Меня зовут Вадим, мне пятьдесят один год, и, если говорить откровенно, с интернет-знакомствами у меня до сих пор отношения сложные.
Казалось бы, взрослый человек. За рулём чувствую себя уверенно, через ипотеку прошёл, развод пережил. Отличу качественную запчасть от дешёвой подделки с первого взгляда. А вот когда женщина указывает в анкете сорок лет, а на фотографии непонятно — то ли действительно моложе выглядит, то ли фильтры творят чудеса, — тут я начинаю теряться.
После развода я долго вообще не думал о новых отношениях. Сначала хотелось просто пожить спокойно после семейных бурь. Потом вошёл во вкус одиночества. А потом неожиданно заметил, что привык слишком сильно: ужинаю один, телевизор работает для одного зрителя, а разговаривать приходится самому с собой.
В какой-то момент понял: пора возвращаться к нормальной жизни. В клубы и бары меня уже не тянуло — возраст не тот, чтобы изображать покорителя танцполов. Да и суставы теперь ценишь гораздо больше, чем в молодости. Поэтому зарегистрировался на сайте знакомств.
В анкете сразу написал честно:
«Мне 51 год. Хотелось бы познакомиться с женщиной примерно сорока лет. Это мои предпочтения, поэтому заранее прошу без обид».
Понимаю, звучит не слишком романтично. Но я решил, что лучше сказать всё сразу, чем потом изображать неловкость. Дело не в том, что женщины моего возраста чем-то хуже. Просто многие из них уже настолько устали от жизни, что на первом же свидании невольно начинают искать одновременно мужа, мастера на все руки, личного психолога и спонсора ремонта.
И вот однажды мне написала Лена. В профиле было указано — сорок лет. На фотографиях приятная женщина: тёмные волосы, спокойная улыбка, живые глаза. Не фотомодель, и это меня только обрадовало. С моделями у меня вообще сложные отношения — кажется, что они заранее готовы предъявить претензии, даже если ты ещё ничего не успел сделать.
Мы переписывались несколько дней. Лена отвечала легко и непринуждённо. Не исчезала на сутки после каждого сообщения и не устраивала допрос с первых минут: есть ли квартира, какая машина, сколько плачу алиментов. Мне это понравилось. Я подумал, что наконец встретил нормального человека.
Предложил встретиться в кафе. Не в пафосном ресторане с официантами, которые смотрят на посетителей так, будто те задолжали им деньги, а в обычном уютном месте в центре города. Там и кофе отличный, и еда вполне человеческая.
Как всегда, я приехал заранее. Терпеть не могу опаздывать — сразу чувствую себя школьником, забывшим дневник дома. Сел у окна, заказал бутылку воды, поправил рубашку. Между прочим, рубашку гладил самостоятельно. До сих пор считаю это своим достижением. Правда, один рукав получился настолько своеобразным, что напоминал контур какой-нибудь области на карте, но под пиджаком этого всё равно никто не видел.
Через несколько минут пришло сообщение:
«Я уже возле кафе».
Я поднял взгляд на вход.
В помещение вошла женщина.
Сначала я решил, что она просто похожа на Лену с фотографий. Потом незнакомка улыбнулась и уверенно направилась к моему столику.
На фотографиях была женщина, которой на вид можно было дать около сорока лет. Передо мной же стояла дама явно старше. Не старушка, конечно, не стоит сгущать краски. Но и до сорока ей было далеко. Дело было даже не в морщинах или руках — просто возраст невозможно полностью скрыть. Есть усталость, которую не уберёт ни один фильтр.
Она подошла к столику и улыбнулась:
— Вадим?
— Да, — ответил я. — Лена?
— Конечно, а кто же ещё?
Она спокойно устроилась напротив, сняла пальто и вела себя так, будто всё происходящее абсолютно естественно.
Я старался сохранить вежливое выражение лица. Никогда не любил ставить людей в неловкое положение. Сам прекрасно понимаю, что далеко не красавец: живот уже не тот, волосы заметно поредели, очки всё чаще оказываются нужнее, чем хотелось бы. Но при этом я не писал в анкете, что мне тридцать девять и я инструктор по фитнесу.
— Ты немного отличаешься от фотографий, — осторожно заметил я.
Она только отмахнулась:
— Да это старые снимки. Ну и что? Все так делают.
И вот это «все так делают» почему-то сразу насторожило меня. Обычно именно этой фразой люди оправдывают всё что угодно.
Подошёл официант. Я собирался ограничиться кофе, а Лена уверенно открыла меню и начала изучать его так, словно пришла не на знакомство, а отмечать важное событие.
— Пожалуй, возьму салат с морепродуктами, потом стейк… А какое красное вино вы можете посоветовать?
Официант оживился.
Я, честно говоря, тоже оживился, но совершенно по другой причине.
— Ты собираешься пить вино? — уточнил я.
— А почему нет? У нас же свидание.
— Я за рулём.
— Ну так ты не пей. Я за нас двоих выпью.
Сказала это легко и непринуждённо. Почти с улыбкой. Будто я сообщил, что не люблю клубнику, а она решила помочь мне справиться с этой проблемой.
Я заказал кофе и обычный суп. Да-да, суп на свидании.
Лена удивлённо посмотрела на меня:
— Ты даже нормально ужинать не будешь?
— Аппетита нет.
На самом деле я был голоден. Просто осторожность в тот момент перевешивала желание поесть.
Пока ожидали заказ, в основном говорила она. Рассказывала про бывшего мужа, которого называла жадным человеком, жаловалась на мужчин с сайтов знакомств, возмущалась тем, что все хотят молодых красавиц.
Я время от времени кивал:
— Понимаю.
Хотя, если честно, понимал далеко не всё.
И вдруг она сказала:
— Кстати, мне не сорок.
Я даже немного обрадовался. Подумал, что сейчас она честно признается, извинится, и мы спокойно продолжим разговор.
— А сколько?
— Сорок семь.
Сказала она это так, словно ошиблась не на семь лет, а случайно перепутала цвет чашки.
Я молчал.
— Что ты так смотришь? — удивилась она. — Тебе ведь пятьдесят один. Ты уже не юноша.
— Это правда, — согласился я. — Но я сразу написал, кого ищу. А ты указала совсем другой возраст.
— Если бы я честно написала сорок семь, ты бы даже не ответил.
— Возможно.
— Ну вот. Значит, я всё сделала правильно.
Я даже усмехнулся. Не из злости — просто логика показалась мне странной. Из серии: «знак запрещает поворот, но если очень хочется, то можно».
— Лена, но это ведь всё равно обман.
Она спокойно пожала плечами:
— Это не обман. Это женская хитрость.
Мне хотелось объяснить, что хитрость и ложь — не одно и то же. Но в этот момент ей уже принесли стейк, и официант поставил тарелку с таким торжественным видом, будто у нас семейный юбилей.
Лена ела с удовольствием. Вино ей тоже явно понравилось. Я пил свой кофе и чувствовал себя каким-то слишком серьёзным человеком на чужом празднике.
Минут через двадцать она окончательно расслабилась.
— Ты хороший мужчина, Вадим, — сказала она. — Спокойный, надёжный. Это сразу видно.
— Мы знакомы всего полчаса.
— Женщина такие вещи чувствует.
У меня едва не сорвалось с языка: «А мужчина, видимо, оплачивает?» Но воспитание всё-таки победило.
Когда принесли счёт, Лена даже не взглянула в его сторону. Она спокойно откинулась на спинку стула и начала подкрашивать губы.
Я открыл папку и увидел сумму. На её фоне мой суп выглядел бедным родственником на богатом семейном празднике.
— Лена, предлагаю каждому оплатить свой заказ, — спокойно сказал я.
Она замерла и медленно закрыла помаду.
— Что значит — свой?
— То и значит. Я оплачиваю своё, ты — своё.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
— Мужчина приглашает женщину, а потом предлагает ей платить самой?
— Мужчина приглашал одну женщину. А на встречу пришла другая. К тому же она заказала всё, что захотела, даже не поинтересовавшись моим мнением.
Она вспыхнула, но не от смущения, а от раздражения.
— То есть всё из-за возраста?
— Не только. Из-за того, что знакомство началось с неправды.
— Да все вы одинаковые! Вам подавай молодых, а женщинам приходится выкручиваться.
— Женщина никому ничего не обязана, — ответил я. — Но и я не обязан оплачивать последствия чужой «хитрости».
Она резко схватила сумочку.
— Мелочный ты человек, Вадим.
Тут мне даже стало смешно. За всю жизнь меня называли по-разному, но жадным за отказ оплачивать стейк женщины, скрывшей свой настоящий возраст, ещё никто не называл.
Я позвал официанта:
— Будьте добры, разделите счёт.
Официант сделал лицо человека, который видел уже всё на свете и давно перестал чему-либо удивляться.
Лена молча расплатилась картой. Затем поднялась и бросила напоследок:
— Так и останешься один.
Эти слова задели меня сильнее, чем я ожидал.
Потому что она попала в больное место. Я действительно был один.
Она быстро ушла, даже не застегнув пальто.
Я остался сидеть у окна. Допил остывший кофе. Потом доел холодный суп — не пропадать же добру. Такой уж из меня романтик.
На улице уже сгущались сумерки. Кто-то шёл за руку, кто-то смеялся, кто-то ссорился по телефону. Я смотрел на прохожих и думал: может, действительно стал слишком принципиальным? Может, стоило махнуть рукой? Ну соврала женщина, ну заказала дорогой ужин. Бывает.
Но потом я снова вспомнил её фразу:
«Значит, я правильно сделала».
И понял: дело было вовсе не в возрасте.
Мне пятьдесят один год. Я давно не гонюсь за идеалом. Сам прекрасно знаю свои недостатки: спина иногда напоминает о возрасте, молодёжь периодически раздражает, а наличие трёх камер в телефоне до сих пор остаётся для меня загадкой.
Но я хочу, чтобы отношения начинались честно.
Пусть женщине сорок семь. Пусть пятьдесят пять. Пусть за плечами бывший муж, дети, морщинки и вредный кот, который ненавидит мужчин. Всё это не страшно. Это жизнь.
Страшно другое.
Когда знакомство начинается с лжи, между двумя людьми сразу появляется третий участник — эта самая ложь. И потом уже невозможно понять, где заканчивается маленькая неправда и начинается всё остальное.
