Марина долго смотрела вслед машине мужа. Только когда облако пыли за поворотом окончательно осело, она с явным удовольствием задвинула на воротах тяжёлый засов.
Наконец-то в доме поселилась та самая благословенная тишина, о которой она мечтала уже давно.
Сергей уехал в командировку на целых десять дней.
Марина заранее представляла, как проведёт это время с любимой книгой, маской на лице и без необходимости с утра до вечера что-то жарить, тушить, запекать и выставлять на стол в количествах, будто кормить нужно не семью, а целый ресторан.
Она прошла на террасу, сбросила тапочки и с наслаждением вытянулась в шезлонге.
— Как же хорошо! — прошептала Марина, глядя в пустой двор. — Отпуск, и никого рядом.
А ведь когда-то всё начиналось почти как красивая история о собственном уютном уголке за городом.
Когда они с Сергеем только закончили строительство бани, Марина была невероятно счастлива.
Настоящая деревянная баня из бруса, с хорошей парной, где пахло нагретым деревом, вениками и каким-то особенным покоем.
Она представляла совсем другую жизнь.
По субботам они с Сергеем будут ходить туда вдвоём, неторопливо париться, потом сидеть с кружками травяного чая и хотя бы на несколько часов забывать о городской суете.
Но семейная действительность очень быстро внесла свои поправки.
И пришли они в лице многочисленной родни Сергея.
Для его родственников их баня внезапно перестала быть частью частного участка и превратилась в бесплатное место для отдыха, где всегда должны быть растоплена печь, заготовлены веники и до отказа набит холодильник.
Марина прекрасно знала этот тип людей.
Для таких понятие личной собственности действует исключительно до тех пор, пока их собственным интересам ничего не мешает.
А семья у Сергея была действительно немаленькая, очень дружная и, как оказалось, невероятно любящая чистоту.
Почти каждую пятницу ближе к вечеру возле их ворот неизменно появлялась машина.
Общество ведь постоянно повторяет одно и то же: родственники — святое, своим надо помогать, теснота не беда, главное — вместе.
Быть негостеприимной хозяйкой вроде бы неудобно.
Нужно радоваться гостям, улыбаться, накрывать стол и по первому требованию подбрасывать поленья в печь.
И Марина терпела.
Почти два года она старательно изображала образцовую невестку и приветливую хозяйку, пока однажды не осознала, что её собственные выходные полностью превратились в обслуживание чужого отдыха.
Желание дальше работать бесплатной банщицей, уборщицей и поваром окончательно исчезло именно в тот вечер.
Марина вдруг поняла, что вся эта еженедельная семейная традиция держится на трёх вещах.
И каждую из них давно пора было прекратить.
Первое: бесплатная растопка и обслуживание
Как правило, всё начиналось ещё в четверг со звонка Виталика, младшего брата Сергея.
Виталик относился к числу людей, которые умеют устроиться особенно удобно.
Подтянутый, обаятельный, с вечной улыбкой, он мог так мягко сформулировать просьбу, что человек не успевал опомниться, как уже начинал выполнять всё за него.
— Мариночка, родная, — ласково говорил он в телефон. — Мы тут решили завтра буквально на часик заехать. Просто сполоснуться и домой. Ты печку часам к пяти слегка протопи, хорошо? И полотенца приготовь, пожалуйста. Ну те, хорошие, пушистые.
Словосочетание «на часик» в исполнении Виталика давно означало совершенно другое.
Обычно родственники приезжали в пятницу и окончательно исчезали только к воскресенью.
К пяти часам Марина уже успевала натаскать дров, вытереть пыль, подготовить парную, развесить полотенца и проверить, всё ли готово к приезду гостей.
К моменту, когда во двор въезжали машины, она чувствовала себя так, будто только что отработала полноценную смену.
А родня врывалась шумной компанией, оставляла грязную обувь где придётся и немедленно начинала требовать:
— Марин, парку бы побольше!
За два года Виталик не привёз для печи даже нормальной охапки дров.
Судя по его поведению, он искренне полагал, что поленья каким-то чудесным образом сами появляются возле бани, словно грибы после хорошего дождя.
Второе: набег на холодильник
Виталик и его жена Светочка были убеждены, что баня без большого застолья вообще теряет всякий смысл.
Причём оплачивать этот праздник почему-то должна была исключительно Марина.
Когда она видела, что из багажника машины родственники вытаскивают только несколько упаковок чипсов, то уже заранее понимала: через пару часов содержимое её холодильника заметно поредеет.
Светочка непременно отправлялась на кухню и начинала заглядывать в кастрюли.
— Ой, Мариночка, а что у нас сегодня на ужин? — весело интересовалась она. — Мы так спешили к вам, что даже в магазин не успели заехать. Но мы же свои, правда? Ты ведь найдёшь, чем нас покормить?
Эти самые «свои» никогда не стеснялись.
Исчезало всё подряд: домашние соленья, приготовленные на неделю блюда, колбасы, сыр и даже продукты, которые Марина специально покупала к предстоящему празднику.
При этом Светочка могла мечтательно вздохнуть и заметить:
— Всё-таки домашняя еда — самое полезное. Тебе, Марин, так повезло, что у тебя хватает времени всё это готовить.
Марина в такие моменты молча смотрела на гору тарелок, мисок и бокалов в раковине и мысленно представляла, куда именно хотела бы отправить всю эту посуду вместе с Виталиком.
Желательно как можно дальше.
Третье: разграбление полок с косметикой
Марина всегда любила хорошую уходовую косметику.
В предбаннике на отдельных полочках у неё стояли качественные масла, натуральные скрабы, маски и дорогие шампуни.
Но родственники воспринимали эти баночки примерно так же, как полотенца и дрова.
То есть как общее имущество.
Светочка могла после парной выйти довольная, сияющая и сразу объявить:
— Мариш, я тут твой кофейный скраб попробовала. Очень классный!
Свекровь, Тамара Петровна, тоже никогда не отставала от невестки Виталика.
Для неё баня сына была почти личным оздоровительным центром.
— Мариночка, деточка, — объясняла она с важным видом, — в моём возрасте уже особенно нужно за собой следить. Кстати, твой алтайский мёд очень хорошо пригодился. Я всю баночку в парной на себя намазала. Это для сосудов полезно!
Марина смотрела на очередную пустую упаковку и всё отчётливее понимала, что родственники давно превратили её в бесплатный сервис.
Причём такой сервис, который не только обслуживает клиентов без оплаты, но ещё и самостоятельно закупает всё необходимое для их удобства.
И вот в эту пятницу, когда Сергей скрылся за поворотом, Марина решила, что больше так продолжаться не будет.
Она достала большой лист ватмана, нашла толстый маркер и уселась за стол.
Писала долго и с особым удовольствием, тщательно обдумывая каждую строчку и каждую цифру.
В её глазах горел тот самый азарт, который бывает у человека, решившего наконец ответить на многолетнюю наглость чем-нибудь неожиданным.
Когда всё было готово, Марина довольно посмотрела на результат.
— Ну и пусть возмущаются, — сказала она сама себе и улыбнулась. — Зато мне потом будет весело.
Ровно в пять вечера возле ворот прозвучал знакомый автомобильный гудок.
Виталик, как обычно, поставил свой внедорожник почти вплотную к калитке.
Следом подъехала ещё одна машина.
Марина даже не двинулась с места.
Она спокойно сидела на крыльце и наблюдала, как родственники выбираются из автомобилей и с недоумением толпятся возле запертых ворот.
Виталик несколько раз подёргал ручку.
— Марин, ты чего там? — крикнул он. — Уснула, что ли? Открывай давай! Мы даже веники сегодня привезли!
На этот раз в его руках действительно находились два довольно жалких веника.
Марина ничего не ответила.
Она лишь рукой указала на самое заметное место ворот.
Там висел большой лист ватмана.
Родственники приблизились и начали читать.
На плакате было написано:
«Уважаемые гости банного комплекса “У Марины”!
Уведомляем, что начиная с сегодняшнего дня заведение переводится на полную самоокупаемость.
Стоимость услуг:
Посещение бани — 2000.
Полотенце — 300.
Чай — 150.
Оплата вносится до начала процедур.
Родственные связи основанием для скидки не являются».
Возле ворот воцарилась абсолютная тишина.
Виталик перечитал объявление сначала один раз, потом второй, а затем и третий, будто надеялся, что смысл текста каким-то образом изменится.
Светочка застыла с приоткрытым ртом, явно пытаясь подобрать подходящие слова, но ничего сказать так и не смогла.
Тамара Петровна неторопливо выбралась из машины, поправила очки на переносице и тоже уставилась на ватман.
Первым пришёл в себя Виталик.
— Это ещё что за безобразие? — наконец выдавил он. — Марина, ты вообще понимаешь, что делаешь? Мы ведь родные люди! Мы к тебе всей душой, а ты перед нами расценки вывесила?
Марина спокойно сидела на крыльце и даже не собиралась вставать.
— Виталик, ваша душевность слишком дорого обходится моему кошельку и нервам. Так что выбирайте: либо оплачиваете отдых, либо едете в общественную баню. Она примерно в трёх километрах отсюда и сегодня как раз работает. Думаю, вам там будет вполне удобно.
Светочка мгновенно обрела дар речи.
— Да как ты вообще можешь?! — взвизгнула она. — Я всё Сергею расскажу! Вот вернётся твой муж, он тебе объяснит, как надо встречать родственников!
Марина лишь кивнула.
— Обязательно расскажи. Сергей знает, что я решила пересмотреть наши семейные расходы. И кстати, Виталик, за прошлый месяц с тебя ещё дрова причитаются. Можешь расплатиться не деньгами. Видишь колун? За забором лежит куча берёзовых чурок. Наколешь дров — сегодня пущу париться бесплатно.
Виталик перевёл взгляд на колун.
Потом посмотрел на свои ладони.
После этого снова прочитал объявление.
Лицо его постепенно налилось такой краской, что стало напоминать спелую свёклу.
— Всё, уезжаем отсюда! — рявкнул он, резко разворачиваясь к машине. — Больше я в этот дом ни ногой! Совсем Марина от жадности голову потеряла. Собственную родню уже людьми не считает!
Он забрался за руль и с силой захлопнул дверь.
Остальные тоже начали торопливо рассаживаться по машинам.
— Счастливого пути! — бодро крикнула Марина им вслед.
Через минуту вся компания с шумом и пробуксовкой тронулась от ворот и скрылась за поворотом.
Марина ещё немного посидела на крыльце, наслаждаясь неожиданно быстро наступившей тишиной, а затем вернулась в дом и включила телевизор.
Впервые за долгое время пятничный вечер не пах дымом, потом и чужими заботами.
Кот Васька, которого во время приездов родственников приходилось запирать в отдельной комнате, чтобы дети Светочки не затискали бедное животное до полусмерти, осторожно вышел из укрытия.
Он оглядел тихую гостиную, убедился, что шумных гостей действительно нет, и с благодарным видом запрыгнул хозяйке на колени.
Марина улыбнулась и почесала его за ухом.
— Ну что, Васька, похоже, теперь будем жить так, как удобно нам.
Кот довольно заурчал.
Примерно через час телефон Марины подал сигнал.
Пришло сообщение от Сергея:
«Марин, мне Виталик звонил. Кричал что-то про оплату, баню и какой-то колун. Ты там случайно предпринимательство не открыла?»
Марина усмехнулась и быстро набрала ответ:
«Открыла, дорогой. Когда вернёшься, будешь у меня особым клиентом. Тебе обслуживание бесплатно. А для всех остальных бесплатный аттракцион закончился».
Ответ от Сергея появился почти сразу.
На экране высветился смайлик с поднятым вверх большим пальцем.
Марина несколько секунд смотрела на сообщение, а потом облегчённо выдохнула.
Похоже, регулярные семейные нашествия порядком утомили не только её.
Просто Сергей сам так и не сумел однажды твёрдо сказать родственникам «нет».
А вы смогли бы потребовать оплату с родственников, если бы они начали воспринимать ваш дом и баню как бесплатное общественное место? Или продолжали бы терпеть ради спокойствия в семье? Приходилось ли вам сталкиваться с такими любителями внезапно приезжать в гости и пользоваться всем за чужой счёт?
