— Коль, премию к юбилею тебе уже перечислили?
Я поставила на стол большую салатницу.
Поправила края праздничной скатерти. До прихода гостей оставалось меньше часа, а хлеб еще не нарезан, горячее стоит на плите.
— Получил.
Николай даже не поднял головы от телефона.
— А что?
— Я думала, наконец займемся ванной. Плитку давно пора менять.
Я ополоснула руки под краном и стряхнула воду в раковину.
— Даш, только не сегодня.
Он отложил телефон и устало посмотрел в пустую кружку.
— Все-таки праздник. Мне сорок пять исполнилось. Можно хотя бы один день без выяснения отношений?
— А я, по-твоему, выясняю?
Я положила прихватку на столешницу.
— Мы уже два года откладываем ремонт. Сначала трубы пришлось менять. Потом машина сломалась. Затем крышу на даче ремонтировали. Сейчас появилась премия. Я все посчитала — как раз хватит на плитку и хорошего мастера. Ты сам видел, в ванной уже грибок по швам полез. Скоро сыростью дышать невозможно будет.
Николай тяжело вздохнул.
— Маме опять не подтвердили очередь на операцию.
Он произнес это почти шепотом.
— Сустав менять нужно. Придется оплачивать самим.
— Я знаю.
Я закрыла дверцу навесного шкафчика.
Два года назад Зинаида Марковна сообщила нам, что серьезно больна. Суставы почти не работают. Передвигаться тяжело. Бесплатной операции ждать слишком долго, а платная стоит огромных денег.
Коля тогда места себе не находил.
Мы отказались от отпуска.
Не стали покупать новую мебель.
Я вторую зиму проходила в старом пуховике, у которого постоянно заедала молния.
Каждый месяц муж переводил матери немалую сумму.
То на дорогие мази.
То на уколы.
То на подготовку к операции.
Он соглашался на дополнительные смены, возвращался домой далеко за полночь и буквально падал без сил.
Я молчала.
Когда речь идет о здоровье близкого человека, спорить тяжело.
Правда, меня давно удивляло другое.
Женщина, которая, по собственным словам, едва ходит, бодро гуляла по рынку.
Совсем недавно я видела, как она легко обходила покупателей с тележками и азартно торговалась за мясо.
Но я ничего не говорила.
Не хотелось еще сильнее давить на мужа.
— Уже два года одно и то же, Коля.
Я села напротив него.
— Постоянно появляются новые причины. То анализы плохие. То врача нет. То давление неожиданно поднялось. А мы продолжаем отдавать почти все свободные деньги.
— Возраст, Даш.
Он поднял усталые глаза.
Под ними лежали темные круги.
— У пожилых людей все сложнее. Организм уже не тот. Я же не могу оставить маму одну. Кто еще ей поможет?
— Конечно.
Я встала.
— Только у нас тоже семья. И квартира скоро начнет разваливаться.
Перед глазами сразу всплыл прошлый четверг.
Тогда Зинаида Марковна пришла к нам со своим старым ноутбуком.
— Дашенька, посмотри, пожалуйста, — попросила она. — Совсем медленно работает. Хотела рецепт посмотреть — все зависло. Ты ведь разбираешься.
Я забрала ноутбук на кухню.
Компьютер действительно еле шевелился.
Открыла браузер, чтобы удалить ненужные файлы и очистить память.
На экране случайно оказалась открытая электронная почта.
Я не собиралась читать чужие письма.
Но одно сообщение невозможно было не заметить.
«Ваше бронирование подтверждено».
Ниже значилось название дорогого оздоровительного комплекса.
Я замерла.
Какой еще курорт?
Человек говорит, что едва может передвигаться.
Я открыла письмо.
Передо мной появился красивый фирменный бланк.
Имя гостя — Зинаида Марковна.
Дата заезда — следующий месяц.
Категория номера — люкс.
Питание — «всё включено».
Дальше шел список оплаченных процедур.
Массаж.
Обертывания.
Лечебные ванны.
Кислородные коктейли.
Скандинавская ходьба с инструктором.
Скандинавская ходьба.
Для человека, который якобы с трудом добирается до кухни.
Я прокрутила письмо ниже.
Увидела итоговую стоимость.
От количества цифр у меня потемнело в глазах.
Именно столько Коля заработал дополнительными сменами почти за полгода.
Я открыла старые письма.
Все повторялось с удивительной точностью.
Каждые полгода.
Весной и осенью.
Именно тогда, когда якобы переносилась операция из-за анализов, давления или других причин.
Сын перечислял деньги на лечение.
А спустя несколько дней приходило подтверждение бронирования отдыха.
Я тогда промолчала.
Распечатала письмо.
Положила его в конверт.
И убрала в сервант.
Решила дождаться дня рождения мужа, когда соберется вся семья.
В прихожей громко прозвенел звонок.
Коля сразу поднялся открывать.
Я осталась на кухне.
Через минуту раздался хорошо знакомый голос свекрови.
— Коленька, осторожнее с пальто!
Она тяжело дышала.
— Там в кармане дорогая мазь. Только вчера купила. Цены теперь ужасные. На одну пенсию уже не проживешь.
— Проходи, мам.
Коля помогал ей снять обувь.
— Дашенька!
Свекровь заглянула на кухню.
На ней была нарядная шифоновая блузка с блестками.
На груди переливалась массивная брошь.
Яркая помада.
Высокая прическа.
Выглядела она совсем не как человек, измученный постоянной болью.
— Горячее еще не подали?
— Нет. Вас ждем.
Я коротко кивнула.
— Сейчас еще Сергей с Аней подъедут.
— Ах, эти друзья…
Зинаида Марковна недовольно сморщилась.
Опираясь рукой о дверной косяк, она медленно прошла в гостиную.
Каждый шаг сопровождался театральным стоном.
— От них всегда столько шума. А у меня голова раскалывается. Пока ехала, так натрясло, что думала — не выдержу.
— Мам, я же предлагал вызвать такси.
— Зачем зря деньги тратить?
Она тяжело опустилась в кресло.
— Мне каждую копейку приходится беречь. Операция ведь совсем скоро. Ты знаешь, как мне тяжело.
Я молча слушала.
Ничего не отвечала.
— Всем привет!
В прихожей раздался громкий голос Сергея.
Они с Аней вошли в квартиру с подарками и пакетами.
— Юбиляр, принимай поздравления!
Началась привычная суета.
Мы расселись за столом.
Аня помогала мне расставлять блюда.
Сергей разливал напитки.
Коля улыбался.
— За именинника!
Сергей поднял бокал.
— Коль, сорок пять — прекрасный возраст. Желаю здоровья, удачи, достатка. И пусть дома всегда будет благополучие. Может, наконец машину поменяешь.
— Спасибо.
Мы дружно чокнулись.
Зинаида Марковна неторопливо отпивала вишневый сок, изящно отставив мизинец с массивным кольцом.
— Хорошие пожелания.
Она промокнула губы салфеткой.
— Только здоровье сейчас дороже всего. За деньги его не всегда купишь.
Аня молча уткнулась в тарелку.
Она терпеть не могла подобные разговоры.
— Зинаида Марковна, — осторожно сказал Сергей, — разве вам не обещали бесплатную операцию? У моей тещи все прошло отлично. Сейчас по огороду бегает быстрее всех.
— Ах, Сереженька…
Свекровь приложила руку к груди.
— Бесплатно ждать можно бесконечно. А ноги болят уже сейчас. По ночам не сплю. Коленька помогает, конечно… Но денег все равно не хватает.
Она выразительно посмотрела на сына.
— Недавно узнавала стоимость. Все опять подорожало. Просто ужас.
— Мам, может, не сейчас?
Коля заметно смутился.
— Сегодня праздник.
— А когда тогда?
Она произнесла это с особым нажимом.
— Потом будет поздно. Мое место займут другие. Совсем немного осталось собрать. Ты ведь премию получил? Хорошую?
За столом сразу наступила тишина.
Аня перестала есть.
Сергей медленно положил вилку.
Коля виновато посмотрел на меня.
— Получил.
Он говорил почти шепотом.
— Но мы собирались ремонт начать. В ванной совсем плохо. Даша давно просит.
— Какой ремонт?!
Зинаида Марковна всплеснула руками.
— Родная мать еле ходит, а вы про плитку думаете? Вот и вся благодарность. Всю жизнь ради сына жила. Во всем себе отказывала.
— Мам…
Коля тяжело вздохнул.
— Ладно. Поможем. Оплатим лечение. Ремонт еще подождет.
— Нет.
Мой голос прозвучал неожиданно громко.
Я отодвинула стул.
Подошла к серванту.
Открыла верхний ящик.
Достала белый плотный конверт.
— Даша…
Коля нахмурился.
— Ну зачем сейчас? При гостях не начинай.
— Я ничего не начинаю.
Я подошла к столу.
Положила конверт прямо перед свекровью.
— Денег на лечение опять не хватает?
Зинаида Марковна настороженно посмотрела на конверт.
— Да что ты… Мне бы только немного передохнуть. Совсем тяжело стало.
Я спокойно посмотрела ей в глаза.
— Тогда откройте его.
Я молча скрестила руки на груди.
— Мы с Колей решили сделать вам небольшой подарок к его юбилею. Ведь вы так долго мечтали об этой поездке.
Сергей с любопытством наклонился вперед.
Николай переводил растерянный взгляд с меня на мать.
— Что там такое?
Свекровь недоверчиво взяла конверт.
— Это деньги? Коллеги Николая собрали?
Она быстро вскрыла край конверта, достала сложенный лист и развернула его.
Лицо Зинаиды Марковны изменилось мгновенно.
Она побледнела и долго смотрела на бумагу.
— Это… Что это вообще такое?
Голос ее дрогнул.
— Подтверждение вашего бронирования в дорогом оздоровительном комплексе, — спокойно ответила я, не сводя с нее глаз. — Номер категории люкс. Питание по системе «всё включено». Горячие камни. Лечебные ванны. Обертывания. Различные процедуры…
Я выдержала небольшую паузу.
— И самое интересное — ежедневная скандинавская ходьба с инструктором. Похоже, современная медицина уже научилась лечить суставы прогулками по лесу. Жаль только, что ваши врачи об этом ничего не знают.
За праздничным столом воцарилась полная тишина.
Сергей негромко присвистнул.
Аня прикрыла рот ладонью и опустила глаза.
— Мам?..
У Николая сорвался голос.
Он осторожно забрал распечатку из рук матери и быстро пробежал взглядом по тексту.
— Какой еще курорт? Ты же говорила про обследования… анализы… очередь на операцию… Вчера просила денег на лекарства.
— Это ошибка!
Зинаида Марковна заговорила слишком быстро, нервно поправляя брошь на груди.
— Даша все перепутала! Это вообще не мое! Это письмо мне знакомая переслала. Она собирается отдыхать, а я просто распечатала посмотреть!
— Правда?
Я спокойно наклонила голову.
— Значит, ваша знакомая оформляет бронирование на ваше имя? И оплачивает путевку вашей банковской картой? Той самой, на которую Коля каждую неделю переводит деньги?
— Она… попросила меня помочь…
Свекровь заметно растерялась.
— У нее возникли проблемы с картой. Поэтому я просто провела оплату. Она потом мне все вернет наличными.
— Достаточно.
Я произнесла это тихо, но твердо.
— Уже два года мы оплачиваем вам этот роскошный отдых. Два года откладываем собственную жизнь. Во всем себе отказываем. Коля работает без выходных, приходит домой совершенно измученный. Лишь бы хватило денег на ваши «лекарства». А вы в это время отдыхаете на курортах, ходите на процедуры и наслаждаетесь жизнью за счет собственного сына.
— Да как ты смеешь!
Зинаида Марковна резко вскочила.
Куда только исчезли больная спина и почти неподвижные ноги.
Она двигалась быстро и уверенно.
Одним движением схватила свою лакированную сумочку со спинки стула.
— Коля! Неужели ты позволишь ей разговаривать со мной таким тоном? Перед посторонними людьми! Родную мать унижать!
Николай молчал.
Он продолжал смотреть на распечатку.
Особенно долго задержался взглядом на итоговой сумме.
Именно столько составляла его недавняя премия.
— Мам…
Он говорил спокойно и очень тихо.
— Иди домой.
Зинаида Марковна гордо вскинула подбородок.
— Ну и прекрасно!
Она сердито оглядела всех присутствующих.
— Неблагодарные! Родной матери денег пожалели! Ни уважения, ни совести! Больше ноги моей здесь не будет! Еще сами придете просить помощи!
Она быстро вышла в прихожую.
Через несколько секунд громко хлопнула входная дверь.
В комнате повисла тяжелая тишина.
Первым ее нарушил Сергей.
Он кашлянул, взял свой бокал и слабо усмехнулся.
— Да уж… История получилась.
Он посмотрел на Николая.
— Зато теперь ремонт точно начнете. И плитку купите, и мастера найдете. Ну что… Может, выпьем за то, чтобы в новой ванной наконец не было плесени?
Прошел примерно месяц.
Мы ходили по строительному магазину.
Николай катил впереди тяжелую тележку.
В ней лежали мешки со строительными смесями, клей, затирка и инструменты.
Мы остановились возле длинного ряда с керамической плиткой.
В этот момент у Николая зазвонил телефон.
Он посмотрел на экран.
Пришло длинное сообщение от тети — родной сестры Зинаиды Марковны.
Первые строки были привычными.
Жалобы на дорогие лекарства.
Разговоры о маленькой пенсии.
И намеки на тяжелую жизнь.
Николай несколько секунд молча читал сообщение.
Потом спокойно смахнул уведомление, убрал телефон обратно в карман и повернулся ко мне.
— Даш…
Он постучал пальцами по образцу светлой матовой плитки.
— Как тебе эта? Мне кажется, она практичная. И ухаживать за ней будет намного проще.
Я посмотрела сначала на плитку, потом на мужа.
И впервые за долгое время поняла, что теперь он наконец начал делать выбор в пользу нашей семьи.
