— Я просто озвучиваю реальность, Майя. Тебе в этой квартире больше делать нечего. Оставь ключи и езжай к своей матери.
Фаина Леонидовна неподвижно стояла в центре гостиной, сложив ладони на животе. Как обычно, на ней была вязаная жилетка горчичного оттенка, а шею украшали крупные янтарные бусы. При малейшем движении они негромко постукивали друг о друга.
Рядом с ногами свекрови громоздились три огромных чёрных строительных мешка объёмом по сто двадцать литров каждый.
Майя застыла в дверном проёме.
Она только что вернулась после рабочей смены в типографии. В волосах всё ещё держался слабый запах растворителя и свежей печатной краски, а на указательном пальце осталось синее пятно, въевшееся в кожу после возни с неисправным картриджем. После восьми часов, проведённых практически без возможности присесть, спина неприятно ныла.
— Добрый вечер, Фаина Леонидовна, — произнесла Майя, убирая руки в карманы куртки. — Только объясните, зачем строительные мешки? Для обычного мусора они как-то слишком большие.
— Потому что такие мешки крепче, — сухо ответила свекровь. — Я предпочитаю всё делать как следует. Твои вещи уже собраны. Я даже разделила их по сезонам. В левом мешке зимние, в правом — летние. Обувь упаковала отдельно в пакеты из магазина, чтобы она не испачкала одежду.
Майя медленно перевела взгляд в сторону комнаты.
За компьютерным столом, в кресле перед мерцающим монитором, сидел Эдуард. На нём красовался любимый велюровый пиджак, который муж умудрялся носить даже дома. Он уверял, что такая одежда помогает ему войти в творческое состояние.
Сейчас этот самый творческий человек изо всех сил изображал, будто происходящее его совершенно не касается. Эдуард быстро щёлкал мышью и сосредоточенно смотрел на практически пустое рабочее окно программы.
— Эдик? — позвала Майя. — Может, ты всё-таки хочешь что-нибудь мне объяснить?
Эдуард заметно дёрнулся.
Пальцы перестали двигать мышь. Через несколько секунд он нехотя развернулся в кресле, но взгляд жены старательно избегал.
— Май, ну ты же сама понимаешь, — протянул он, потирая переносицу. — У нас уже давно нездоровые отношения. Ты всё время на меня давишь. Мне необходим внутренний ресурс, чтобы развиваться, а ты постоянно тянешь меня вниз этими бытовыми претензиями. Я просто эмоционально выгорел рядом с тобой.
— Выгорел? — Майя слегка наклонила голову.
Перед глазами тут же всплыла картина последних полутора лет.
Эдуард обычно просыпался ближе к обеду. Заказывал готовую еду с доставкой, причём рассчитывалась за неё Майя со своей зарплатной карты. Потом муж садился к компьютеру и часами подбирал подходящие изображения и идеи для будущих 3D-моделей.
За полтора года он так и не довёл ни одной работы до состояния, когда её можно было продать.
Причины всегда находились новые. То заказчик, по мнению Эдуарда, совершенно не разбирался в искусстве. То нужная программа начинала работать со сбоями. То внезапно исчезало вдохновение.
— Именно, — тут же подхватила Фаина Леонидовна и сделала шаг вперёд, словно намереваясь физически заслонить сына от жены. — Мальчик доведён до полного истощения. Ты устроила ему постоянный стресс. Рядом с мужчиной должна быть женщина, способная обеспечить ему надёжный тыл. А ты целыми днями торчишь возле своих станков. Возвращаешься раздражённая, измученная, от тебя химическими запахами несёт. Какая вообще от тебя семейная польза? Ни нормального уюта, ни человеческой поддержки.
— Хорошо, давайте тогда определимся точно, — спокойно сказала Майя. — Вы хотите закончить наши отношения. И инициатор этого решения — ты, Эдуард. Правильно?
— Ну да, — пробормотал муж и снова повернулся к экрану. — Мама всё верно говорит. Нам действительно лучше разойтись. Только без истерик и скандалов, нормально, по-взрослому. Ты забираешь свои вещи и уходишь. Я даже не против оставить тебе мультиварку, которую мы приобрели к годовщине.
— Невероятная щедрость, — с усмешкой заметила Майя.
Фаина Леонидовна привычным жестом поправила янтарные бусы.
— А жить здесь теперь буду я, — объявила она так, словно зачитывала принятое комиссией решение. — Эдику сейчас особенно необходимы нормальное питание и спокойная домашняя атмосфера, чтобы он мог заниматься работой. Свою квартиру в области я сдам, а сюда перееду насовсем и возьму хозяйство на себя. Поэтому давай не будем затягивать. Положи ключи на тумбочку и можешь ехать.
Майя ничего не ответила.
Она молча смотрела то на мужа, упорно отводившего взгляд, то на свекровь, которая держалась так, словно её решение было единственно возможным и обсуждению не подлежало. Обида даже не успела толком появиться. Её почти сразу сменило холодное, деловое спокойствие. Именно с таким настроем Майя обычно перепроверяла макет перед тем, как отправить его в печать. Ошибка в работе обходится деньгами. Ошибка, допущенная в собственной жизни, может стоить гораздо больше.
— Значит, квартира остаётся Эдуарду, — произнесла Майя не вопросительно, а скорее подводя итог.
— Ты совершенно неправильно ставишь вопрос, — с покровительственной улыбкой заметила Фаина Леонидовна. — Она не просто остаётся Эдику. Он за неё платит. Мой сын работает практически круглые сутки, получает достойные деньги, а ты всё это время живёшь здесь на готовеньком. Я прекрасно представляю, какие зарплаты в вашей типографии. Сущие гроши. Едва на дорогу хватает.
Майя слегка подняла брови и перевела взгляд на мужа.
Эдуард неожиданно закашлялся и принялся с невероятным усердием стучать по клавишам, хотя на мониторе перед ним по-прежнему был открыт пустой рабочий стол.
Этого оказалось достаточно.
Майя сразу поняла, что происходило всё это время. Любимый мамин мальчик годами рассказывал ей красивые истории о баснословных гонорарах. Наверняка упоминал несуществующие заказы и солидные переводы, чтобы в глазах обожающей матери не выглядеть человеком, который давно живёт за счёт жены. А Фаина Леонидовна действительно была уверена, что её талантливый сын содержит неблагодарную супругу.
— Хорошо, тогда по существу, — Майя неторопливо расстегнула куртку. — Вы хотите, чтобы я ушла отсюда прямо сейчас.
— Совершенно верно, — подтвердила свекровь. — Я уже заказала тебе машину до вокзала. Она подъедет минут через пятнадцать. Номер автомобиля придёт мне на телефон. Я обо всём позаботилась.
— Прекрасно.
Майя прошла мимо Фаины Леонидовны на кухню.
Она распахнула верхнюю дверцу кухонного шкафа, достала кофемашину, которую приобрела на прошлогоднюю премию, и осторожно поставила её на стол. После этого подошла к подоконнику и сняла оттуда микроволновую печь.
— Это ещё что такое? — недовольно спросила Фаина Леонидовна.
— Забираю принадлежащие мне вещи, — спокойно пояснила Майя. — Одежду вы уже весьма заботливо распределили по мешкам. Теперь очередь бытовой техники.
Она направилась в комнату, где стоял компьютерный стол Эдуарда.
Возле системного блока мигал зелёными индикаторами массивный чёрный роутер с четырьмя антеннами. Полгода назад Эдуард устроил целую драму, настаивая на гигабитном интернете якобы ради тяжёлых файлов и сложных рендеров. Покупку оборудования и подключение дорогого тарифа полностью оплатила Майя со своей зарплатной карты.
Она без лишних слов потянулась к розетке и вынула вилку.
Зелёные лампочки тут же погасли.
— Эй! Ты чего делаешь?! — взвизгнул Эдуард, едва не подпрыгнув в кресле. — У меня интернет пропал!
Майя спокойно отключила кабель провайдера, свернула провод блока питания и убрала тяжёлый роутер в рабочий рюкзак.
— Он мой, — коротко сказала она. — Куплен за мои деньги. Электронные чеки сохранились.
— Майя! Немедленно поставь обратно! — Эдуард моментально покрылся красными пятнами. — Я теперь вообще работать не смогу! Как мне отправлять заказчику файлы? У меня сроки горят!
— Раздавай интернет с телефона, — посоветовала жена. — Только сначала не забудь оплатить связь. Вчера я специально не стала пополнять тебе баланс, как ты и просил. Думаю, самостоятельно справишься.
Фаина Леонидовна шумно втянула воздух.
— Какая же мелочность! — процедила она. — Отбирать интернет у человека, который работает! Эдик, не переживай. Завтра я тебе куплю другой роутер. Ещё лучше этого.
— Мам, ты не понимаешь, там всё сложно настраивается! — заныл Эдуард, обхватив голову руками. — У меня выделенный IP! Теперь придётся мастера от провайдера звать!
— Один день переживёшь, ничего с тобой не случится, — отрезала Фаина Леонидовна, а затем вновь посмотрела на невестку. — Всё? Представление закончено? Свою мелочёвку ты забрала? Тогда ключи оставь на тумбочке и освобождай квартиру.
Майя вынула из кармана связку.
Без всякой торжественности положила её на деревянную тумбу. Ключи глухо звякнули о поверхность.
— Как хотите, — спокойно произнесла она.
Майя надела рюкзак, затем по очереди вытащила в коридор три тяжёлых строительных мешка. Машина уже подъехала к дому. Вместе с молчаливым водителем она погрузила вещи в багажник.
Холодный осенний ветер неприятно бил в лицо.
Майя устроилась на заднем сиденье, продиктовала адрес матери, но попросила пока не трогаться.
Достав телефон, она пролистала контакты и нашла номер владельца квартиры.
— Валерий, добрый вечер, — сказала Майя, когда мужчина ответил. — Это Майя. Да, с Парковой улицы. Простите, что звоню так поздно.
В трубке раздался спокойный мужской голос.
— У меня неожиданно поменялись обстоятельства, — продолжила она всё тем же ровным тоном. — Я хочу прекратить договор найма с сегодняшнего дня. Да, условия я помню. Залог за последний месяц можете не возвращать, пусть он останется вам как компенсация за срочное расторжение.
Валерий что-то удивлённо переспросил.
Полтора года назад мужчина долго сомневался, стоит ли вообще сдавать жильё этой паре. Тогда Майе пришлось принести справку из типографии и показать выписку со своего счёта, подтверждая, что она сможет регулярно платить. Договор был составлен довольно строго и заключён именно с Майей. Имени Эдуарда в документе вообще не было.
— Да, я уже уехала, — сообщила она, глядя сквозь затемнённое стекло автомобиля. — Ключи лежат на тумбочке в прихожей. Но есть одна деталь, Валерий. Сейчас в квартире остаются посторонние.
Майя ненадолго замолчала.
— Там мой бывший муж и его мать. Однако договор заключён только со мной, и все платежи последние полтора года поступали с моей карты. Поэтому с этой минуты я больше не несу никакой финансовой ответственности за квартиру. Дальше решайте вопрос непосредственно с ними. Захотят оформить новый договор — пожалуйста. Всего доброго.
Она завершила разговор.
На мгновение Майя представила, как Фаина Леонидовна уже начинает по-хозяйски раскладывать вещи на освободившихся полках. Как Эдуард нервно возится с телефоном, пытаясь раздать с него интернет хотя бы для того, чтобы перед сном посмотреть очередные забавные ролики.
Майя кивнула водителю.
Автомобиль плавно тронулся.
Впервые за долгое время ей больше не требовалось тащить на себе эту непосильную ношу. Не надо было выслушивать наставления Фаины Леонидовны о правильной семейной жизни. Не нужно было оплачивать бесконечные творческие поиски взрослого мужчины, который годами никак не мог найти себя.
Примерно через две недели общие знакомые с удовольствием пересказали Майе, чем закончилась эта история.
Валерий приехал уже на следующий день.
Человеком он был практичным и тратить время на пустые разговоры не любил. Узнав, что ответственная квартиросъёмщица, исправно вносившая оплату, съехала, хозяин предложил Эдуарду переоформить договор на себя. Но с условием: внести оплату сразу за два месяца и дополнительно предоставить залог.
Скандал, по словам очевидцев, вышел громкий.
Фаина Леонидовна долго возмущалась, утверждая, что жильё принадлежит её сыну и именно он всё это время за него рассчитывался.
Валерий спорить не стал.
Он просто достал копию договора, где значилась фамилия Майи, а затем напомнил, с чьей банковской карты все полтора года поступали платежи.
Эдуарду пришлось прямо при хозяине признаться матери, что за всё это время он не внёс за квартиру ни копейки.
Денег на новую оплату, разумеется, ни у него, ни у Фаины Леонидовны не оказалось. Своё жильё в области свекровь ещё даже не успела выставить для сдачи, а никаких накоплений у талантливого специалиста по трёхмерной графике не имелось.
На сборы им отвели сутки.
Но самым забавным, как потом рассказывали знакомые, оказалось другое.
Эдуарду и его матери совершенно некуда было складывать собственные вещи. Чемоданов в квартире не осталось, подходящих коробок тоже не нашлось.
Поэтому им пришлось идти в ближайший хозяйственный магазин и покупать большие плотные чёрные строительные мешки объёмом по сто двадцать литров.
Точно такие же, в которые Фаина Леонидовна совсем недавно с таким усердием упаковала вещи Майи.
