На поездку к морю мы с мужем начали откладывать ещё прошлым летом. Все накопления складывали в конверт, который хранился в платяном шкафу.
К тому времени, когда у нас с Германом должен был начаться отпуск, внутри предполагалось увидеть уже довольно приличную сумму. Только накопить её так и не получилось. Причина была простой: мой муж отличался чрезмерной добротой и совершенно не умел отказывать людям, когда они просили у него денег.
Родственники об этой особенности Германа прекрасно знали. И постепенно получилось так, что почти вся родня удобно устроилась у нас на шее.
Однажды вечером к нам зашла Клара, младшая сестра мужа. Жила она буквально через двор, работала, была замужем, однако деньги в их семье почему-то никогда не задерживались. Периодически Клара занимала у брата и, разумеется, возвращать взятое не торопилась.
На этот раз всё началось привычно. Она прошла на кухню, присела на самый край стула и пожаловалась:
— Зарплату опять задерживают…
— Сочувствую, — ответила я.
— А дома в холодильнике вообще ничего нет…
Я внимательно посмотрела на золовку.
— А Дима?
Клара безнадёжно махнула рукой.
— Так всё уже. Его зарплату мы проели.
Насколько я помнила из её же рассказов, Дима получил деньги всего неделю назад.
— Как вы успели? — удивилась я. — Он же совсем недавно зарплату получил… Слушай, а Дима случайно не играет?
— Да что ты выдумываешь? — нахмурилась Клара. — Просто у нас обоих деньги сквозь пальцы утекают. Одолжишь немного?
В итоге пришлось дать.
— Только, Клара… — нерешительно начала я. — У тебя ведь ещё прошлый долг остался…
— Да отдам я! — тут же отмахнулась она. — Дима следующую зарплату получит — сразу всё вернём.
Вскоре домой пришёл Герман. Я пересказала ему разговор с сестрой и осторожно заметила, что сумма её долгов постепенно увеличивается.
— Ой, ну перестань, — недовольно поморщился муж. — Вернёт она. Чего ты переживаешь?
Я и сама с удовольствием перестала бы переживать.
Только пока не получалось.
Через несколько дней появился Славик, племянник Германа. Здоровый широкоплечий парень, про таких обычно говорят, что на них пахать можно. Ему понадобились деньги на какие-то дела, связанные с машиной.
Я уже собиралась отказать, но тут появился муж.
— Да какие проблемы, племяш! — сразу отозвался Герман и достал из отпускного конверта нужную Славику сумму.
— Вернёшь, когда получится, — добавил он таким тоном, словно одолжил сущую мелочь.
— Ага! Спасибо, дядь Гер. Ты лучший, — обрадовался Славик.
Я стояла в коридоре, глубоко засунув руки в карманы.
«Ну всё. Прощай, наше море», — подумала я.
Почему-то совершенно не сомневалась, что от Славика этих денег мы больше не увидим.
Когда племянник ушёл, я тихо сказала:
— Герман, вообще-то это были деньги на отпуск.
— Ой-й-й… Да съездим мы на твоё море! Не начинай опять, — раздражённо бросил муж.
— А на что мы туда поедем? — таким же тоном спросила я. — На какие деньги, если ты наши накопления всем подряд раздаёшь?
Герман ничего не ответил.
Тогда я достала конверт и переложила его в свою сумочку.
— Здесь он будет целее, — объяснила я. — А если тебе опять захочется изображать благотворителя, доставай деньги из собственного кошелька. Понял?
Муж посмотрел на меня, покачал головой и отправился на балкон курить.
На следующий день во время обеда коллега Рита рассказала про свою сестру. Та попросила одолжить ей денег на стиральную машину, но Рита отказала. Сестра обиделась и целый месяц с ней не разговаривала. А потом нашла подработку и спустя пару месяцев сама купила нужную технику.
— Пока ты постоянно даёшь им деньги, у них нет никакой причины самим шевелиться и что-то предпринимать, — уверенно сказала Рита. — Поэтому и сидят на чужой шее. Жаль, что я сама слишком поздно это поняла.
Я слушала её и задумчиво вертела между пальцами пластиковую ложку.
А ведь Рита была права.
Пока деньги давала я, родственники продолжали приходить за ними. Если перестану — придётся искать другие способы решать свои проблемы.
Конечно, могут обидеться.
Но разве чужая обида страшнее пустого конверта, в котором должны лежать наши отпускные накопления?
Тем же вечером я открыла заметки в телефоне и по памяти записала всех, кому мы одалживали, указав суммы.
Список оказался внушительным.
Прошло около двух недель, и Клара снова попросила денег.
— А предыдущий долг ты когда собираешься вернуть? — спросила я.
— Какой ещё долг?
Пришлось напомнить.
— Ой, ну началось! — раздражённо отмахнулась золовка. — Я и так без денег сижу, а ты мне ещё старые долги припоминаешь. И вообще… Я не у тебя занимала, а у Германа. Я его родная сестра!
«Вот это логика», — подумала я.
И спокойно напомнила Кларе, что накопления в конверте принадлежали не одному Герману. Половина этих денег была моей.
— Ой, да ну тебя! — снова бросила Клара и отключилась.
Вскоре наступил день рождения свекрови, и собралась почти вся родня. Праздничный стол решили накрывать у нас, потому что квартира была просторнее, а Герман в подобных просьбах никогда никому не отказывал.
Гости начали собираться один за другим.
Разумеется, появилась и Клара.
Я сразу обратила внимание на её новые серьги — довольно крупные, с ярко сверкающими камнями.
«Интересно, откуда такая покупка у человека, который совсем недавно сидел без денег?» — подумала я.
Но вслух ничего не сказала.
За праздничным столом Клара оказалась прямо напротив меня.
Разговаривали о детях, ценах и прочих обычных вещах. Один жаловался на подорожавшие коммунальные услуги, другой возмущался стоимостью бензина.
А потом Клара неожиданно громко произнесла:
— Интересно у нас получается… Лариса теперь жадная, да? Я у неё денег в долг попросила, а она мне отказала. Хотя я ей вообще-то не чужой человек!
Я с интересом посмотрела на неё.
Мой взгляд золовку совершенно не смутил. Она продолжила рассуждать о том, что родственные связи — это святое и что сама она для близкого человека якобы последнее отдала бы.
Говорила Клара долго.
И все присутствующие её слушали.
В какой-то момент я поняла: хватит.
Вот он, тот самый момент, когда молчать больше незачем.
Я взяла телефон и открыла заранее составленный список в заметках.
— Раз уж Клара сама решила поговорить о деньгах, — усмехнулась я, — тогда предлагаю кое-что сейчас зачитать. Чтобы всем было понятно, о чём именно идёт речь.
И начала читать список должников.
Имя.
Дата.
Сумма.
Для чего человек занимал.
Вернул деньги или до сих пор нет.
Добралась и до Клары, перечислив все её накопившиеся долги.
Следующим оказался Славик. Те деньги, которые он брал на свои автомобильные дела, племянник до сих пор так и не вернул.
За столом установилась полная тишина.
Все внимательно слушали.
— И ещё один вопрос, — закончила я и посмотрела прямо на Клару. — Откуда серьги?
— Что?
— Я спрашиваю, откуда у тебя эти серьги. Те самые, которые сейчас на тебе.
— Дима подарил. А что? — вызывающе ответила золовка.
Самого Димы на празднике не было. Он заболел и остался дома.
— Дима? Тот самый Дима, чью зарплату вы умудряетесь потратить за несколько дней, купил тебе такие красивые и, судя по виду, совсем не дешёвые серьги? — с усмешкой уточнила я.
— Да, купил! — резко ответила Клара. — И что с того? Завидуешь, потому что тебе никто таких не дарит?
Я внимательно посмотрела на неё.
— Серьги мне не нужны, — негромко сказала я. — Мне нужен мой отпуск. Поэтому я спрашиваю тебя, Клара, прямо сейчас и при всех: когда ты собираешься вернуть мой долг?
После этого я повернулась к Славику, который весь вечер всеми силами старался оставаться незаметным.
— И к тебе это тоже относится, Слава.
Племянник опустил голову и моментально покраснел.
Праздничное настроение после этого, конечно, исчезло.
Первой собралась Клара.
Вслед за ней постепенно начали расходиться остальные родственники.
Перед уходом свекровь тихо сказала мне, что обязательно поговорит с дочерью.
Когда квартира наконец опустела, Герман посмотрел на меня с явным упрёком.
— Ну зачем было так делать?
— А как, по-твоему, следовало поступить, Гера? — раздражённо спросила я. — Может, сам расскажешь?
Муж промолчал.
— Тогда слушай, Гера, — твёрдо продолжила я. — Отныне на отпуск я откладываю отдельно. А ты со своими деньгами поступай как хочешь. Только если в результате к морю я отправлюсь одна, потом на меня не обижайся. Договорились?
Герман и на это ничего не ответил.
Через некоторое время Славик всё-таки вернул взятые деньги. Пришёл, извинился и признался, что ему очень стыдно.
А Клара так и осталась Кларой.
Долг она не отдала.
Более того, ещё и обиделась на меня.
Теперь вечерами я открываю телефон, рассматриваю фотографии разных курортов и читаю отзывы о небольших гостиницах возле самой воды.
Откладывать необходимую сумму мне придётся ещё долго.
Но я всё равно накоплю.
Герман говорит, что Клара меня никогда не простит.
Пусть не прощает.
Зато теперь я совершенно точно знаю: в следующем году я обязательно увижу море.
Вместе с Германом или без него.
