— Что значит, ты не собираешься впускать меня в свою квартиру? — удивлённо воскликнула Маргарита, обращаясь к Раисе. — Мне ведь уже совсем скоро в роддом!Раиса стояла в дверном проёме собственной квартиры, не позволяя пройти Маргарите — сестре Степана, своего почти бывшего мужа. На лестничной площадке рядом с беременной женщиной громоздились две большие дорожные сумки и несколько коробок с вещами. Округлившийся живот ясно показывал, что до рождения ребёнка осталось совсем немного.
— Что значит, ты не собираешься впускать меня в свою квартиру? — снова возмущённо повторила Маргарита. — Мне скоро рожать!
— В свою квартиру? — Раиса недоверчиво приподняла брови, особенно выделив слово «свою». — Рита, ты вообще понимаешь, что говоришь? Эта квартира принадлежит мне. Когда моя тётя Вера вышла замуж за француза и переехала жить в Лион, она оформила дарственную именно на меня. Все документы оформлены на моё имя!
Маргарита недоумённо покачала головой, словно услышала что-то невероятное.
— Рая, но Стёпа ведь твой муж. Значит, жильё общее. А я его родная сестра и сейчас осталась без крыши над головой!
— Был мужем, — резко поправила её Раиса. — Заявление на развод подано уже три недели назад. И квартира никогда не была совместной собственностью. Мне её подарили ещё до свадьбы. Это исключительно моя недвижимость. Степан не имеет к ней никакого отношения.
Маргарита попыталась сделать шаг вперёд.
— Ну перестань, Рая! Мы же всегда хорошо ладили. Неужели ты выставишь беременную женщину за дверь?
— Стой на месте! — Раиса вытянула руку, перекрывая проход. — Рита, я искренне тебе сочувствую, но решать твои проблемы не обязана. У тебя есть родители, есть брат. Есть, наконец, отец ребёнка — твой Вадим, с которым ты встречалась больше года. Почему я должна брать тебя к себе?
Маргарита обиженно поджала губы.
— Вадим бросил меня, как только узнал о беременности. Родители живут в двухкомнатной квартире, там и без меня тесно. А Стёпа сказал, что ты обязательно пустишь. У тебя ведь три комнаты, и живёшь ты одна.
— Степан сказал? — голос Раисы мгновенно стал холодным. — Тот самый Степан, который последние два месяца буквально изводил меня требованиями переписать квартиру на него? Который называл меня жадной только потому, что я отказалась делиться своим имуществом? Тот самый человек, который ушёл со скандалом и теперь рассказывает всем знакомым, какая я якобы меркантильная?
— Ну… он просто немного погорячился…
— Немного? — Раиса нервно усмехнулась. — Твой брат довёл меня до того, что я начала пить успокоительные. Каждый день устраивал сцены. То требовал долю в квартире, то настаивал на продаже жилья, то хотел поселить сюда родителей. А когда понял, что ничего не добьётся, начал шантажировать разводом. Что ж, теперь развод он действительно получит.
Маргарита переминалась с ноги на ногу и поглаживала живот.
— Рая, но мы же были почти подругами. Вспомни, как ездили вместе на дачу. Как я поддерживала тебя после увольнения.
— Поддерживала? — Раиса прищурилась. — Рита, за всё время ты ни разу не помогла мне по-настоящему. Это я постоянно выручала тебя. Давала деньги в долг, которые ты до сих пор не вернула. Слушала бесконечные рассказы о твоих романах. Даже твоего кота у себя держала две недели, пока ты отдыхала в Турции.
— Ну вот видишь! Мы же всегда помогали друг другу. Так впусти меня. Мне действительно некуда идти.
В этот момент на площадке появилась Нина Павловна — мать Степана и Маргариты. Женщина лет шестидесяти в строгом костюме тяжело поднималась по лестнице.
— А, Раиса, — произнесла она таким тоном, словно разговаривала с обслуживающим персоналом. — Хорошо, что ты дома. Помоги Рите занести вещи.
— Добрый день, Нина Павловна, — сухо ответила Раиса. — Я ничего заносить не собираюсь. И жить здесь Рита не будет.
Свекровь остановилась как вкопанная.
— Как это не будет? Мы же всё обсудили и решили!
— Кто именно решил? — почувствовала Раиса, как внутри поднимается раздражение. — Вы между собой? Меня почему-то никто не спрашивал.
— Раиса, не нужно быть такой эгоисткой, — нравоучительно произнесла Нина Павловна. — У тебя просторная квартира, а твоя золовка ждёт ребёнка. Ей необходима поддержка. Это элементарная человечность.
— Человечность? — голос Раисы дрогнул. — А где была ваша человечность, когда Степан ежедневно меня унижал? Когда обвинял в жадности из-за того, что я не хотела продавать свою квартиру? Где вы были, когда он выбрасывал мои вещи из окна?
— Не стоит ворошить прошлое, — холодно ответила свекровь. — Степан просто слишком эмоциональный человек. К тому же он имел право рассчитывать на часть имущества как твой супруг.
— Не имел! — резко возразила Раиса. — Квартира подарена мне. По закону это личная собственность!
Нина Павловна недовольно поморщилась.
— Не нужно кричать. Это выглядит некрасиво. И вообще, ты обязана помочь Рите. Всё-таки она носит твоего будущего племянника.
— Это не мой племянник! — почти сорвалась на крик Раиса. — Мы со Степаном разводимся! Понимаете? Раз-во-дим-ся! Рита мне никто. И вы тоже мне никто. Я ничего вам не должна!
Маргарита всхлипнула и прижала ладони к животу.
— Рая, пожалуйста… Мне действительно больше некуда идти. Родители не могут меня принять. У них ремонт, да и места нет…
— Ремонт? — Раиса перевела взгляд на свекровь. — У вас же большая квартира. Какой ещё ремонт?
Нина Павловна отвела глаза.
— Мы решили расширить кухню. Рабочие уже начали. Там сейчас невозможно жить — пыль, грязь, шум…
— Так вы специально затеяли ремонт, чтобы отправить Риту ко мне? — догадалась Раиса. — Вот это расчётливость!
— Ничего подобного! — возмутилась Нина Павловна. — Просто так совпало. И вообще, Степан уверен, что имеет право на половину квартиры. Значит, Рита могла бы жить на его части.
— Степан вас обманул! — Раиса сердито топнула ногой. — У него нет никаких прав на это жильё! Это подарок моей тёти лично мне! Сколько можно объяснять одно и то же?
— Это ещё суд решит, — многозначительно заметила свекровь.
— Суд? — Раиса рассмеялась. — Да пожалуйста! Я уже показывала все документы юристу. У Степана нет ни единого шанса.
Маргарита снова попыталась проскользнуть в квартиру.
— Рая, давай хотя бы зайду. Посидим, попьём чай, спокойно всё обсудим…
— Нет! — Раиса полностью перекрыла проход. — Никаких разговоров за чаем. Уходите отсюда обе!
— Как ты смеешь так разговаривать? — возмутилась Нина Павловна. — Мы же семья!
— Вы мне больше не семья! — крикнула Раиса. — Вы родственники моего почти бывшего мужа. И на этом всё!
В этот момент приоткрылась дверь соседней квартиры. Из неё выглянула любопытная соседка тётя Люся.
— Что тут случилось? — спросила она.
— Да вот, пытаюсь избавиться от незваных гостей! — раздражённо ответила Раиса, отодвигая одну из сумок.
— А, это родственники твоего бывшего? — понимающе кивнула соседка. — Слышала я их скандалы. Правильно делаешь, нечего их жалеть.
— Вы ещё пожалеете об этом! — зло прошипела Нина Павловна. — Степан такого не забудет!
В этот момент в кармане Раисы завибрировал телефон. На экране высветилось имя бывшего мужа.
— Алло.
— Ты что себе позволяешь?! — сразу закричал Степан. — Как ты могла выставить за дверь мою сестру?
— Не получилось провернуть ваш план? — спокойно усмехнулась Раиса. — Сначала ты требовал долю в квартире, теперь решил подселить сюда сестру?
— Она беременна! У неё нет жилья!
— Это ваши проблемы. Если ты такой заботливый брат, почему не заберёшь её к себе?
— Я снимаю однокомнатную квартиру!
— Тогда снимай двухкомнатную. Или посели её у родителей.
— У них ремонт!
— Очень своевременный ремонт. Степан, вы всё это специально придумали. Решили через Риту закрепиться в моей квартире? Чтобы потом её невозможно было выселить?
В трубке повисла тишина.
— Так я и думала, — удовлетворённо сказала Раиса.
— Ты ещё ответишь за это! Я подам на тебя в суд!
— Попробуй.
Она завершила вызов и сразу внесла номер Степана в чёрный список. Затем заблокировала Маргариту и Нину Павловну. Хватит. Она слишком долго терпела выходки этой семьи.
Прошло два месяца. Развод оформили без лишних проблем. Сам Степан на заседание даже не пришёл, отправив представителя. Его попытка претендовать на квартиру закончилась ещё до начала разбирательства — суд отказал в принятии иска, указав на отсутствие каких-либо законных оснований.
Однажды Раиса встретилась в кафе со своей подругой Светланой и рассказывала последние новости.
— Представляешь, Маргариту выписали из роддома на прошлой неделе. Родился мальчик. И выяснилась одна очень интересная вещь.
— Какая? — заинтересовалась Светлана.
— Оказывается, Вадим её вовсе не бросал. Это она сама заявила ему, что ребёнок не от него.
— Не может быть!
— Ещё как может. Она закрутила роман с женатым мужчиной и была уверена, что тот уйдёт из семьи. Но когда он узнал о беременности, сразу исчез. Тогда Маргарита сказала Вадиму, что ребёнок от другого.
— И как правда всплыла?
— Вадим случайно встретил Степана. Разговорились, начали выяснять детали, и вся ложь раскрылась.
— И что теперь?
— А теперь Вадим отказался жениться на ней. Родители возмущены, потому что дочь долго их обманывала. Степану тоже досталось. Из-за его идеи с квартирой они затеяли дорогостоящий ремонт, потратили массу денег, а результат нулевой. Теперь Маргарита живёт с младенцем у родителей в полуразрушенной квартире, а Нина Павловна круглосуточно помогает с ребёнком и ходит мрачнее тучи.
— А Степан?
— Живёт всё там же, в съёмной однокомнатной квартире. Кстати, на работе у него тоже начались проблемы. Он всем рассказывал, будто я незаконно удерживаю квартиру. А потом коллеги узнали, что жильё принадлежит мне по дарственной и никаких прав у него никогда не было. Руководству такие истории не понравились. Премию сократили, о повышении пришлось забыть.
— Вот это поворот! Всё-таки справедливость существует.
— И это ещё не всё. Недавно Нина Павловна позвонила мне с незнакомого номера. Представляешь, просила помочь Маргарите — купить подгузники и детскую смесь. Мол, у неё маленький ребёнок.
— Невероятная наглость!
— Я сказала ей только одно: «Нина Павловна, оставьте меня в покое». После чего сразу положила трубку. Всё, хватит. Я слишком долго помогала людям, которые этого не ценили.
Светлана рассмеялась и подняла чашку.
— И правильно. Таких людей жалеть нельзя.
— Вот именно, — улыбнулась Раиса, поднимая свой кофе. — За новую жизнь без чужих проблем и токсичных родственников.
— За свободу!
Обе женщины улыбнулись и чокнулись чашками.
