— Марина, ты вообще понимаешь, что творишь? Я уже билет купила! Или ты всерьёз решила отправить родную бабушку своего сына жить в гостиницу?
Я сильнее сжала телефон в руке и посмотрела с балкона во двор. Артём вместе с соседскими мальчишками гонял мяч, периодически выкрикивал что-то друзьям и весело смеялся.
Полгода назад мы перебрались в южный город, и впервые за долгое время мне начало казаться, что в нашей жизни наконец наступило спокойствие.
До этого самого звонка.
— Если хотите встретиться с Артёмом, приезжайте, Анна Витальевна. Но останавливаться у нас вы не будете.
— Это ещё почему?
— Потому что это мой дом.
— Вовочка мне всё рассказал! У вас двухкомнатная квартира, море недалеко, живёте вдвоём. И для родной бабушки ребёнка места не нашлось?
Я сразу насторожилась.
Откуда вообще Анна Витальевна знает, сколько комнат в нашей квартире?
После смерти мамы я продала жильё, которое осталось от неё, добавила собственные накопления, оформила ипотеку и купила небольшую двухкомнатную квартиру на юге.
Никаких огромных апартаментов на берегу у нас не было. Самая обычная квартира в нормальном районе.
Но, судя по всему, фраза «двушка на юге» в представлении Анны Витальевны автоматически означала бесплатный отдых у моря.
— Я могу прислать вам варианты гостиниц неподалёку.
— Никакие гостиницы мне не нужны! Я к единственному внуку еду!
— К внуку, которого вы не видели три года.
На том конце повисла пауза.
Потом свекровь начала перечислять свои больные суставы, небольшую пенсию и мою якобы невероятную бессовестность.
Я слушала её и всё отчётливее вспоминала, почему когда-то решила: больше никогда не окажусь с этой женщиной под одной крышей.
Пока мы с Володей были женаты, у Анны Витальевны имелся ключ от нашей квартиры.
Причём сделал его муж за моей спиной.
Она могла без предупреждения явиться утром в выходной день, открыть холодильник и немедленно начать ревизию.
— Это что, вчерашний суп? Ты Володечку вчерашним кормишь?
Или при гостях совершенно спокойно сказать:
— Марина у нас всегда неряхой была. Зато ногти красивые, это главное.
Володя в такие моменты молчал.
Всегда.
Окончательно моё терпение закончилось на пятом дне рождения Артёма.
Сын случайно опрокинул стакан с соком, испугался и заплакал.
Анна Витальевна тут же громко заявила:
— Ну понятно. Весь в мать. Такая же нервная система.
Я тогда посмотрела на мужа.
Он просто опустил взгляд в тарелку.
Через несколько месяцев мы развелись.
А после развода Анна Витальевна словно вместе со мной вычеркнула из своей жизни и внука.
Она не звонила на дни рождения.
Не поздравляла с Новым годом.
Даже обычного вопроса вроде: «Как там Артём?» — за эти годы от неё не прозвучало.
И вот теперь, когда в нашей жизни появились юг и море, бабушка внезапно вспомнила, что очень соскучилась.
— Решайте сами, — сказала я. — Хотите увидеть Артёма — приезжайте. Но жить придётся отдельно.
Анна Витальевна ничего не ответила.
Просто отключилась.
Я была уверена, что на этом тема закончена.
Но спустя пять дней ровно в семь утра кто-то настойчиво позвонил в дверь.
Я открыла.
На лестничной площадке стояла Анна Витальевна.
Возле её ног громоздились два огромных чемодана и большая дорожная сумка.
Свекровь посмотрела на меня так, будто всё происходящее было совершенно естественно.
— Ну и чего стоишь? Помоги вещи занести.
Я несколько секунд просто смотрела на неё.
— Вы зачем сюда приехали?
Она нахмурилась.
— В каком смысле зачем? К внуку!
— Я ведь ясно сказала: у нас вы жить не будете.
Свекровь недовольно сжала губы.
— Марина, я двадцать часов провела в дороге. Давай не будем устраивать представление прямо на лестничной площадке.
Позади меня послышались шаги.
— Мам, кто пришёл?
В коридор выглянул Артём.
Стоило Анне Витальевне увидеть внука, как выражение её лица моментально преобразилось.
— Артёмушка! Родненький мой!
Она тут же кинулась обнимать мальчика, а затем вытащила из дорожной сумки коробку с конструктором. Артём расплылся в счастливой улыбке.
И тогда я окончательно поняла, почему свекровь решила приехать без всякого предупреждения. Сказать твёрдое «нет» по телефону было просто. А вот закрыть дверь перед бабушкой с чемоданами, когда рядом стоит обрадованный ребёнок, — совсем другое дело.
— Хорошо, заходите. Позавтракаете, немного отдохнёте, а потом я отвезу вас в гостиницу.
Анна Витальевна ничего не ответила.
Спустя час один из её чемоданов уже был полностью раскрыт посреди гостиной. На спинке стула появился халат, а рядом с диваном аккуратно расположились домашние тапочки.
Я посмотрела на всё это.
— Зачем вы разбираете вещи?
— А что мне, две недели всё необходимое из чемодана доставать?
— Какие ещё две недели?
— Я же тебе говорила. А может, и на три задержусь, если здоровье не подведёт.
— В гостинице можете оставаться хоть целый месяц.
Улыбка мгновенно сошла с лица Анны Витальевны.
— Ты действительно готова взять такой грех на душу и выставить пожилую женщину?
Последние слова она специально произнесла громче.
Из комнаты сразу выглянул Артём.
— Бабушка, ты куда-то уходишь?
Анна Витальевна тяжело вздохнула.
— Похоже, придётся. Твоя мама решила, что для бабушки в этом доме места не нашлось.
Внутри у меня поднялась давно знакомая волна раздражения.
Всё происходило точно так же, как когда-то. Только раньше зрителем подобных сцен был Володя, а теперь свекровь собиралась использовать в этой роли моего сына.
— Бабушка поселится совсем недалеко, — спокойно объяснила я Артёму. — Вы сможете видеться хоть каждый день.
Мальчик тут же оживился.
— Тогда сегодня на море пойдём?
— Посмотрим, дорогой. Бабушка с дороги устала.
Мне нужно было работать, поэтому я ушла в спальню.
Через пару часов вышла на кухню и услышала, как Анна Витальевна разговаривает с кем-то по телефону на балконе.
— Люд, здесь замечательно! Квартира хорошая, балкон просторный. Я недели три точно останусь… Да приезжай, чего тебе за жильё деньги отдавать? Места хватит. Маринка немного поворчит, а потом успокоится.
Я остановилась.
Теперь всё окончательно встало на свои места.
Дождавшись, когда свекровь закончит разговор, я спросила:
— А Людмила тоже едет повидаться с Артёмом?
Анна Витальевна вздрогнула и резко повернулась.
— Вообще-то подслушивать чужие разговоры неприлично.
— А звать свою подругу жить в мою квартиру, не спросив хозяйку, прилично?
— Никого я сюда не звала! Просто разговаривали.
— В четыре часа за вами приедет машина.
Свекровь непонимающе нахмурилась.
— Какая ещё машина?
— Такси. Отвезёт вас в гостиницу.
Анна Витальевна резко поднялась.
— Я никуда не собираюсь!
— В таком случае можете поменять билет и вернуться домой.
Через несколько минут она уже звонила Володе.
Вскоре зазвонил и мой телефон.
— Мар, ты что устроила? Мама рыдает.
— Оплати ей гостиницу.
— Ты вообще представляешь, сколько там проживание стоит?
— Прекрасно представляю.
— Но у тебя две комнаты!
— Вова, объясни мне лучше другое. С чего твоя мать вообще решила, что может жить у меня?
Он помолчал.
— Ну… я сказал ей, что места у вас достаточно.
— Дальше?
Снова пауза.
— Я сказал, что ты сначала возмутишься, а потом всё равно разрешишь. Марин, ну я же тебя знаю.
Именно эта фраза задела меня сильнее всего.
«Я тебя знаю».
Выходит, они заранее всё обсудили и решили без моего участия. Мою квартиру определили как бесплатное место для отдыха. Мне отвели роль хозяйки, которая будет всех принимать. А спрашивать моего согласия никто даже не собирался.
Потому что Марина немного поворчит, а затем обязательно уступит.
— Значит, плохо ты меня знаешь, Вова.
Я завершила звонок.
Ровно в четыре приехало такси.
К тому моменту оба чемодана и дорожная сумка уже стояли возле входной двери.
Анна Витальевна смотрела на меня с нескрываемой злостью.
— Марина, ты и правда выставишь меня за порог на глазах у ребёнка?
— Я оплатила вам гостиничный номер на одну ночь. С завтрашнего дня либо платите сами, либо просите Владимира, либо возвращаетесь домой.
— Я не стану отдавать половину своей пенсии за гостиницу, когда у тебя свободна целая комната!
— Но вы ведь приехали ради внука. Тогда какая разница, в каком месте вы будете ночевать?
— Огромная!
— Почему?
Анна Витальевна уже перестала скрывать раздражение.
— Потому что у меня нет огромных денег!
Я посмотрела ей прямо в глаза.
— Хорошо. Представим, что у нас была бы всего одна комната. Вы всё равно приехали бы? Сняли бы себе жильё и две недели ежедневно встречались с Артёмом?
— Не надо всё переворачивать!
— Я ничего не переворачиваю. Просто хочу понять: вы действительно приехали повидаться с внуком или вам хотелось бесплатно пожить возле моря?
Лицо Анны Витальевны покраснело.
— Да почему я вообще должна отдавать деньги каким-то посторонним людям, если у тебя здесь целая квартира?!
После этих слов в коридоре стало очень тихо.
Я повернула голову.
Возле двери своей комнаты стоял Артём.
Он смотрел на бабушку.
— Бабушка, а ты ведь говорила, что ко мне приехала?
Анна Витальевна сразу смягчила голос.
— Конечно, к тебе, мой хороший.
— Тогда я завтра приду к тебе в гостиницу. Потом вместе пойдём купаться.
Свекровь отвела взгляд.
— Посмотрим.
Артём удивился.
— А почему только посмотрим?
— Потому что бабушка очень устала. Да и после всего этого у меня совсем настроение пропало.
Сын нахмурился.
— Но ты же меня три года не видела.
Анна Витальевна промолчала.
Я тоже ничего не сказала.
Впервые мне не хотелось никого убеждать и ничего объяснять.
Через десять минут водитель забрал чемоданы.
Перед уходом Анна Витальевна крепко обняла внука и нарочито громко произнесла:
— Запомни, бабушка тебя очень любит. Просто, оказывается, наша любовь не всем нужна.
На следующее утро от неё пришло сообщение:
«Я поменяла билет. Сегодня уезжаю. Надеюсь, когда-нибудь Артём поймёт, что ты сделала».
Сыну я показала только ту часть сообщения, где говорилось, что бабушка решила уехать.
— Уже сегодня? — удивился Артём. — Мы же хотели вместе на море сходить.
— Видимо, бабушка изменила планы.
Он немного подумал.
— Мам, а почему она не может просто жить в гостинице и каждый день ходить со мной на море?
Я не представляла, как объяснить девятилетнему ребёнку, что взрослые люди порой сами не готовы честно признаться себе, чего именно они хотели.
— Об этом лучше спросить у самой бабушки.
Артём некоторое время молчал.
Потом тихо сказал:
— Наверное, она не очень сильно по мне скучала.
Вот такого вывода от сына мне совсем не хотелось слышать.
— Не надо так думать. Взрослые иногда поступают непонятно и странно. Но ты здесь совершенно ни при чём.
Через несколько дней мне позвонил Володя.
— Ну что, довольна? Мать уже дома. Всю дорогу плакала.
— Вова, ответь мне только на один вопрос. Она три года не встречалась с Артёмом. У неё был уже оплаченный номер в десяти минутах от нашего дома. Она могла остаться и проводить с внуком каждый день. Почему тогда уехала?
— Потому что ты её унизила.
— Чем именно? Тем, что не разрешила бесплатно поселиться в моей квартире?
Володя ничего не ответил.
— Так она приехала к Артёму или всё-таки ради отдыха у моря, Вова?
— Марина, с тобой просто невозможно нормально разговаривать.
— Тогда и не разговаривай.
Я отключила телефон.
Вечером мы с Артёмом отправились на набережную.
Он почти сразу встретил знакомых мальчишек и побежал вместе с ними к воде, а я осталась на лавочке.
Когда-то Анна Витальевна могла открыть дверь моей квартиры собственным ключом.
Она без спроса заглядывала в холодильник, перекладывала мои вещи и считала совершенно естественным указывать мне, как следует жить.
С тех времён изменилось очень многое.
Наш брак с Володей закончился.
Мы переехали.
Артём подрос.
Прошли годы.
Но Анна Витальевна приехала ко мне с прежней уверенностью: достаточно просто поставить Марину перед свершившимся фактом — и она в очередной раз уступит.
Только одного бывшая свекровь не предусмотрела.
Ключа от моей двери у неё больше не было.
А вы бы разрешили бывшей свекрови остановиться у вас ради встреч с внуком или тоже предложили бы ей поселиться в гостинице?
