— А здесь, Ильюша, мы уберём стену.
Из прихожей донёсся звонкий женский голос, а следом по линолеуму застучали каблуки.
— Ты только представь, сколько сразу появится света! Соединим кухню с коридором, и получится просторная студия.
Ирина застыла возле раковины с мокрой тарелкой в руках.
С губки медленно стекала вода.
Никаких гостей она не ждала.
После развода, который состоялся два месяца назад, бывший муж вернул ей ключи. Однако теперь становилось ясно, что перед этим он предусмотрительно сделал копию.
— Несущую стену трогать нельзя, малышка, — снисходительно произнёс Илья. — А со всем остальным разберёмся. Любое твоё желание.
Ирина положила тарелку в сушилку, вытерла руки полотенцем и бросила его на край мойки.
После этого медленно направилась в прихожую.
Посреди коридора стоял Илья в своём любимом сером пальто.
Возле него суетилась молодая брюнетка в ярком пуховике. Девушка держала строительную рулетку и деловито прикладывала жёлтую металлическую ленту к стене, что-то мысленно рассчитывая.
— Вы случайно квартирой не ошиблись? — спокойно спросила Ирина.
Рулетка с резким щелчком втянулась обратно в корпус.
Брюнетка испуганно дёрнулась и широко раскрыла глаза.
— Ильюша, а это ещё кто? — недовольно спросила она, брезгливо морща нос. — Ты говорил, что квартира свободна. Почему здесь находится эта женщина?
— Арина, выйди на лестничную площадку на несколько минут, — процедил Илья.
— Ещё чего! — возмутилась девушка. — Я приехала обсуждать будущий дизайн!
— Выйди, я сказал!
Илья слегка подтолкнул её к двери.
Арина недовольно цокнула языком, резко дёрнула плечом и всё-таки вышла, оставив после себя густой запах приторных духов.
Илья закрыл дверь на задвижку и повернулся к бывшей жене.
— Собирай свои вещи, — требовательно сказал он.
Ирина устало потёрла переносицу.
Рабочий день оказался тяжёлым. Цифры в отчётах никак не сходились, поясница ныла, а голова гудела от усталости.
Меньше всего ей хотелось сейчас участвовать в очередном спектакле бывшего мужа.
— Говори по существу, — холодно произнесла она. — На твои игры у меня сегодня нет ни сил, ни желания.
Илья с важным видом прислонился к дверному косяку и поправил воротник пальто.
— Всё предельно просто, Ира. Я дал тебе достаточно времени, чтобы найти новое жильё. Прошло уже два месяца. Срок вполне приличный. Пора освобождать помещение.
— Вот, значит, как?
— Именно так. Я начинаю новую жизнь. У меня, между прочим, сейчас романтический период.
— Это заметно, — Ирина кивнула в сторону входной двери. — Ей хотя бы двадцать пять исполнилось?
— Тебя это не касается! — раздражённо бросил Илья. — Я работаю без отдыха и заслужил право на собственную территорию и личное счастье.
Ирина опёрлась плечом о стену и спрятала руки в карманы домашней кофты.
— Илья, ты вообще понимаешь, что говоришь? Куда, по-твоему, я должна уехать?
— Сними комнату. Или небольшую квартиру где-нибудь подальше от центра. С твоей зарплатой это возможно.
— То есть я должна перебраться в съёмное жильё из квартиры, на ремонт которой потратила все деньги от продажи собственной дачи?
— Опять ты за своё! — Илья закатил глаза. — Каждый раз одно и то же. Сейчас снова начнутся воспоминания о твоих великих жертвах.
Он прошёл на кухню, даже не сняв грязных ботинок, и по-хозяйски отодвинул стул.
— Ира, хватит жить в своих фантазиях. Скажи мне, кому принадлежит эта квартира?
— Твоей матери.
— Раньше принадлежала! — торжествующе заявил бывший муж, подняв указательный палец. — Мама оформила дарственную на меня. Теперь единственный владелец здесь я. Закон на моей стороне. А ты в этой квартире вообще никто. Даже временных прав у тебя нет.
Четыре года назад они въехали в эту двухкомнатную квартиру.
Жильё досталось матери Ильи от её отца.
Но назвать его нормальной квартирой тогда было невозможно.
Углы покрывала чёрная плесень.
Трубы прогнили.
Полы местами проваливались.
Из старых окон дуло так сильно, что занавески разлетались в стороны даже при закрытых рамах.
У самого Ильи средств на ремонт не было.
Тогда свекровь уговаривала Ирину с утра до вечера. Обещала, что жильё останется молодой семье, плакала, говорила о будущем и уверяла, что всё делается ради них.
Ирина долго сомневалась, но в итоге продала свою добрачную дачу возле озера.
Все полученные деньги без остатка ушли на строительную бригаду, новую электропроводку, выравнивание пола, замену труб и сантехники.
Перед тем как квартира стала пригодной для жизни, рабочие вывезли отсюда несколько огромных контейнеров мусора.
— Хорошо, — Ирина подошла ближе к столу. — Тогда давай вспомним цифры. Деньги от продажи моей дачи полностью покрыли капитальный ремонт этой разрушенной бетонной коробки. Без них ты до сих пор ходил бы по гнилым доскам и дышал плесенью.
— Я потом всё тебе верну! — отмахнулся Илья. — Когда будет возможность.
— Всё?
— Да там и возвращать особенно нечего! Ремонт стоил сущие мелочи. Не нужно изображать из себя несчастную жертву.
— Ты таких мелочей за всю жизнь в руках не держал.
Снаружи раздался нетерпеливый стук в дверь.
— Ильюша! Я тут замёрзла! — послышался капризный голос Арины.
— Заходи! — крикнул он.
Дверь тут же распахнулась.
Арина влетела в прихожую и сердито затопала ногами, пытаясь согреться.
— У вас на лестнице ужасно пахнет! — заявила она. — И здесь, между прочим, тоже какой-то старческий запах.
Не дожидаясь приглашения, девушка направилась на кухню.
Она внимательно осмотрела новый гарнитур, на который Ирина потратила почти четверть суммы, полученной после продажи дачи.
— Это всё нужно выбросить, — безапелляционно заявила Арина, указывая пальцем на дорогие фасады. — Цвет какой-то старомодный и женский. Я хочу белый глянец. А в центре поставим остров.
Ирина медленно опустилась на табурет.
В висках резко запульсировала боль.
Происходящее было уже не просто обидным.
Оно выглядело до невозможности пошло.
Двадцать лет брака.
Стирка.
Готовка.
Бесконечная поддержка в те периоды, когда Илья оставался без работы.
А теперь молодая девушка с надутыми губами стояла в отремонтированной на её деньги кухне и решала, какие вещи отправить на свалку.
— Арина, — устало спросила Ирина. — Тебе действительно хочется участвовать в этом представлении?
— В каком ещё представлении? — девушка высокомерно подняла подбородок. — Это жильё моего мужчины. Он здесь хозяин. А вы просто слишком долго не хотите уходить.
— Я прошу по-хорошему, — Илья наклонился над столом. — Собирай свои вещи. Я даже готов оплатить грузчиков. И ещё немного добавлю сверху в знак уважения к нашему прошлому.
— Невероятная щедрость.
— Не нужно устраивать драму, Ира. Мы давно чужие. Я хочу жить здесь со своей женщиной.
— А я не собираюсь съезжать.
Лицо Ильи мгновенно покраснело.
Шея над воротником рубашки налилась багровым цветом.
— Тогда будем разбираться через суд! — заорал он. — Только сама себя опозоришь! Тебя выселят с приставами, ещё и участкового вызову! Подпиши заявление о добровольном освобождении квартиры, иначе всё закончится намного хуже.
Он достал из внутреннего кармана пальто сложенный пополам лист и бросил его перед Ириной.
— Прочитай и поставь подпись. На сборы даю три дня.
Ирина посмотрела на бумагу, но даже не протянула к ней руку.
— Ильюша, — вмешалась Арина, — а вдруг она заберёт бытовую технику? Нужно заранее составить список имущества. Холодильник здесь вроде хороший.
— Ничего она не заберёт, — резко отрезал Илья. — Всё, что установлено в квартире, принадлежит мне.
Ирина ничего не ответила.
Она поднялась и ушла в спальню.
Илья посмотрел вслед бывшей жене и самодовольно усмехнулся.
— Видишь? С такими женщинами иначе нельзя. Нужно сразу жёстко поставить на место. Иначе сядут на шею и будут пользоваться твоей добротой.
Спустя минуту Ирина вернулась.
В руке она держала обычную прозрачную папку-файл с документами.
Подойдя к столу, она бросила её поверх бумаги, которую принёс Илья.
Улыбка мгновенно исчезла с его лица.
— Что это такое? — насторожённо спросил бывший муж.
— Твоя любимая бумага. Договор дарения от семнадцатого сентября.
Илья мельком взглянул на прозрачный файл и недовольно усмехнулся.
— И что с того? Я этот документ почти наизусть помню.
— Судя по всему, не настолько хорошо, как тебе кажется, — спокойно заметила Ирина.
Она вынула лист из файла и придвинула его ближе к бывшему мужу.
— Найди четвёртый пункт и прочитай вслух. Заодно просвети будущую хозяйку квартиры.
Илья раздражённо фыркнул.
— Ира, прекращай устраивать представление. Я там каждую строчку…
— Читай, — резко перебила она.
Бывший муж нехотя опустил глаза на документ.
Он быстро пробежал взглядом по напечатанным строкам, но почти сразу его лицо начало меняться.
Сначала исчезла самодовольная улыбка.
Потом между бровями появилась глубокая складка.
— Даритель передаёт право собственности… — тихо пробормотал он.
— Погромче, пожалуйста, — миролюбиво попросила Ирина. — Арина тоже должна знать подробности. Ей ведь здесь стены сносить и интерьер планировать.
Илья нервно сглотнул.
— В соответствии с особыми условиями настоящего договора… Даритель передаёт право собственности Одаряемому с обременением…
Арина сразу нахмурилась.
— С каким ещё обременением? Ильюша, ты ничего об этом не рассказывал! Здесь долг какой-то или залог?
— Всё гораздо интереснее, — усмехнулась Ирина. — Продолжай.
Илья сжал челюсти.
— Гражданка Ирина Андреевна… — его голос неожиданно дрогнул. — Сохраняет за собой пожизненное право пользования и проживания в указанном жилом помещении.
На несколько секунд в квартире воцарилась полная тишина.
Только настенные часы в прихожей громко отсчитывали секунды.
— Что? — Арина резко шагнула к столу. — Какое ещё пожизненное проживание?
Илья ничего не ответил.
Он продолжал неподвижно смотреть на документ, словно надеялся, что прочитанные слова исчезнут сами собой.
— Там дальше ещё интереснее, — подсказала Ирина. — Не останавливайся.
Бывший муж скрипнул зубами и продолжил читать, теперь уже почти шёпотом:
— Без права выселения по инициативе собственника… В случае расторжения брака за гражданкой сохраняется право пользования половиной жилого помещения… Продажа, обмен и передача квартиры в аренду без её письменного согласия не допускаются.
Арина резко выхватила лист у него из рук.
Её глаза забегали по строкам.
— Это что вообще такое?! — взвизгнула она. — Илья! Ты утверждал, что квартира полностью твоя!
— Она и есть моя! — вскинулся он. — Мать подарила её мне!
— В определённом смысле, конечно, твоя, — спокойно ответила Ирина, откидываясь на спинку стула. — Когда я решила вложить деньги от продажи дачи в капитальный ремонт, то не пожалела средств на хорошего юриста. Твоя мать очень хотела оформить квартиру исключительно на любимого сына. И любимый сын тоже был не против такого подарка.
Илья тяжело задышал.
— Только я отказалась вкладывать все свои накопления без каких-либо гарантий, — продолжила Ирина. — Твоя мама внимательно прочитала договор от первой до последней страницы. После этого добровольно поставила подпись. Ты, между прочим, находился рядом. Просто скучные документы тебя тогда не интересовали. Ты выбирал плитку для ванной и рассказывал рабочим, какой оттенок тебе больше нравится.
— Ты обманом подсунула моей матери другую бумагу! — заорал Илья.
— Документ заверен нотариально, — холодно ответила Ирина. — Анна Николаевна прекрасно понимала, что подписывает. Ей нужен был бесплатный капитальный ремонт. Она была уверена, что мы проживём вместе до глубокой старости и особые условия никогда не пригодятся.
Арина с отвращением бросила договор обратно на стол.
Её ухоженное лицо исказилось от злости.
— Получается, половина квартиры принадлежит ей? — спросила она, указывая пальцем на Ирину.
— Фактически да, — признал Илья.
— И она имеет право жить здесь сколько захочет?
— До конца жизни, — спокойно подтвердила Ирина.
Арина резко повернулась к своему избраннику.
— Какой же ты неудачник! Обыкновенный хвастун! — выпалила она. — «Моя территория, исполню любое желание»! Да ты здесь даже мебель переставить без разрешения бывшей жены не можешь!
— Ариша, подожди! — Илья бросился к ней. — Я всё улажу! Найду адвокатов, подам в суд, мы оспорим этот пункт!
— Разбирайся со своими судами без меня! — рявкнула девушка. — Я не собираюсь жить в одной квартире с твоей бывшей женой! Найди другую наивную женщину, которая поверит твоим сказкам!
Она резко развернулась, чуть не задев стоявший рядом табурет, и бросилась в прихожую.
Строительная рулетка выпала из её руки и с громким металлическим стуком ударилась о пол.
Через мгновение входная дверь с силой захлопнулась.
Илья остался стоять посреди кухни, растерянно моргая.
Вся его прежняя самоуверенность исчезла мгновенно, словно воздух вышел из проколотого колеса.
Серое пальто вдруг стало выглядеть на нём слишком большим и мешковатым.
Плечи опустились.
Лицо потускнело.
— Значит, так, — Ирина неторопливо поднялась со стула. — Выселить меня у тебя не получится. Продать квартиру без моего согласия ты тоже не сможешь. Заселить сюда свою новую избранницу — тем более. Я разрешения не дам.
Илья продолжал молчать.
— Хочешь стать полностью свободным хозяином? Тогда выкупай моё право по рыночной стоимости. И не забудь учесть стоимость свежего капитального ремонта.
— У меня нет таких денег, — глухо произнёс он.
— Я прекрасно это знаю. Поэтому оставляй ключи и отправляйся догонять свою принцессу. Может быть, она разрешит тебе пожить у себя хотя бы в прихожей.
— Я матери сейчас позвоню! — слабо огрызнулся Илья. — Она аннулирует этот договор и уничтожит твою бумажку!
— Звони, — невозмутимо разрешила Ирина. — Заодно поинтересуйся, зачем она собственноручно подписала документ, который ты даже не потрудился внимательно прочитать.
Илья сглотнул.
Бросил на бывшую жену тяжёлый, полный ненависти взгляд.
Затем молча сунул руку в карман пальто, достал связку ключей и с силой швырнул её на тумбу возле зеркала.
Металл звонко ударился о деревянную поверхность.
— Подавись своей квартирой, — процедил он сквозь зубы.
После этого Илья вышел, даже не потрудившись закрыть за собой входную дверь.
Прошла неделя.
В прихожей двухкомнатной квартиры приятно пахло свежесваренным кофе и домашней выпечкой.
Ирина неторопливо положила на полку возле зеркала новую связку блестящих ключей.
Замок она заменила уже на следующий день после визита бывшего мужа.
Илья больше не приходил.
Свекровь первые два дня буквально оборвала ей телефон.
То кричала.
То угрожала.
То переходила на слёзы и обвинения.
Но вскоре звонки прекратились.
Вероятно, Анна Николаевна всё-таки обратилась к знающим специалистам и получила исчерпывающее объяснение.
Ирина остановилась перед зеркалом.
Улыбнулась своему отражению и поправила ворот домашней кофты.
Впереди её ждали тихие, спокойные выходные.
Никто не собирался сносить стены без её разрешения.
Никто не решал, какую мебель выбросить.
Никто больше не указывал, в какой цвет перекрашивать кухню и как ей жить в квартире, отремонтированной на её деньги.
И впервые за долгое время Ирина почувствовала, как тяжесть окончательно отпускает.
