— Снова придётся есть эту безвкусную еду.
Голос свекрови из гостиной был слышен так отчётливо, словно Ирина Трофимовна стояла прямо за спиной Дианы. Телевизор показывал что-то с выключенным звуком, поэтому её слова беспрепятственно разносились по коридору и долетали до кухни, даже заглушая монотонный шум вытяжки.
— Мам, только не начинай, — без особого интереса отозвался Леонид.
Немного помолчав, он добавил:
— Есть же можно.
Ирина Трофимовна демонстративно и тяжело вздохнула.
— Лёня, да тут ничего сложного нет. Специи добавить, мясо как следует замариновать. В прошлом году дядя Петя потом на изжогу жаловался. Я ей хороший рецепт приносила, а она всё равно делает по-своему. Да и мясо у неё каждый раз пересушенное. Его же прожевать невозможно.
— А кто тогда будет готовить на восемнадцать человек?
Леонид усмехнулся.
— Не нравится мясо — ешь салаты.
— Ради семьи можно было бы хоть немного постараться. Мы ведь её приняли. Ни родных толком, ни близких, зато самомнения на троих хватит.
Диана неподвижно стояла возле кухонного стола.
В правой руке она держала нож, в левой — разрезанный пополам гранат. Алый сок стекал по её пальцам и капал на разделочную доску. На плите тихо кипели овощи. В холодильнике ожидали продукты для сложного салата из нескольких слоёв. Рядом на противне лежали три килограмма подготовленной свинины, которую оставалось поставить в духовку.
Десять лет.
Ровно десять лет каждый последний день декабря проходил для Дианы одинаково.
Она бесплатно превращалась одновременно в кухарку, официантку и мойщицу посуды.
К семи часам вечера начинала съезжаться многочисленная родня Леонида: двоюродные тёти, другие родственники, сестра Алёна вместе со своими детьми, которым постоянно что-нибудь требовалось.
Все приходили к уже накрытому столу.
Чтобы поесть.
Обсудить приготовленные блюда.
Найти, к чему придраться.
А потом разойтись, оставив Диане горы немытых тарелок, заляпанные скатерти, бокалы и пустые бутылки.
Она медленно положила нож на стол.
Подошла к раковине, смыла с пальцев липкий гранатовый сок и стряхнула воду с рук. Потом развязала фартук и оставила его лежать на краю столешницы.
В гостиную Диана вошла молча.
Леонид расположился на диване почти лёжа и бездумно листал что-то в телефоне.
Ирина Трофимовна сидела в кресле. Свекровь уже полностью подготовилась к празднику: нарядная кофта с пуговицами, аккуратная свежая причёска, ради которой женщина поднялась ещё в семь утра.
— О, Дианка.
Леонид даже головы не поднял.
— Там ещё нарезку сделай. Сыр и колбасу. И режь потоньше, пожалуйста, а не такими кусками, будто топором рубила.
— Дальше сами справляйтесь, — спокойно произнесла Диана.
Ирина Трофимовна перестала теребить ворот своей нарядной кофты.
Она медленно подняла глаза на невестку и несколько секунд внимательно её разглядывала, словно пыталась понять, не ослышалась ли.
— Что значит — сами справляйтесь?
Свекровь даже привстала в кресле и наклонилась вперёд.
— Через четыре часа гости приедут. Горячее до сих пор даже в духовку не поставлено. Алёночка только что звонила — они уже в дороге. Дети после поездки голодные будут.
— Значит, поставьте мясо сами, Ирина Трофимовна.
Диана не отвела взгляда.
— Вы ведь прекрасно знаете, как его нужно готовить. Сделаете по своему рецепту — и сухим не получится, и дядя Петя потом на изжогу жаловаться не станет.
Только теперь Леонид оторвался от телефона.
Он выпрямился на диване, погасил экран и положил смартфон на подлокотник.
— Ты опять за своё? В чём проблема-то? Сидели ведь нормально.
— Да, совершенно нормально.
Диана коротко кивнула.
— Только с сегодняшнего дня я увольняюсь.
Не дожидаясь ответа, она повернулась и направилась в спальню.
С верхней полки шкафа Диана сняла спортивную сумку. Быстро положила внутрь джинсы, тёплый свитер, бельё на смену и косметичку. Последней отправила туда зарядку для телефона.
Когда она застёгивала молнию, в дверях появился Леонид.
— Не надо устраивать драму на пустом месте. Мама просто сказала своё мнение. Мы всегда так разговариваем. За десять лет уже можно было привыкнуть к нашему юмору.
— Я давно привыкла.
— Диана, ты вообще куда собралась?
В голосе мужа больше не осталось прежней ленивой расслабленности.
— Гости уже едут! Мой начальник обещал зайти вместе с женой хотя бы на час. Ты специально хочешь выставить меня идиотом перед нужными людьми?
— Нет. Я просто собираюсь наконец получить удовольствие от праздника. А у вас и без меня замечательная компания, Лёня.
— Не занимайся глупостями!
За спиной Леонида появилась Ирина Трофимовна. Теперь её голос буквально звенел от негодования.
— А гостям мы что на стол поставим? Из готового только овощи варятся! Ты всю нашу семью позоришь! Мы столько денег на продукты потратили!
— Ваша семья — значит, и позор ваш.
Диана сняла с вешалки пальто и накинула его прямо поверх домашней одежды.
Затем подхватила спортивную сумку.
В кармане у неё лежал магнитный ключ от квартиры Вари, коллеги из логистического центра. Варя уехала на праздники к родителям и перед отъездом попросила Диану присматривать за квартирой и время от времени поливать орхидеи.
Так что идти ей было куда.
— Если сейчас переступишь этот порог, обратно можешь не приходить!
Леонид встал прямо в дверях, словно собирался физически не дать жене выйти.
— Прекрасная идея. А теперь отойди и пропусти меня.
Диана обошла мужа и вышла на лестничную площадку. Уже за спиной она услышала его возмущённые крики. Леонид обвинял её в том, что из-за собственных прихотей она решила испортить настроение всей семье.
Диана ничего не ответила.
Она нажала кнопку лифта, дождалась кабины, спустилась на первый этаж и вышла наружу. Морозный воздух резко ударил в лицо. До дома Вари нужно было проехать всего три автобусные остановки.
Примерно через сорок минут Диана уже стояла возле нужного подъезда. Она приложила пластиковый пропуск к панели домофона, вошла внутрь и поднялась на этаж.
В квартире коллеги царила непривычная тишина.
Воздух был наполнен лёгким запахом от увлажнителя и едва заметным хвойным ароматом маленькой искусственной ёлочки.
Ни жареного лука.
Ни работающей на полную мощность вытяжки.
Ни чужих замечаний из соседней комнаты.
Диана разулась, аккуратно повесила пальто и прошла на кухню. Налила полный стакан прохладной воды, села возле окна и несколько минут просто смотрела наружу.
За стеклом ровно шумел большой проспект.
Около половины четвёртого телефон наконец ожил.
На экране появилось имя Леонида.
Диана ответила.
— Алло! Диана, всё, представление закончилось.
В голосе мужа слышалось раздражение, однако говорил он по-прежнему самоуверенно.
— Возвращайся домой. Я эту духовку включить не могу. На панели какая-то красная лампочка мигает.
— Нажми на кнопку с изображением часов и держи секунд пять, — спокойно объяснила Диана.
— Да нажимал я! Она начинает пищать, потом показывает ошибку! Мне мясо каким образом готовить?
— Разберётесь. Инструкция лежит в нижнем ящике кухонного шкафа.
— Диана, хватит меня выводить!
Леонид уже откровенно кричал.
— Мама успокоительное принимает! Тётя Ира звонила, они в пробке, часа через два приедут. А у нас людей кормить нечем! Мясо сырое, салаты даже не заправлены! Ты весь праздник угробила!
— Сварите макароны. В магазине внизу можно купить сосиски.
— Ты сейчас серьёзно издеваешься?! Я своему начальнику сосиски на праздничный стол поставлю?!
Диана завершила разговор.
После этого включила на телефоне беззвучный режим, оставив только вибрацию.
В холодильнике Вари обнаружились несколько яиц, овощи и небольшой кусок сыра. Диана решила приготовить себе омлет.
Не торопясь.
Не пытаясь одновременно следить за тремя кастрюлями.
Не слушая замечаний о том, что продукты нужно нарезать мельче, а сыр следовало измельчить совсем на другой тёрке.
Около пяти часов телефон снова настойчиво завибрировал.
Теперь звонила Ирина Трофимовна.
Диана приняла вызов.
— Ты совершенно бессовестная и неблагодарная девчонка!
Голос свекрови дрожал от ярости.
— Нам перед всей роднёй стыдно глаза поднять! Лёня едва противень не спалил! Сверху мясо обуглилось, а внутри осталось сырым! Вся квартира в дыму!
— Приятного аппетита, Ирина Трофимовна. Говорят, уголь хорошо влияет на пищеварение.
— Да как ты вообще смеешь со мной таким тоном разговаривать?!
На заднем плане было прекрасно слышно Леонида. Судя по звукам, он что-то яростно оттирал возле плиты и одновременно ругался.
— Мой сын тебя десять лет обеспечивал! В приличную семью привёл! А ты теперь характер показываешь! Кому ты вообще нужна в свои тридцать восемь лет?!
— Сейчас, Ирина Трофимовна, тридцать восемь — совсем не старость. Лучше займитесь мясом.
— Дядя Петя уже здесь! У него диета, ему отдельная еда нужна! Где салат, который ты без майонеза готовила?! В какой посуде он стоит?!
— Всё ведь элементарно. По запаху определите.
Диана отключилась.
После разговора она зажгла гирлянду, висевшую возле окна, нашла в шкафу Вари мягкий тёплый плед и устроилась на диване.
Постепенно тело начало расслабляться.
Исчезало напряжение, накопившееся ещё с утра. Спина не болела после нескольких часов возле плиты, ноги не гудели от бесконечной беготни между столом, холодильником и духовкой.
Ближе к восьми телефон снова засветился.
Звонила Алёна.
Сестра Леонида вообще редко набирала Диану без причины. Обычно звонок означал, что ей требовалась помощь с детьми.
— Диана, это уже вообще никуда не годится!
Сквозь её голос доносились громкие детские крики. Кто-то требовал немедленно включить мультфильмы.
— Мы приехали, а есть практически нечего! Мама закрылась в спальне и плачет. Лёня заказал пиццу и какие-то суши, но привезут их только к половине первого! Доставки перегружены!
— Очень сочувствую.
— В смысле — сочувствуешь?!
Голос Алёны перешёл почти на визг.
— Ты прекрасно знаешь, что у Дениски аллергия! Ему нельзя еду из доставки, там специи неизвестно какие! Чем мне собственного ребёнка кормить в праздничную ночь?!
— Тем, что приготовит его бабушка. Или можешь сама что-нибудь сделать, Алёна.
— Ты вообще себя слышишь?!
Золовка тяжело задышала от возмущения.
— Из-за тебя праздник испорчен почти у двадцати человек! Всё из-за твоих нелепых капризов! Подумаешь, маме не понравилось, как ты что-то нарезала! Ради семьи могла и промолчать! Тебя десять лет кормили и поили!
— Ради вашей семьи я как раз молчала десять лет. На этом мой запас терпения закончился. Теперь сами нарезайте продукты, сами готовьте и сами запекайте.
— Лёня завтра же с тобой разведётся! И правильно! Найдёт себе нормальную женщину, которая умеет быть хозяйкой!
— С наступающим тебя, Алёна.
Диана нажала кнопку завершения вызова.
Телефон она положила на подоконник экраном вниз.
Около девяти над многоэтажными домами начали разрываться первые праздничные салюты. Кто-то явно не собирался ждать полуночи.
Диана смотрела на разноцветные вспышки за окном и вдруг поймала себя на непривычной мысли.
Ей совершенно не нужно было считать, хватит ли на всех тарелок.
Не требовалось проверять бокалы.
Не надо было бежать за очередной вилкой или убирать со стола грязную посуду.
Незадолго до полуночи от Леонида пришло большое сообщение.
«Ты поступила как предательница. Опозорила меня и перед родственниками, и перед начальником. Шеф даже заходить не захотел: увидел, какой здесь бардак, и сразу уехал. Маме пришлось вызывать скорую из-за давления. Дядя Петя ушёл голодным. Я больше этого терпеть не собираюсь. Или завтра ты возвращаешься домой, просишь у всех прощения, возмещаешь стоимость испорченных продуктов, а потом мы решаем, что делать дальше, или расходимся».
Диана перечитала сообщение один раз.
Долго подбирать слова не пришлось.
Она быстро напечатала:
«Тогда расходимся».
После этого на сообщения мужа Диана больше не реагировала.
Прошло три недели.
За это время Леонид звонил ещё пять раз.
Сначала он требовал, чтобы Диана вернула ему деньги за праздничную доставку. По его логике, заказывать еду пришлось исключительно из-за неё, а значит, и расходы должна была нести она.
Позже начал угрожать разделом стоимости автомобиля, за который ещё выплачивался кредит.
Ирина Трофимовна перед тем, как окончательно заблокировать бывшую невестку во всех доступных местах, отправила ей огромное послание о женских обязанностях, семейных ценностях и чёрной неблагодарности.
Алёна тоже не осталась в стороне.
Она прислала фотографию плачущего племянника и написала, что из-за эгоистичного поведения тёти мальчик якобы остался без подарка.
Диана спорить ни с кем не стала.
Она сняла небольшую квартиру в тихом спальном районе, откуда было удобно добираться до работы.
В прихожей пока стояли три коробки с вещами, которые она ещё не успела разобрать.
В один из вечеров Диана сидела за маленьким столом на собственной новой кухне.
Перед ней была тарелка запечённой рыбы с овощами.
Одна тарелка.
Одна порция.
Только для неё.
Не нужно высчитывать количество продуктов на восемнадцать гостей.
Не требуется беспокоиться, всем ли хватит.
Никто не объясняет, сколько специй положить в маринад и каким образом правильно готовить мясо.
Диана спокойно закончила ужин.
Потом отнесла единственную тарелку к раковине, быстро ополоснула её и поставила сушиться.
В квартире было тихо.
Пахло чистотой и недавно приготовленной едой.
Никаких голосов из гостиной.
Никакой критики.
Никакого бесконечного списка того, что она ещё должна успеть сделать.
Диана прошла в прихожую и остановилась возле оставшихся коробок.
Наклонилась, подцепила ногтем край клейкой ленты и сорвала её с первой коробки.
Внутри лежали её книги.
Диана начала одну за другой доставать их и расставлять на новом месте.
