— Если ты можешь позволить себе такие дорогие сапоги, значит, свободные деньги у вас всё-таки водятся?
Галина Петровна произнесла это нарочито громко. Она сидела во главе обеденного стола, аккуратно промокнула губы бумажной салфеткой и пристально посмотрела на невестку.
— Мам, ну сегодня же праздник, — попытался разрядить обстановку Сергей.
Он поспешно положил себе ещё немного салата.
— Давайте хотя бы сегодня без этого.
— А что я такого сказала?
Свекровь медленно оглядела кухню. Потом её взгляд остановился на сестре, тёте Оксане, приехавшей на выходные. Публика Галине Петровне была необходима — без свидетелей подобные разговоры теряли половину своей привлекательности.
— Я всё в прихожей заметила, — продолжила она.
Свекровь подцепила вилкой кусочек мяса.
— Замша натуральная. Коробка фирменная рядом стоит. Наверняка немалых денег стоят? А Сергей на производстве здоровье оставляет, чтобы его жена могла себе дорогие вещи покупать.
Елена спокойно положила вилку на край тарелки.
Оправдываться за покупку зимней обуви она не собиралась. Сапоги она приобрела на собственную квартальную премию, к тому же попала на хорошую скидку. Но объяснять всё это Галине Петровне не имело никакого смысла.
— Обычная зимняя обувь, Галина Петровна, — ровно сказала Лена.
Она прямо посмотрела на свекровь.
— Скоро зима. Или вы предлагаете мне босиком ходить?
— Ой, только не изображай бедную родственницу!
Галина Петровна всплеснула руками. На пальце под светом кухонной люстры сверкнул крупный перстень с тёмным камнем.
— У вас постоянно какие-то доставки, новая техника появляется. Живёте себе припеваючи! А мать должна на одну пенсию существовать?
Сергей опустил глаза в тарелку.
Он терпеть не мог такие разговоры. Его мать обладала редким талантом любую ситуацию повернуть так, чтобы в итоге именно она оказалась самой несчастной, самой обиженной, самой больной и обделённой заботой.
— Мам, мы тебе каждый месяц деньги на лекарства отправляем, — тихо напомнил он.
Сергей отложил вилку.
— Коммунальные платежи я тоже оплачиваю. Чего тебе ещё не хватает?
— Мне внимания не хватает!
Галина Петровна резко выпрямилась.
— И нормального отношения! Вы сами живёте как сыр в масле. Вон какие сапоги покупаете, будто они золотые. Раз уж у вас появляются лишние деньги, могли бы матери действительно помочь.
Тётя Оксана тут же понимающе закивала и поправила шёлковый платок на шее.
— Леночка, а ведь Галя права, — подключилась она.
Оксана аккуратно промокнула губы салфеткой.
— Родителей поддерживать нужно. Она мне рассказывала, что на ремонт балкона никак денег собрать не может. Помогли бы матери, раз можете.
Елена молча посмотрела на свекровь.
Та сидела с видом глубоко оскорблённой жизнью женщины и явно была довольна тем, как удачно сестра её поддержала.
— На ремонт балкона? — уточнила Лена.
— Конечно, — сразу оживилась Галина Петровна.
Она даже наклонилась немного вперёд.
— Оттуда ужасно дует. Рамы совсем сгнили. Я уже мастеров приглашала, узнавала цены. Всё сейчас дорого. Но вам-то откуда знать? Вы ведь только о собственном удобстве думаете.
— Балкон мы вам ремонтировать не станем, — спокойно сказала Елена.
На несколько секунд в кухне стало настолько тихо, что отчётливо послышался телевизор, работающий за стеной.
Сергей резко поднял голову.
Тётя Оксана удивлённо приоткрыла рот.
— Это ещё почему не станете? — возмутилась свекровь.
Она с раздражением бросила вилку на стол.
— Получается, на свои наряды у тебя средства находятся, а помочь родной матери мужа тебе жалко?
— Оплачивать ваши скрытые долги я точно не собираюсь, — отчеканила Елена.
Вилка выпала из руки Сергея и со звоном ударилась о край тарелки.
Муж растерянно посмотрел сначала на жену, потом на мать.
— Какие ещё долги? — спросил он.
Сергей нахмурился.
— Лен, о чём ты вообще? Мам?
Лицо Галины Петровны мгновенно покрылось неровными красными пятнами. Вся её прежняя уверенность исчезла, а на смену ей пришла нервная суетливость.
— Что за глупости ты несёшь?! — взвизгнула свекровь.
Она нервно смяла салфетку в пальцах.
— Какие ещё кредиты? Ты уже совсем невесть что придумываешь, девчонка! Оксана, ты только послушай, что она несёт!
Но Елену этим уже было не остановить. Слишком долго она терпела подобные представления и бесконечные упрёки.
— Два месяца назад вы оставили у нас на тумбочке банковское письмо, Галина Петровна.
Лена говорила ровно и спокойно.
— Обычный бумажный конверт. Он был немного надорван. Я не собиралась вмешиваться в ваши дела, но на листе крупными буквами была указана сумма просроченного платежа.
— Да это ошибка! — быстро затараторила свекровь.
Её взгляд заметался по кухне.
— Какие-то мошенники прислали! Сейчас всем подобные бумажки рассылают! Прямо в почтовые ящики бросают!
— Правда? — с явной иронией спросила Лена.
Она слегка склонила голову набок.
— Мошенники присылают подробный график платежей на ваше имя ещё и с синей печатью? Причём сумма там такая, что её хватит не только на балкон, но и на целый загородный дом.
Сергей отодвинул от себя тарелку. Его лицо заметно вытянулось.
— Мам, это правда? Ты оформляла кредит?
Он пристально посмотрел на мать.
— На что?
Галина Петровна попыталась найти поддержку у сестры, однако Оксана сидела, заметно съёжившись. Гостья явно не рассчитывала, что разговор примет такой оборот.
— Да на жизнь! — выпалила свекровь.
Она упёрла руки в бока.
— На лекарства! Вы же сущие гроши даёте!
— У вас есть пенсия и наши регулярные переводы, — жёстко остановила её Елена.
Она даже не отвела взгляда.
— Вы живёте одна. За квартиру платит Сергей. На что год назад понадобилось брать такую крупную сумму?
Сергей неожиданно застыл.
В его голове словно начали складываться детали. Он медленно посмотрел в сторону окна, а затем снова перевёл взгляд на мать.
— Год назад Дима машину купил, — медленно произнёс он.
Сергей сглотнул.
— Говорил, что заработал сам. На вахте.
Галина Петровна сжала губы и уставилась в стену, лишь бы не встречаться глазами со старшим сыном.
— Мам, — с нажимом повторил Сергей.
Он подался вперёд через стол.
— Ты взяла кредит, чтобы купить Диме машину? Он платить не может, поэтому теперь ты пытаешься получить деньги с нас, рассказывая про ремонт балкона?
— Он мой сын! — внезапно выкрикнула свекровь.
Её ладонь с силой ударила по столу.
— Ему нужнее было! У него молодая семья, ребёнок родился! А вы себе замшевые сапоги покупаете! Родственники должны понимать положение друг друга! Семья обязана помогать!
— Вот пусть Дима вам и помогает, — резко ответила Елена.
Она начала складывать грязные тарелки.
— Пусть продаёт машину и закрывает ваш долг. Из нашего семейного бюджета на это не уйдёт ни одной монеты. Ни на ваш балкон, ни на придуманные лекарства.
— Ах вот как!
Галина Петровна резко вскочила, едва не опрокинув кухонный стул.
— Я к вам со всей душой, а вы! Родной матери денег пожалели!
Она стремительно направилась в прихожую.
Тётя Оксана, на ходу бормоча извинения, поспешила следом за сестрой. В коридоре зашуршала верхняя одежда.
— Сергей, ты позволишь ей так со мной разговаривать?! — донеслось от входной двери.
Голос свекрови уже переходил на визг.
— Твоя жена меня из собственного дома выставляет!
— Мам, иди домой, — устало произнёс Сергей.
Он даже не встал из-за стола.
— Просто иди. Завтра поговорим.
Входная дверь с грохотом захлопнулась.
Праздничный вечер был окончательно испорчен.
Елена без слов поставила грязные тарелки в раковину. Сергей остался сидеть за столом, обхватив голову ладонями.
— Ты давно про это знала? — наконец спросил он.
Голос мужа звучал тяжело и глухо.
— Два месяца, — призналась Лена.
Она открыла воду и взяла губку.
— Я рассчитывала, что она сама тебе расскажет. Или Дима когда-нибудь признается. Но сегодня, когда она начала рассказывать про балкон и считать стоимость моих сапог, я просто не выдержала.
Сергей вытащил телефон из кармана.
Несколько секунд он молча смотрел на экран, будто собирался с мыслями.
— Позвоню Диме, — сказал он наконец.
Елена перекрыла воду.
— Думаешь, он всё расскажет?
— Сейчас проверим.
Сергей набрал номер младшего брата и включил громкую связь.
Гудки продолжались довольно долго. Наконец вызов приняли.
— Алло, Серёжа, привет! — бодро раздался голос Вики, жены Димы.
На заднем плане громко плакал ребёнок.
— Димочка в магазин вышел. Ты чего хотел?
— Привет, Вика, — спокойно ответил Сергей.
Он мельком посмотрел на Лену.
— Да просто узнать хотел, как вы там. Как у вас с деньгами? Мама жалуется, что балкон разваливается, просит помочь.
Вика на другом конце связи фыркнула.
— Ой, Серёж, мы сейчас вообще без денег.
Она прикрикнула на ребёнка, прося его вести себя тише.
— Дима ведь с той вахты ещё три месяца назад ушёл. Говорит, платить там нормально перестали.
— А машину как оплачиваете? — будто между делом поинтересовался Сергей.
Он слегка прищурился.
— За неё же платежи должны быть.
— Да какие наши платежи, мы бы такое вообще не потянули! — весело выдала Вика.
Она совершенно не замечала подвоха.
— Галина Петровна всё на себя оформила. Она и платит. Мы обещали ей иногда коммуналку оплачивать, но сейчас совсем денег нет. Вы уж помогите ей с балконом, ладно? Она вчера нам звонила, жаловалась.
— Понятно, — сухо сказал Сергей.
Челюсти его напряглись.
— Передай Диме, пусть мне позвонит, когда вернётся.
Он отключился.
На кухне воцарилась тяжёлая тишина, которую нарушал лишь шум автомобилей за окном.
Елена вытерла руки прихваткой и опустилась на стул напротив мужа.
— Ну вот и вся арифметика, — подвела она итог.
Лена невесело усмехнулась.
— Младший любимый сын с работы ушёл, зато ездит на новой машине. А старший должен оставить жену без нормальной зимней обуви, чтобы оплатить матери ремонт балкона. Точнее, её кредит.
Сергей ничего не сказал.
Он сидел мрачный, переваривая услышанное. Одно дело — подозревать что-то самому, и совсем другое — услышать прямое подтверждение от простодушной Вики.
На следующий день после обеда раздался звонок в дверь.
Елена отправилась открывать.
На площадке стояла Галина Петровна. На этот раз без тёти Оксаны, зато рядом с ней был Дима.
Младший брат переминался на коврике и старательно не поднимал глаз. Свекровь, напротив, выглядела собранной и готовой к бою.
— Мы пришли поговорить, — заявила Галина Петровна.
Она попыталась пройти внутрь, однако Сергей уже появился в коридоре и встал на пути.
— О чём будем разговаривать, мам? — спросил он.
Сергей скрестил руки на груди.
— О балконе или о процентах по твоему кредиту?
Дима кашлянул в кулак.
— Серёж, ну зачем сразу так? — неуверенно начал он.
Младший брат переступил с одной ноги на другую.
— Ну помогла мать с машиной, бывает. У нас ребёнок, Вике надо в поликлинику ездить, продукты покупать. А у тебя детей пока нет, у тебя и траты совсем другие.
— Серьёзно? — невесело усмехнулся Сергей.
Он прямо посмотрел брату в глаза.
— То есть ездить будешь ты, а расплачиваться должен я?
— Ты обязан помогать матери! — вмешалась Галина Петровна.
Она повысила голос, пытаясь снова взять разговор под контроль.
— Она тебя вырастила! Ночами не спала! А теперь ты родного брата куском хлеба попрекаешь!
— Я говорю не про кусок хлеба, а про машину за два миллиона, — отчётливо произнёс Сергей.
Отступать он не собирался.
— Мам, ты сама взяла этот кредит. Сама решила продолжать относиться к Диме как к маленькому мальчику. Теперь сами и решайте эту проблему.
Свекровь шумно ахнула.
Она схватилась рукой за сердце, хотя никаких таблеток до этого ей не требовалось.
— Ты от собственной матери отказываешься?! — закричала она на весь подъезд.
Соседи вполне могли услышать этот спектакль, но Сергею теперь было безразлично.
— Из-за этой фифы с её сапогами от родной матери отворачиваешься?! Да чтоб вам пусто было!
— Пусть Дима продаст машину, — спокойно вмешалась Елена, стоявшая за плечом мужа.
В её голосе не было ни раздражения, ни волнения.
— Погасите долг перед банком. А если что-то останется, возможно, и на ремонт балкона хватит.
Дима резко покраснел.
— Да пошли вы! — выкрикнул он.
Он дёрнул мать за рукав.
— Пошли, мам. Я тебе говорил, к этим жадинам приходить бесполезно. Они только о себе думают.
Они развернулись и пошли вниз по лестнице.
Галина Петровна продолжала громко причитать на каждом пролёте, сообщая всему подъезду, каких неблагодарных детей ей довелось вырастить.
Сергей закрыл дверь и повернул ключ.
После этого он прислонился лбом к прохладной металлической поверхности.
— Полегчало? — тихо спросила Лена.
— Ещё как, — признался муж.
Минуло две недели.
Галина Петровна больше не звонила и в гости не собиралась. Поначалу она пыталась воздействовать через родственников, рассказывая всем о жадной Елене, однако вскоре история с кредитом Димы стала известна окружающим, и желающих сочувствовать заметно поубавилось.
По слухам, Дима всё-таки выставил машину на продажу. Банк начал настойчиво требовать платежи, а денег у него не было.
Отношения со свекровью так и остались холодными, однако Елена по этому поводу совершенно не переживала.
Однажды утром она собиралась на работу.
Открыла фирменную коробку и достала оттуда новые замшевые сапоги. Обула их, встала перед зеркалом в прихожей и внимательно осмотрела себя.
Сапоги сидели безупречно.
Но куда важнее было другое: теперь никто больше не решался объяснять Елене, как ей распоряжаться собственной премией.
