— Держи, это тебе на первое время, а дальше как-нибудь сама справишься, — Роман небрежно бросил на тумбочку несколько купюр и начал торопливо складывать вещи в большую сумку.
Куртку он надел, несмотря на тёплую погоду — просто она уже не помещалась внутрь. Не оглядываясь, пробормотал прощание и направился к выходу.
— Ну, давай… пока…
— Рома, это же, наверное, будет мальчик… твой сын… ты понимаешь? Ты ведь к вечеру вернёшься, правда? Рома, а как же знакомство с мамой… мы же планировали… — едва слышно шептала ему вслед Катя, но он уже стремительно спускался по лестнице.
Он спешил, будто боялся остановиться и передумать. Сам себя подгонял: зачем вообще связался с такой? Даже не спросил толком, сколько ей лет. Вроде школу закончила — решил, что взрослая, современная. А оказалась доверчивой и наивной. Поверила, что он познакомит её с матерью, что у них всё серьёзно, что свадьба не за горами. И откуда только берутся такие?
Дома его встретили холодно. Мать даже не попыталась скрыть раздражение — пнула ногой его сумку.
— Всё скачешь? Доскачешься — и не заметишь, как старость придёт. Если еды не принесёшь — кормить не буду!
— Отстань, мам. Ты сама меня одна растила, почему замуж не вышла? Не знаешь? Вот и я не понимаю, зачем мне жениться. Не нагулялся ещё. Скучно мне всё это.
Его раздражало всё подряд. Ему казалось, что все женщины одинаковые: сначала улыбаются, стараются понравиться, наряжаются. Потом начинают варить борщи, приучать к «домашнему» — тапочки, личное полотенце, зубная щётка. А потом вдруг — «я беременна», и ждут, что он будет счастлив. Слёзы, разговоры про сына, про семью…
Мать ничего не ответила. Роман заглянул в её комнату.
— Мам, ты вообще меня слушаешь?
— А чего тебя слушать? Кого я вырастила… За что мне это… Уйди, глаза бы мои тебя не видели!
— Ну и уйду, — раздражённо бросил он, схватил сумку, хлопнул дверью и вышел во двор.
Ему казалось, что его никто не понимает — даже родная мать. Но он быстро отмахнулся от этих мыслей: друзей у него хватает, не пропадёт.
Он позвонил знакомым. Один из них, Мишка, как раз искал администратора на автомойку. Там можно было и работать, и ночевать — круглосуточная смена, диван, крыша над головой. Удобно. Роман не собирался так просто расставаться со своей свободой.
Весну, лето и начало осени он провёл на мойке. Но позже между ним и Мишкой начались конфликты. Тот заподозрил, что Роман не все машины фиксирует, а часть денег оставляет себе.
Роман обиделся — да, бывало пару раз, но не так, как тот раздул. А Мишка начал придираться ко всему: сколько кофе выпил, сколько электричества потратил, сколько времени без дела сидел. Это стало невыносимо.
К тому же ночами становилось холодно. И Роман без сожаления ушёл — устроился сторожем в детский сад к Борисовичу. Работа спокойная, кормят, и есть где переночевать.
Борисович жил там же, в сторожке, и не возражал, чтобы Роман оставался даже в выходные. Иногда у Романа случались встречи с девушками, но всё реже. Мысли о Кате не отпускали его.
Он всё чаще вспоминал, как она его любила, как ждала с работы, когда он ещё трудился менеджером по продаже диванов и матрасов. И всё настойчивее его мучил вопрос: а вдруг она действительно родила? Вдруг у него есть сын?
Катя ведь такая — искренняя, верная. Может, растёт мальчик и ждёт отца. Он представлял: приходит, Катя бросается ему на шею, он берёт ребёнка на руки, а тот обнимает его и говорит: «Папа пришёл!»
Он видел каждый день, как в сад приходят отцы — разные, но уверенные. Они одевают детей, вытирают им носы, ведут за руку. А потом уходят домой — туда, где их ждут жёны и ужин.
Роман начал считать, сколько времени прошло. Он ушёл от Кати весной, потом была мойка до зимы… теперь снова почти лето. Значит…
Он запутался и попросил помощи у Борисовича. Тот, услышав, что у Романа может быть сын, даже обрадовался.
— Ты на меня не смотри, я уже старый, — сказал он. — А ты не тяни. Беги к своей Кате, проси прощения. Может, ещё всё наладится — заживёшь по-человечески. Когда я с женой жил — человеком был. А одному мужику без семьи и смысла нет. Нам не науки нужны — нам дом, жена и дети.
Он говорил так искренне, с таким теплом, что Роман проникся.
Спустя время он решился. После смены купил букет цветов, бутылку игристого и яркую погремушку. По расчётам Борисовича, ребёнку могло быть около восьми месяцев.
Но это уже было не важно. Главное — он вернётся, и однажды услышит заветное «папа». А Катя снова подарит ему тот самый уют, которого ему теперь так не хватало.
Он свернул к скверу возле её дома и вдруг увидел знакомую фигуру с коляской. Катя была не одна — рядом стоял мужчина и обнимал её.
Но Роман не остановился. Он решил бороться.
— Эй, ты что возле моего ребёнка крутишься? — резко бросил он.
Катя удивлённо посмотрела на него, узнала, но осталась спокойной.
— Ты ошибся, парень, — с усмешкой ответил её спутник.
— Это ты ошибся. Это моя девушка и мой сын. Хочешь — тест сделаем? — зло прищурился Роман.
Он не ожидал такого поворота. Какой-то чужой человек рядом с его…
— Роман, ты в своём уме? — холодно спросила Катя, и он вдруг заметил, как она изменилась. Стала уверенной, красивой, другой.
— Катя, иди домой, — спокойно сказал мужчина.
Роман уже предвкушал драку, но всё вышло иначе — удар получил он сам. Причём явно не в полную силу, что было ещё обиднее.
— Больше здесь не появляйся, понял? — спокойно сказал тот, поднимая его за воротник, и ушёл.
Роман задыхался от злости.
— И не тяжело тебе чужого ребёнка растить?! — крикнул он вслед.
Ответа не последовало.
Позже он сидел с Борисовичем, выпивая.
— Я всё равно докажу, что это мой сын! Пусть признает! Буду даже алименты платить! Зато потом скажу — у меня есть сын! — заплетающимся языком говорил он.
А в небольшой квартире в это время Катя и Никита сидели у кроватки своего ребёнка. О встрече с Романом она уже почти не думала — у неё была настоящая семья.
Когда-то ей было очень тяжело: родители далеко, помощи нет, она осталась одна. Она почти не ела, переживала. Потом решила твёрдо — будет рожать. Но однажды прямо на улице потеряла сознание от слабости.
Её увезли в больницу, и там выяснилось: беременности не было. Тест оказался ошибочным. Такое бывает редко, но случается.
Зато врач скорой помощи, Никита Ильич, взялся о ней заботиться. Он был внимателен, добр, искренен. Через полгода они поженились.
Теперь у Кати есть любимый муж и сын, и она благодарна судьбе за то, что тот человек, который оказался ошибкой, исчез из её жизни сам. Именно благодаря этому она встретила своё настоящее счастье.
