Марина сидела на кухне, разложив перед собой квитанции за коммунальные услуги. Утро субботы проходило совершенно обычно и не обещало никаких неприятностей. За окном шумела улица, время от времени доносился отдаленный гул автомобилей, а в квартире сохранялась приятная тишина. Именно такую обстановку Марина любила больше всего. Она никогда не стремилась к шумным компаниям, предпочитая спокойствие, привычный порядок и возможность побыть наедине со своими мыслями. Внезапный звонок мобильного телефона разрушил эту идиллию. Марина взглянула на экран и увидела имя Антонины Петровны — матери ее мужа. Женщина тяжело вздохнула, словно заранее почувствовала, что ничего хорошего этот звонок не принесет, и нажала кнопку ответа. — Я решила пригласить своих подруг на твою дачу у моря. Так что готовь шашлыки, — вместо приветствия заявила свекровь. Даже по телефону было слышно, что она не спрашивает разрешения, а отдает распоряжение. Ее голос звучал так, будто решение уже принято и обсуждению не подлежит. Марина на несколько секунд потеряла дар речи. Дача, о которой говорила Антонина Петровна, принадлежала ей. После смерти бабушки дом и участок достались Марине по наследству.
Это был небольшой добротный кирпичный дом в пригородной зоне, в тихом месте неподалеку от моря. Когда-то бабушка проводила там большую часть теплого сезона, но после ее смерти участок несколько лет практически не использовался. Марина только недавно начала составлять план будущего ремонта. Состояние дома пока оставляло желать лучшего: водоснабжение не работало, электрическая проводка нуждалась в полной замене, а двор зарос высокой травой. О полноценном приеме гостей не могло быть и речи. — Антонина Петровна, доброе утро. О какой даче вы говорите? — спокойно переспросила Марина. — Там сейчас совершенно не готово для приема гостей. Я начала ремонт, вода отключена, электричество требует замены, во дворе строительные материалы и заросли. — Ой, ну только не начинай рассказывать мне эти сказки! — моментально перебила ее свекровь. — Славик еще весной говорил, что вы там крышу ремонтировали. Значит, дом нормальный и жить там можно. Мои девочки уже собрались. В пятницу садимся на дневную электричку и едем к тебе. Я хочу, чтобы стол был полный! Мясо сделай мягким, Зинаида твердое не сможет жевать, у нее зубы вставные. И обязательно купи приличное вино. Только не ту кислую дрянь, которую вы подавали в прошлый раз. Марина почувствовала, как внутри поднимается раздражение. Бесцеремонность Антонины Петровны давно перестала ее удивлять, но сейчас свекровь явно перешла все допустимые границы. — Я никуда не поеду, — твердо ответила Марина. — И вас туда пустить тоже не могу. Дом закрыт. Ключи находятся только у меня. Там сейчас небезопасно: кругом строительные материалы, доски и другие вещи после ремонта. — Ты вообще понимаешь, с кем разговариваешь?! — возмутилась Антонина Петровна. — Как ты позволяешь себе разговаривать со старшими?! Я уже пообещала людям нормальный отдых на свежем воздухе! Ты что, хочешь выставить меня перед подругами лгуньей? К пятнице все должно быть готово! Не успела Марина ответить, как звонок оборвался. Свекровь просто положила трубку, даже не попрощавшись. Она явно была уверена, что сказала достаточно и теперь невестка выполнит распоряжение. Антонина Петровна вообще придерживалась простого правила: если она чего-то захотела, остальные должны были это сделать. Марина медленно положила телефон на стол и посмотрела в сторону гостиной. Ее муж Слава сидел на диване и листал новости в планшете. Он прекрасно слышал весь разговор, но даже не поднял головы. — Твоя мама только что сообщила мне, что я должна ехать на дачу и готовить шашлыки для ее подруг, — сказала Марина, остановившись в дверном проеме. Слава на секунду оторвался от экрана, пожал плечами и снова уткнулся в планшет. — Ну, мамка у меня такая. Ты же давно ее знаешь. Любит командовать. Просто скажи ей, что не поедешь. Покричит и успокоится. — Я уже сказала. Но она бросила трубку и, судя по всему, действительно собирается приехать в пятницу. — Да никуда она не поедет, — беззаботно отмахнулся Слава. — Ей просто хочется показать, кто здесь главный. Ты же знаешь, как она любит командовать. По жаре тащиться ей самой будет лень. Забудь. Однако Марина слишком хорошо знала свою свекровь, чтобы поверить мужу. Антонина Петровна была невероятно упрямой женщиной. Если она уже успела пообещать Зинаиде и Тамаре отдых возле моря, шашлыки и гостеприимную невестку, она скорее сама измучится, чем признает, что ее планы сорвались. Марина понимала: оставлять все как есть нельзя. Ехать на дачу специально ради скандала перед двумя незнакомыми женщинами ей тоже не хотелось. Она дорожила собственным спокойствием и не собиралась превращать выходные в выяснение отношений. Значит, проблему нужно было решить иначе. Марина подошла к окну и задумалась. В памяти тут же всплыл номер дяди Миши — соседа по дачному участку. Это был крепкий, хозяйственный мужчина, который еще при жизни бабушки помогал ей с различными делами. После смерти женщины он продолжал присматривать за участком и время от времени проверял, все ли там в порядке. Марина нашла его номер и набрала. Телефон звонил довольно долго. Наконец в трубке послышался знакомый хрипловатый голос. — Алло, Мариночка? Здравствуй. Что-то случилось? — Здравствуйте, дядя Миша. У меня к вам небольшая просьба. Есть вероятность, что в пятницу к моему дому приедут незваные гости. Женщины, уже в возрасте. Скорее всего, потребуют открыть ворота. Вы калитку закрыли на навесной замок, как мы договаривались? — Обижаешь, хозяйка. Конечно, закрыл. Замок там такой, что без серьезного инструмента не откроешь. Забор крепкий, высокий. А во дворе Тайфун бегает. Я его иногда спускаю с цепи, чтобы размялся. Так что территорию он охраняет исправно. Марина невольно улыбнулась. Тайфун был кавказской овчаркой дяди Миши. Огромный пес с густой шерстью действительно напоминал небольшого медведя. Он обладал тяжелым, внимательным взглядом и был очень сообразительным. Своего хозяина слушался беспрекословно, а вот к посторонним относился с явным недоверием. — Отлично, дядя Миша. Пусть Тайфун будет во дворе. Только если женщины начнут шуметь, не вмешивайтесь. Пусть сами поймут, что закрытые ворота просто так не открываются. — Все понял. Не переживай, Мариночка. Сделаем как надо. — Спасибо вам большое. Марина завершила разговор и почувствовала, как напряжение постепенно уходит. Теперь она была уверена, что незваные гости не смогут просто так проникнуть на участок. Оставалось только дождаться пятницы. Всю последующую неделю Антонина Петровна не звонила. Для Марины это было даже тревожнее, чем бесконечные звонки. Обычно перед своими приездами свекровь контролировала все до мелочей: уточняла, что купить, что приготовить, когда открыть дом, кого встретить. Поэтому ее внезапное молчание говорило лишь об одном. Антонина Петровна была абсолютно уверена, что невестка испугалась, передумала спорить и теперь готовит дачу к приезду гостей. Наверное, в ее представлении Марина уже мыла полы, приводила в порядок веранду, застилала кровати чистым бельем, мариновала мясо и закупала продукты. В конце концов, именно так свекровь представляла себе покорную невестку. Пятница выдалась особенно жаркой. Солнце стояло высоко, воздух раскалился, а пыльная дорога буквально обжигала ноги. Около половины первого Антонина Петровна появилась на поселковой улице. На женщине красовалась огромная соломенная шляпа, темные очки и яркий сарафан. Она уверенно шагала впереди, словно направлялась не в чужой дом, а на заранее подготовленный для нее праздник. Следом плелись две ее подруги — Зинаида и Тамара. Обе тяжело дышали и то и дело вытирали лица платками. В руках они несли объемные сумки с вещами. — Тоня, нам еще долго идти? — жалобно спросила Тамара, перекладывая пакет из одной руки в другую. — Жара просто невозможная. У меня давление сейчас поднимется. — Да потерпи немного, Тамарочка. Осталось совсем чуть-чуть, — бодро ответила Антонина Петровна. — Сейчас придем, и все забудете. Там тень, свежий воздух, морской ветер. Маринка наверняка уже все приготовила. Я помню, какие там розы у нее росли, еще бабушкины. Сядем на веранде, нальем холодного домашнего вина, снимем с огня шашлык. Вот увидите — настоящий рай! — Твоя невестка, похоже, действительно золото, — завистливо протянула Зинаида, поправляя очки. — Моя ни за что не станет так стараться. У нее даже снега зимой не допросишься, не говоря уже о приглашении на дачу. — Все зависит от воспитания, — назидательно произнесла Антонина Петровна. — Я свою невестку с самого начала приучала к порядку. Если сказала сделать — значит, нужно сделать. Она прекрасно знает, кто в семье принимает решения. Женщины свернули в небольшой переулок. Впереди показался высокий зеленый забор участка, который когда-то принадлежал бабушке Марины. Антонина Петровна заметно оживилась и ускорила шаг. Она уже представляла, как расположится в плетеном кресле, поставит рядом стакан прохладного напитка и начнет давать Марине привычные указания: принести одно, подать другое, добавить еще мяса, убрать со стола. Но когда женщины приблизились к участку, настроение резко изменилось. Металлические ворота были закрыты. Калитка тоже оказалась плотно заперта. Ни музыки, ни голосов, ни звона посуды, ни запаха готовящегося мяса из-за забора не доносилось. — Марина! — громко позвала Антонина Петровна, дернув за ручку калитки. Та даже не шелохнулась. На петлях висел большой старый замок. Подруги остановились позади. — Тоня, а где Марина? — недоуменно спросила Зинаида. — Почему все закрыто? Антонина Петровна почувствовала, как лицо начинает наливаться жаром. Такого она совершенно не ожидала. Невестка действительно посмела ее ослушаться? Да еще и выставила ее перед подругами в таком положении? — Сейчас я ей объясню, — процедила она сквозь зубы. Женщина принялась энергично дергать калитку, а затем несколько раз ударила кулаком по металлическому полотну. — Марина! Открывай сейчас же! Я знаю, что ты дома! Прекрати прятаться и открывай! Внезапно за забором раздался тяжелый глухой звук. Будто что-то массивное спрыгнуло на землю. Через мгновение послышался низкий протяжный рык. Он был настолько глубоким и угрожающим, что все три женщины одновременно замерли. Из-под ворот показался огромный черный нос. Собака принюхалась, шумно втягивая воздух. А затем над забором показалась массивная голова Тайфуна. Пес встал на задние лапы и посмотрел на незваных посетительниц. Он не лаял истерично и не метался по двору. Его низкое рычание само по себе было достаточно убедительным предупреждением. Тамара вскрикнула и выронила сумку. Зинаида машинально отступила назад, зацепилась ногой за камень и едва не упала. Антонина Петровна застыла возле калитки. Только что от ее уверенности и властности не осталось практически ничего. — Эй… фу… хорошая собачка… — осторожно пробормотала она, медленно отходя назад. Тайфун внезапно громко рявкнул. От этого звука женщины буквально подпрыгнули. Они поспешно отошли от ворот и сбились в одну группу посреди дороги. — Тоня, что это вообще такое?! — закричала Зинаида, прижимая ладонь к груди. — Ты куда нас привезла? Ты говорила, что нас ждут! А здесь какой-то зверь! — Я сама ничего не понимаю, — растерянно ответила Антонина Петровна. Ее лицо покраснело от злости и стыда. Она достала телефон, быстро нашла номер Марины и набрала его. Марина ответила почти сразу. — Да, Антонина Петровна. — Ты где находишься?! — закричала свекровь. — Что это за чудовище у тебя во дворе?! Почему ворота закрыты?! Мы стоим тут под солнцем, как последние люди! Марина говорила спокойно, без малейшего раздражения. — Я дома, Антонина Петровна. И еще в прошлую субботу я ясно объяснила вам, что дача закрыта. Там ремонт, нет нормальных коммуникаций, принимать гостей негде. — Но я ведь предупредила, что приеду! — возмутилась свекровь. — Я услышала вас. Но я также сказала, что никого на участок не приглашала. Это моя собственность, поэтому именно я решаю, кто может туда приходить. А собака, которую вы сейчас видите, принадлежит соседу. Это Тайфун. Он охраняет участок и не любит посторонних. Поэтому советую вам не пытаться открыть ворота самостоятельно. — Ты что, смеешься надо мной?! — сорвалась на крик Антонина Петровна. — Я теперь перед подругами должна стоять здесь и оправдываться?! — Это ваши подруги и ваши обещания, — совершенно спокойно ответила Марина. — Я вас ни о чем не просила и не давала согласия на ваш приезд. Вы сами решили проигнорировать мой ответ. Поэтому сейчас вам лучше вернуться домой. Всего доброго, Антонина Петровна. Марина нажала кнопку завершения вызова. Свекровь еще несколько секунд стояла, сжимая телефон. Солнце нещадно палило, по лицу стекал пот, а рядом находились две подруги, которые теперь явно смотрели на нее совсем иначе. — Ну? — первой нарушила молчание Тамара, скрестив руки. — Где обещанный стол? Где шашлыки? И где та самая послушная невестка, о которой ты нам всю дорогу рассказывала? — Девочки, тут просто вышла небольшая ошибка… — начала оправдываться Антонина Петровна. — Наверное, Марина неправильно поняла, в какой день мы собирались приехать. — Перестань придумывать, Тоня, — резко сказала Зинаида. — Мы все слышали. Тебя даже за ворота не пустили. А ведь ты рассказывала, что у тебя в семье все ходят по струнке. Вот и показала нам свою власть. Мы тащились сюда по такой жаре только ради этого ржавого замка! — И ради этого страшного пса, — добавила Тамара. — Девочки, ну не сердитесь. Давайте дойдем до станции, купим мороженого… — Какое еще мороженое? — возмутилась Зинаида. — Самой его и ешь! Заказывай такси до вокзала. Я больше в такую жару пешком никуда не пойду. И за машину платишь ты! Обратная дорога превратилась для Антонины Петровны в настоящее испытание. Женщины кое-как добрались до такси и забрались внутрь душного салона. Подруги демонстративно отвернулись к окнам. Время от времени они обменивались язвительными замечаниями о людях, которые слишком любят хвастаться своей властью и при этом не способны договориться даже с собственной невесткой. Антонина Петровна сидела красная от стыда и злости. Ее тщательно выстроенный образ женщины, которую все слушаются беспрекословно, рухнул буквально за несколько минут. Она хотела показать подругам, насколько сильно может командовать Мариной, а в результате сама оказалась униженной и выставленной в смешном свете. Тем временем Марина спокойно находилась у себя дома. Она приготовила себе чашку ароматного кофе и подошла к окну. Женщина чувствовала себя совершенно спокойно. Ни злости, ни сожаления она не испытывала. Она просто защитила собственные границы и дала понять, что ее собственностью никто не будет распоряжаться без разрешения. Марина была уверена, что после сегодняшнего случая Антонина Петровна еще долго не решится самостоятельно приезжать на участок. Казалось, вопрос был закрыт окончательно. Свекровь получила четкий ответ, границы были обозначены, а попытка превратить чужую дачу в место отдыха для своих подруг провалилась. Но Марина не учла одного. Для Антонины Петровны произошедшее было не просто неудачной поездкой. Она восприняла случившееся как личное унижение. Перед Зинаидой и Тамарой она потеряла лицо, а такого Антонина Петровна простить не могла. Поэтому уже в тот же вечер женщина начала обдумывать новый план. Если напрямую заставить Марину открыть дачу не получилось, значит, нужно было действовать иначе. Свекровь решила подключить дальних родственников из деревни и организовать все так, чтобы Марина просто не выдержала давления. Теперь речь шла уже не о шашлыках и отдыхе у моря. Антонина Петровна собиралась взять дачу измором.
