Маринка еще долго сидела в маленькой комнате столовой, куда ее привел пожилой сторож. Он слушал молча, не перебивая, только тяжело вздыхал и время от времени качал головой. Когда девушка закончила рассказ, мужчина тихо произнес:
— Ой, дитя, беги ты от них. Там нет ни тепла, ни сострадания, только деньги перед глазами. С такими людьми счастья не построишь. Возвращайся к матери — она укроет и защитит. Хлеб свят, а они над каждой крошкой дрожат. За твои слезы добра им не будет. Бог все видит.
Он позволил Маринке немного посидеть в тепле, пока ей не стало легче, а потом дал немного денег, понимая, что у нее совсем ничего не осталось. Девушка сразу отправилась на почту и написала старшей сестре короткое сообщение: «Срочно вышлите деньги на дорогу домой. Только маме ничего не говорите».
Когда Маринка вернулась в дом свекрови за вещами, Галина Петровна уже ждала ее на пороге. На лице играла колкая усмешка.
— Что, опять где-то шаталась? — громко сказала она так, чтобы услышал Сергей. — Смотри, сынок, какую жену себе выбрал. Целыми днями неизвестно где ходит.
Маринка даже не взглянула в ее сторону. Она спокойно вошла в комнату, собрала чемодан, взяла коробку с детскими вещами и вышла во двор.
Возле виноградника работал Василий Иванович. Он подвязывал лозу и, заметив невестку с вещами, замер. В его взгляде было столько усталости, сожаления и стыда, что Маринке вдруг стало больно за этого человека.
— Прощайте, папа, — тихо сказала она.
Старик опустил голову и почти шепотом ответил:
— Прости нас, доченька… если обидели.
Он отвернулся, пряча глаза.
В этот момент на крыльцо вышла Галина Петровна.
— И чего ты перед ней извиняешься? Пусть идет туда, откуда приехала! И назад пусть не возвращается!
Маринка остановилась у калитки, медленно повернулась и спокойно посмотрела свекрови прямо в глаза.
— Дай вам Бог здоровья, мама, — произнесла она тихо и вышла за ворота.
Сергей так и не появился. Не вышел проводить жену, не сказал ни слова, не остановил.
Через несколько недель Маринка уже была дома — среди родных, заботы и тепла. Мать окружила ее вниманием, сестры помогали по хозяйству, отец старался лишний раз не тревожить дочь. Постепенно девушка пришла в себя, набрала сил и начала готовиться к рождению сына.
А в доме свекрови жизнь пошла своим чередом. Только покоя там больше не было.
Сергей так и не поступил в техникум. Галина Петровна неожиданно заявила, что больше содержать взрослого сына не собирается.
— Иди работать, — говорила она. — Хватит бездельничать. Мы без дипломов прожили — и ты проживешь. Главное, чтобы деньги в дом приносил.
Но вскоре в семье случилось несчастье. Галина Петровна, привыкшая все делать сама и никому не доверять хозяйство, тяжело пострадала во время работы возле загона. Неудачное падение привело к серьезной травме.
Лечение оказалось долгим и очень дорогим. Все накопления, которые она годами берегла и прятала от семьи, ушли на больницы, лекарства и врачей. Но здоровье уже не возвращалось. Женщина угасала, становясь все более раздражительной и ожесточенной.
Даже перед самым концом она не переставала обвинять Маринку, уверяя, что именно невестка принесла в их дом беду. Она так и не смогла признать, что источником несчастья стала ее собственная жестокость.
После ее ухода Василий Иванович остался один вместе с сыном в большом, но пустом доме. Дом стоял прежний, огород давал урожай, виноград тянулся по шпалерам, но тепла в нем больше не осталось. И никто уже не пек ароматные рыбные пироги, от которых когда-то впервые улыбнулся хозяин дома.
Не зря люди говорят: нельзя строить свое благополучие на чужих слезах. Рано или поздно они возвращаются к тому, кто когда-то стал их причиной.
