмным углам мучились, а вы одна в трёх комнатах жили как барыня. Может, уже пора совесть иметь? Нужно же когда-нибудь уступать место молодым.
Лариса медленно повернула голову и посмотрела на неё в упор.
— Надо же, какая сострадательная нашлась, — усмехнулась она. — Прямо измучилась вся из-за чужого жилья.
— Ты мне разговор не уводи в сторону! — гаркнул Андрей.
От его голоса на буфете тихо звякнули солонки.
— Я вообще-то по-хорошему сюда пришёл! Мог бы ещё утром замки поменять, пока ты по своему садику носишься, а всё твоё барахло отдать дворникам!
Он ткнул себя пальцем в грудь.
— Но я человек нормальный, душевный. Поэтому даю тебе возможность спокойно собрать вещи, без воплей и истерик. Вызывай машину, звони подругам, кому хочешь. Но к вечеру чтобы тебя здесь уже не было!
Андрей приблизился на шаг.
— Иначе сам позвоню в полицию. Приедут, оформят всё как положено за незаконное проживание в чужой квартире. Тебе самой потом перед соседями не стыдно будет?
Лариса молча смотрела на бывшего мужа.
На его багровую шею.
На тяжёлые складки над воротом одежды.
На кусочки уличной грязи, которые он притащил на ботинках в дом, где она столько лет поддерживала чистоту.
Двадцать два года совместной жизни.
Банки с домашним супом, которые она таскала Андрею в гараж, когда тот целыми днями возился в мастерской.
Бессонные ночи возле маленького Артёма, когда сын лежал с высокой температурой и ангиной, а Андрюша спокойно спал, потому что утром ему нужно было заниматься «бизнесом».
Годы бесконечной экономии.
Она откладывала покупку хороших зимних сапог, считала каждую трату, лишь бы Андрей смог приобрести подержанный подъёмник для своей мастерской.
А теперь этот человек стоял перед ней вместе с размалёванной девицей в шёлковом платке и выгонял её из квартиры.
— Не устал лаять? — спокойно спросила Лариса.
— Чего?!
Андрей даже поперхнулся от неожиданности.
— Говорю, голос побереги. Тебе ещё долго кричать придётся.
Лариса обошла его и неторопливо направилась в гостиную.
— Андрюня, она надо мной просто издевается! — донёсся из прихожей пронзительный голос Яны. — Ты посмотри, она вообще ничего не собирает!
Через секунду последовало новое возмущение:
— Сделай уже что-нибудь! У меня от этой помойки голова разболелась!
— Сейчас разберёмся, зайка! Не нервничай!
За Ларисой снова загрохотали тяжёлые шаги.
Андрей ворвался в гостиную, остановился посреди комнаты и угрожающе выставил подбородок. Глаза у него помутнели от злости.
— Ты решила, что я сюда шутки шутить приехал?!
Он резко распахнул дверцу старого платяного шкафа.
— Думаешь, у меня смелости не хватит? Я сейчас собственными руками всё твоё тряпьё в мусорные мешки запихну и прямо с балкона спущу!
— Руки убери.
Лариса стояла возле комода.
Она не плакала, не металась по комнате и не пыталась его переубедить.
Спокойно открыла нижний ящик и достала оттуда пачку старых квитанций за электричество. Под ними лежал самый обычный бумажный конверт.
Лариса вынула его.
Из конверта появился сложенный пополам официальный лист с синей гербовой печатью.
Андрей заметил документ и недоверчиво прищурился.
— Это ещё что за бумажка?
Он презрительно скривился, однако руку от шкафа всё-таки убрал.
— Старые расписки откопала? Или решила мне чеки за обои предъявить?
Андрей снова ухмыльнулся.
— Я тебе уже понятно объяснил: срок давности закончился! Хоть целую коробку чеков тащи — суд даже смотреть на них не станет!
Лариса аккуратно развернула сложенный лист и подняла глаза на бывшего мужа.
— А суд уже всё посмотрел, Андрей.
Она расправила документ в руках.
— И решение тоже уже вынес. Причём прекрасно справился без твоих ценных юридических советов.
Лариса вернулась на кухню, аккуратно положила документ на покрытый клеёнкой обеденный стол и разгладила его ладонью.
Позади тяжело и сердито дышал Андрей. Яна осталась в коридоре, но любопытство пересилило: она вытянула шею и настороженно уставилась на бумагу.
— Читай, знаток.
Лариса постучала пальцем по листу.
— Ты ведь у нас особенно грамотный, когда дело касается чужого имущества.
— Да что мне там читать…
Андрей всё же приблизился к столу. Наклонился почти к самой бумаге, прищурился и начал разбирать первые строки.
Вверху совершенно ясно было написано: решение районного суда по делу о разделе совместно нажитого имущества. Документ датировался концом августа. Ниже, возле канцелярского штампа, стояла недвусмысленная отметка о том, что решение уже вступило в законную силу.
Самодовольство исчезало с лица Андрея буквально на глазах.
Сначала сероватый оттенок приобрели щёки, а затем по толстой шее начали расползаться багровые пятна.
— Это ещё что такое?..
Он ткнул толстым пальцем с тёмной полоской грязи под ногтем прямо в гербовую печать.
— Какой суд? Меня никто никуда не вызывал!
Андрей резко выпрямился.
— Да это подделка! Ты сама эту бумажку на принтере состряпала!
— Повестки надо было получать по адресу регистрации, дорогой мой, — спокойно ответила Лариса и сложила руки на груди. — А не бегать от почтальона, воображая себя самым хитрым человеком на свете.
Она выдержала короткую паузу.
— Тебе трижды отправляли извещения. Ты ни разу не пришёл.
— Думал, проживёшь три года у своей ненаглядной, переждёшь, а потом ворвёшься сюда полноправным хозяином?
Лариса кивнула на документ.
— Вот суд и разобрался без твоего присутствия.
Андрей резко схватил лист, подтянул к себе и торопливо перевернул страницу. Теперь в его глазах уже невозможно было не заметить настоящий страх.
— И второй документ прочитай, — невозмутимо продолжила Лариса. — Выписка свежая. Там указаны два собственника.
Она посмотрела бывшему мужу прямо в лицо.
— Половина квартиры принадлежит тебе. Вторая половина — мне.
— Какая ещё… половина?
Андрей уставился на неё ошалевшим взглядом.
— Но прошло же три года… Мне юрист говорил…
— Своего юриста можешь отправить куда подальше.
Лариса по-прежнему разговаривала совершенно спокойно.
— Три года отсчитываются не просто от даты развода, Андрей.
— Отсчёт связан с тем моментом, когда нарушаются права одного из бывших супругов.
Она забрала бумагу со стола.
— Впрочем, я и не собиралась дожидаться, пока ты решишь устроить мне какую-нибудь гадость. Артём защитил диплом — я сразу обратилась в суд.
Лариса чуть усмехнулась.
— Так что поздравляю с новосельем, совладелец.
В кухне установилась такая тишина, что стало отчётливо слышно, как где-то за окном с гулом проехала маршрутка.
Яна нервно переступила с ноги на ногу. Тонкие каблуки неприятно процокали по линолеуму.
— Андрюня…
Теперь от прежней сладкой растянутости в её голосе не осталось и следа. Вместо неё появились резкие, визгливые нотки.
— Это как понимать? Квартира, получается, не твоя?!
— Моя!
Андрей моментально вскинулся. Огромные кулаки сжались.
— Моя квартира, поняла?! Я ради неё всю спину согнул!
Он почти перешёл на крик.
— Годами в гаражной яме пропадал! А эта за моей спиной по судам бегала!
Андрей схватил документ.
— Да я сейчас эту бумагу в клочья порву! Новый суд будет! Я куда угодно дойду!
— Да хоть конфетти из неё сделай, — равнодушно пожала плечами Лариса. — Перед тобой копия. Оригинал хранится в суде, а сведения внесены в официальную базу.
Она спокойно встретила его разъярённый взгляд.
— Хоть в Гаагу отправляйся, Андрей. Квартиру мы приобрели в браке. По закону половина принадлежит мне, и отобрать её у меня у тебя не получится.
Андрей тяжело опёрся животом о край стола.
Плечи вдруг бессильно опустились.
Всё его недавнее высокомерие исчезло буквально за несколько секунд. Перед Ларисой теперь стоял уже не самоуверенный хозяин жизни, явившийся выгнать бывшую жену, а растерянный стареющий мужчина с тяжёлым дыханием, который неожиданно понял, что собственными руками загнал себя в ловушку.
— Да и чёрт с тобой!
Он резко поднял голову, изо всех сил стараясь снова принять прежний наглый вид.
— Половина, значит? Прекрасно!
Андрей хлопнул ладонью по столу.
— Тогда я буду жить на своей половине! Сегодня же и заселюсь. Возьму большую комнату с лоджией. Право имею!
Он повернулся к прихожей.
— Янка, бери сумки! Заносим всё в гостиную!
Яна уже потянулась к оставленным возле входа баулам, однако Лариса двумя быстрыми шагами пересекла коридор и встала в дверном проёме.
— Стоять.
— Ты чего здесь встала?!
Андрей угрожающе двинулся к ней.
— Я собственник! Попробуешь не пустить — сам тебя по лестнице спущу!
— Ты собственник, — согласилась Лариса. — Поэтому заходи. Если у тебя хватит совести жить со мной под одной крышей и пользоваться одной ванной.
Она твёрдо посмотрела ему в глаза, побелевшие от ярости.
— А твоя девица останется за дверью.
Яна так и застыла, ухватившись за ручку дорожной сумки.
Рот у неё приоткрылся.
— Это ещё почему?! Я его женщина!
— Хоть восточная фаворитка, мне без разницы.
Лариса указала на календарь, висевший возле зеркала. Под яркой картинкой чёрным маркером был крупно записан номер мобильного телефона.
— Видишь? Капитан Сомов, наш участковый. Его участок буквально через пару домов отсюда. Я ещё на прошлой неделе заходила к нему с документами, когда получила судебную выписку. Сразу предупредила, что от бывшего мужа можно ожидать чего угодно.
Теперь Лариса посмотрела непосредственно на Яну.
— Поэтому слушай внимательно, дорогуша. Без согласия второго собственника посторонних сюда никто заселять не будет.
Она отчеканила:
— Своего согласия я не давала. И никогда не дам.
— Хочешь проверить? Я сейчас звоню в полицию. Через несколько минут здесь будет наряд.
Лариса кивнула на сумки.
— И выйдешь отсюда уже после разговора с сотрудниками. Так что сама баул понесёшь или тебе ускорение придать?
Яна медленно отступила к входной двери.
Вся её прежняя спесь, показной лоск и сладкие мечты о просторном светлом лофте с дорогим ремонтом исчезли мгновенно, словно лопнувший мыльный пузырь.
— Андрей…
Она судорожно ухватилась за дверную ручку.
— Куда ты вообще меня притащил?!
Яна сорвалась на визг:
— Ты же рассказывал, что она тихая и безответная! Уверял, что достаточно на неё надавить — она испугается и уедет к сестре!
Она с отвращением огляделась.
— Ты меня что, жить в коммуналку с собственной бывшей женой привёз?!
— Януль, подожди…
Андрей кинулся к ней, запутавшись в расстёгнутой куртке.
— Сейчас спокойно поговорим, всё решим…
— Сам разбирайся со своими женщинами!
Яна со злостью пнула тяжёлую сумку, и та вывалилась через порог на лестничную площадку.
— Больше ноги моей в этой дыре не будет!
Она уже шагнула наружу, но напоследок обернулась:
— Бесплатную прислугу себе нашёл, плешивый обормот!
Яна выскочила на площадку и с грохотом захлопнула металлическую дверь.
По лестнице быстро застучали её каблуки. Звук становился всё тише, пока окончательно не исчез где-то внизу.
Андрей остался посреди прихожей один.
Куртка распахнута, лицо перекошено одновременно от бешенства и унижения.
Он исподлобья посмотрел на Ларису. Во взгляде ещё оставалась злость, но прежней силы уже не было. Сейчас Андрей напоминал нашкодившего пса, которого наконец поймали на месте.
— Ну и стерва же ты, Лариска…
Слова он выдавил сквозь плотно стиснутые зубы.
— Всю мою жизнь переломала.
— Ты прекрасно справился с этим самостоятельно, Андрей.
Лариса даже не сдвинулась с места.
— Тебя собственная жадность подвела.
Она покачала головой.
— Решил, что можно бросить семью, перешагнуть через нас, а спустя три года вернуться на всё готовое и вышвырнуть меня за дверь?
Лариса указала на оставшийся баул.
— Забирай свои сумки и отправляйся вслед за своей музой. Пока капитану Сомову не пришлось лично сопровождать тебя до выхода.
Андрей заскрипел зубами, резко подхватил вторую сумку и дёрнул дверь.
— Ты ещё пожалеешь! Сама ко мне на коленях приползёшь!
— Только дверь за собой закрой. Сквозняк идёт.
Тяжёлая металлическая дверь с грохотом ударилась о коробку.
Через несколько секунд в подъезде натужно загудел старый лифт.
Лариса повернула замок.
Потом накинула толстую дверную цепочку.
И только тогда почувствовала, как сильно дрожат ноги.
Колени стали ватными.
Она медленно вернулась на кухню, упёрлась обеими ладонями в край стола и некоторое время просто стояла, не двигаясь.
Перед ней лежал судебный документ с синей печатью.
Плечи мелко вздрагивали, однако дыхание постепенно становилось спокойнее.
Через несколько минут Лариса выпрямилась.
Достала из-под мойки ведро, набрала горячей воды, добавила туда пахучего жидкого мыла и взяла старую половую тряпку.
А затем без спешки начала отмывать линолеум.
От самого порога через коридор тянулись грязные следы ботинок бывшего мужа.
Лариса тщательно стирала их один за другим.
Прошло два месяца.
К январю установились крепкие морозы.
За это время Андрей звонил ещё примерно четыре раза.
Поначалу он кричал в телефон так, что Ларисе приходилось отводить трубку от уха. Угрожал найти каких-то бандитов, обещал назло продать свою долю первым попавшимся людям.
Лариса с ним не спорила.
Она просто клала телефон на стол и занималась своими делами, позволяя бывшему мужу кричать в пустоту столько, сколько ему хотелось.
Постепенно его тон изменился.
Вместо угроз появились жалобы.
Андрей рассказывал, что у него постоянно простреливает поясницу, скачет давление, а Яна внесла его номер в чёрный список и больше не желает разговаривать.
Особенно тяжело ему давалась стоимость съёмной однокомнатной квартиры возле автовокзала.
В конце концов он начал просить.
Хотя бы временно пустить его в маленькую спальню.
Клялся, что будет вести себя незаметно, не станет мешать и даже возьмёт на себя ремонт сантехники.
— Никаких спален, Андрей, — коротко ответила Лариса, помешивая суп на плите. — Хочешь решить вопрос — ищи деньги и выкупай мою половину по нормальной рыночной стоимости.
Она убавила огонь.
— Или выставляем квартиру на продажу через риелтора, продаём целиком и делим полученные деньги пополам.
Лариса помолчала и добавила:
— Третьего варианта нет.
В субботу приехал Артём.
Сын привёз два больших пакета продуктов, а заодно помог матери заменить старый смеситель в ванной.
Позже они сидели вдвоём на кухне.
Артём посмотрел на мать и усмехнулся:
— Отец мне вчера звонил. Полчаса жаловался. Всё спрашивал, не могу ли я как-нибудь на тебя повлиять.
— И что ты ответил?
— Сказал, чтобы хотя бы под старость перестал позориться.
К концу января появился покупатель.
Квартиру решила приобрести молодая пара, работавшая на заводе. Им одобрили подходящую семейную программу, поэтому сделка начала быстро продвигаться.
В назначенный день Андрей приехал оформлять документы.
Он сидел мрачный, стиснув зубы, и старательно избегал взгляда бывшей жены.
Однако все необходимые бумаги подписал.
Ларисиной половины денег от продажи просторной трёхкомнатной квартиры как раз хватило на хорошую тёплую однокомнатную квартиру в кирпичном доме возле соснового парка.
Того самого парка, куда когда-то по выходным они ходили гулять вместе с маленьким Артёмом.
Однажды утром Лариса повязала тёплый шерстяной платок, застегнула зимнее пальто и вышла из своего нового дома.
Мороз сразу защипал щёки.
Она глубоко вдохнула чистый холодный воздух и неспешно зашагала по хрустящему снегу к остановке.
Сегодня у неё было важное дело.
Нужно было выбрать новые шторы.
Для своей собственной новой кухни.
