Максим развалился на диване, закинув руки за голову, и рассуждал, обращаясь куда-то в потолок. На экране телевизора беззвучно шёл футбольный матч, но смотреть его он явно не собирался.
Юля молча сняла куртку в прихожей, аккуратно повесила её на крючок и направилась на кухню. На столе её встретили пустая кружка с засохшим чайным пакетиком и тарелка, на которой остались лишь крошки от батона.
— Хоть бы посуду после себя помыл, — устало произнесла она, открывая воду.
— Юль, я же просил не начинать сразу, как только переступишь порог, — донёсся голос Максима из комнаты.
— Я сегодня три тестовых задания отправил. Голова уже раскалывается. А ты сразу про кружки и крошки.
Юля молча сполоснула руки, стряхнула капли над мойкой и на несколько секунд прикрыла глаза. Уже четвёртый месяц продолжались его «поиски достойной работы». Максим рассматривал исключительно вакансии руководителей проектов, сразу отметая предложения с зарплатой ниже желаемой или с обязательным ежедневным присутствием в офисе.
Все расходы давно легли на плечи Юли. Она одна выплачивала ипотеку, коммунальные услуги и покупала продукты.
В кармане домашних брюк коротко завибрировал телефон. Юля достала его, взглянула на экран и впервые за долгое время почувствовала настоящее облегчение.
На карту поступила годовая премия. Именно ради неё она почти полгода работала без единого выходного, одновременно выполняя обязанности коллеги, ушедшей в декрет. Сумма оказалась внушительной. Теперь можно было полностью закрыть задолженность по коммунальным платежам, приобрести зимние шины и ещё оставить часть денег про запас.
— О, интернет снова заработал! — радостно объявил Максим, появившись в дверях кухни со смартфоном.
— Я уже думал, роутер накрылся.
— Нет, — спокойно ответила Юля, убирая телефон.
— Просто интернет оплачивать нужно. Я только что перевела деньги с зарплатной карты.
— Ну вот, всё отлично складывается, — оживился Максим и полез в шкафчик за печеньем.
— Кстати, мама написала. Сегодня собирается зайти.
Юля сразу напряглась. Софья Михайловна никогда не приходила просто так. Каждый её визит обязательно заканчивался какой-нибудь неожиданной инициативой, о которой хозяева квартиры узнавали уже по факту.
— По какому поводу? — коротко спросила Юля.
— Да просто соскучилась, наверное, — беспечно ответил Максим, хрустя печеньем.
— Не переживай. Посидим, чай попьём, и она уйдёт.
Но до чая дело так и не дошло.
Ровно через сорок минут в дверь позвонили.
Софья Михайловна вошла в квартиру так уверенно, словно являлась здесь полноправной хозяйкой. Она небрежно сняла туфли и бросила их прямо на коврик, полностью проигнорировав обувную полку. Шёлковый платок на её шее сбился набок, но она даже не попыталась его поправить.
— Мам, проходи на кухню, — засуетился Максим, принимая у неё лёгкий плащ.
Свекровь мягко, но решительно отстранила сына и направилась прямо к столу. Подвинув к себе стул, она села с видом человека, которому предстоит решить важный семейный вопрос.
Юля уже сидела напротив, сцепив пальцы.
— Ну что, молодые, — Софья Михайловна внимательно посмотрела на невестку.
— Мы с Максимом всё уже обсудили. Семья — это когда нет разделения на «моё» и «твоё». Особенно сейчас, пока Максим временно ищет достойную работу.
Юля перевела взгляд на мужа. Тот старательно рассматривал рисунок на обоях, будто происходящее его совершенно не касалось.
— И что именно вы решили, Софья Михайловна? — спокойно спросила она.
— Всё очень просто, дорогая, — свекровь сложила руки на столе.
— Максим рассказал, что сегодня тебе начислили хорошую премию. А крупные деньги требуют правильного обращения. Поэтому эти средства должны стать частью общего семейного бюджета.
Юля невольно приоткрыла рот. Оказалось, что Максим успел сообщить матери о поступлении премии буквально сразу после уведомления из банка.
— Какого ещё общего бюджета? — тихо спросила она.
— Самого обычного, — бодро ответила Софья Михайловна.
— Максим тоже должен иметь к нему доступ. Ему ведь необходимо ремонтировать машину. Мужчина не должен чувствовать себя ущемлённым из-за временных сложностей. Да и вообще, хранить крупные суммы на зарплатной карте опасно. Сейчас кругом мошенники.
— Юль, ну это ведь логично, — наконец вмешался Максим, делая шаг вперёд.
— Мы давно собирались делать ремонт в ванной. И маме на даче крышу перекрыть надо. Я обещал помочь с материалами. Мы же семья, должны поддерживать друг друга.
Правда, семейная взаимовыручка у них всегда выглядела одинаково: Юля зарабатывала деньги, а Максим вместе с матерью решали, куда их потратить.
— Значит, крыша действительно течёт? — спокойно спросила Юля, глядя прямо на мужа.
— Конечно течёт, — ответила за него Софья Михайловна.
— Сейчас стройматериалы стоят недёшево. Кто ещё поможет матери, если не родной сын? У тебя хорошая зарплата, теперь ещё и премия пришла. Жаловаться тебе точно не на что. Мужа нужно поддерживать.
— Я вовсе не жалуюсь, — спокойно произнесла Юля, откинувшись на спинку стула.
— Просто хочу разобраться в вашей логике. Максим не работает с марта. Все платежи за квартиру оплачиваю я. Продукты покупаю тоже я. А теперь предлагается мою премию пустить на ремонт автомобиля, на котором он ездит исключительно за пивом в магазин, и ещё оплатить ремонт крыши на маминой даче?
Максим мгновенно вспыхнул.
— Я не бездельничаю! Я ищу достойную работу. Ты предлагаешь мне идти вкалывать на склад за копейки, будто я какой-то неудачник? У меня, между прочим, высшее образование!
— Я предлагаю начать хотя бы оплачивать интернет своими деньгами, — спокойно перебила его Юля.
— Потому что тестовые задания ты отправляешь регулярно, а за связь почему-то плачу я.
— Ну подумаешь, забыл человек! С кем такого не случается? — замахала руками Софья Михайловна.
— Из-за такой ерунды устроила трагедию. Сейчас главное — грамотно распорядиться крупной суммой. Переводи премию на общий счёт прямо сегодня. Ты же не собираешься тратить такие деньги только на собственные женские прихоти.
Юля молча смотрела на эту идеально сыгранную семейную команду и всё больше поражалась их уверенности в собственной правоте. Ещё несколько месяцев назад Максим рассказывал, что увольнение — это прекрасный шанс начать собственное дело. Затем «бизнес» незаметно превратился в бесконечное изучение рынка с дивана. А теперь его, оказывается, нужно спасать от чувства ущемлённости за счёт её заработка.
— Максим, — произнесла Юля, полностью игнорируя свекровь.
— Ты действительно считаешь, что я должна перечислить премию на этот общий счёт?
— Конечно, — пробормотал он, ковыряя ногтем край столешницы.
— Мы же муж и жена. Всё должно быть общим.
— Общим…
Юля медленно повторила его слова.
— Тогда, может, расскажешь мне кое-что об этом самом общем счёте?
Максим мгновенно перестал царапать стол. Софья Михайловна тоже неожиданно притихла.
— А что о нём рассказывать? — первой нарушила молчание свекровь, хотя голос её уже звучал не так уверенно.
— Самый обычный счёт. Очень удобный.
— Очень, — согласилась Юля.
Она достала телефон, разблокировала экран и положила его перед собой.
— Особенно если с него можно спокойно переводить деньги без моего подтверждения.
На кухне повисла тяжёлая тишина. Из соседней квартиры доносился приглушённый звук работающего перфоратора. Максим незаметно сделал шаг в сторону коридора.
— Какие ещё переводы? — попыталась изобразить удивление Софья Михайловна.
— Самые обычные.
Юля не сводила с неё взгляда.
— Вчера мне вернули старый долг. Небольшую сумму. Я перевела её на общий счёт, чтобы позже оплатить коммунальные услуги. А вечером эти деньги благополучно отправились на карту Софьи Михайловны. Назначение платежа было очень трогательное — «на крышу».
Максим раскрыл рот, но так ничего и не сказал.
— Это…
Свекровь торопливо искала оправдание.
— Он мне просто долг возвращал! Да! Вы же зимой у меня деньги брали на микроволновку!
— Зимой мы действительно занимали деньги, — спокойно ответила Юля.
— Но вернули всю сумму уже через неделю. До последней гривны.
— А вчера исчезли мои деньги, которые я собиралась потратить на продукты. Без предупреждения. Без моего согласия.
— Я хотел тебе сказать! — поспешил оправдаться Максим.
— Просто ты была на работе. А маме срочно понадобилось купить материалы. Там хорошие скидки были, нельзя было упустить.
— Значит, скидки?
Юля усмехнулась.
— А сегодня вы решили, что стоит ещё и всю премию туда отправить? Чтобы мама спокойно наняла рабочих?
— Юль, ну мы же семья! — почти простонал Максим.
— Я подумал, что тебе всё равно начислят премию. Нам хуже не станет. А маме помощь действительно нужна. Она уже немолодая.
Юля внимательно смотрела на тридцатидвухлетнего мужчину перед собой.
Последние четыре месяца она возвращалась домой совершенно без сил, готовила ужин, слушала рассказы о том, какие некомпетентные кадровики не способны оценить его талант. А всё это время Максим просто рассчитывал дождаться момента, когда у неё появятся лишние деньги, чтобы направить их на строительство маминой дачи.
— Не обеднеем, говоришь?
Юля спокойно кивнула.
— Вы действительно не обеднеете.
Она поднялась со стула.
— Собирай вещи, Максим.
— В каком смысле? — растерянно переспросил он.
— В самом прямом.
Юля обошла стол.
— Раз временные трудности лучше переживать вместе с мамой, отправляйся к ней. Заодно поможешь с новой крышей. Сам и рубероид уложишь.
Софья Михайловна вскочила так резко, что стул громко заскрипел по полу.
— Ты совсем совесть потеряла?! — закричала она.
— Мужа из дома выставляешь? Это же совместное имущество! Он имеет полное право здесь жить!
— Совместное имущество — это неоплаченные коммунальные счета за два месяца, — спокойно ответила Юля.
— А квартира принадлежала мне ещё до свадьбы. И премию я заработала сама — своим трудом и бессонными ночами. Считайте уже переведённые деньги его выходным пособием.
— Юль… Ну зачем ты так?
Максим попытался натянуть виноватую улыбку, но выглядело это жалко.
— Погорячилась. Бывает. Я ведь обязательно устроюсь. Честное слово. Уже на следующей неделе пойду на собеседование.
— Нет, не пойдёшь.
Юля говорила всё так же спокойно.
— Тебя полностью устраивала жизнь за мой счёт. Бесплатная еда, оплаченный интернет, удобный диван. А теперь ещё и маму решил содержать за мои деньги. Всё. Достаточно.
— Да ты просто жадная! — побагровела Софья Михайловна.
— С таким характером ты никому не нужна! Мой сын быстро найдёт себе нормальную женщину. Такую, которая будет уважать мужа и смотреть ему в рот!
— Тем лучше.
Юля спокойно показала рукой на дверь.
— Пусть ищет. Только игровую приставку не забудет прихватить.
Она прошла в спальню, сняла с верхней полки старую дорожную сумку и бросила её на кровать. Максим нехотя поплёлся следом.
— Юль, не принимай решение сгоряча. Я всё верну. Мам, ну скажи ей! Верни деньги обратно!
— Ещё чего! — возмущённо донеслось из кухни.
— Материалы уже оплачены! Ничего возвращать не собираюсь! Пусть эта принцесса сама решает свои проблемы, раз такая независимая!
Максим обречённо начал складывать футболки в сумку. Он всё ещё надеялся, что Юля передумает, скажет, что это всего лишь вспышка эмоций, и всё снова станет как прежде: он — непризнанный талант, она — надёжная опора и источник денег.
Но Юля молча стояла у двери спальни, прислонившись плечом к косяку, и наблюдала за его сборами.
Заодно она открыла банковское приложение и несколькими нажатиями отключила доступ ко всем дополнительным картам, привязанным к её счёту.
Спустя сорок минут за Максимом закрылась входная дверь.
Юля дважды повернула ключ в замке.
В квартире неожиданно стало тихо и свободно.
Через несколько часов на телефон пришло сообщение от Максима. Юля даже не стала его открывать и сразу убрала уведомление.
Извинений там не оказалось.
Бывший «командный игрок» возмущался тем, что она заблокировала карту, и требовал перевести ему хотя бы несколько тысяч гривен, чтобы оплатить такси до маминой дачи.
Юля лишь усмехнулась, отложила телефон в сторону и поставила чайник.
Неожиданно выяснилось, что жить без «общего семейного фонда» намного спокойнее, дешевле и гораздо приятнее.
