— Вероника, на плинтусах опять слой пыли.
Раиса Николаевна неторопливо провела указательным пальцем по краю деревянной полки, висевшей в прихожей, внимательно посмотрела на серый след и с брезгливым выражением отряхнула руку.
— Совсем перестала следить за порядком в доме.
— Добрый день, Раиса Николаевна, — спокойно ответила Вероника.
Она стояла в кухонном проёме и молча наблюдала за свекровью. Невестка не стала оправдываться, объяснять, почему не успела убрать, или торопливо искать тряпку. После ночной смены сил у неё едва хватало держаться на ногах.
— Проходите.
Раиса Николаевна сняла туфли и оставила их возле двери. Затем критически осмотрела придверный коврик, будто тот намеренно лежал неровно, чтобы испортить ей настроение, и с видом полноправной хозяйки направилась на кухню.
Вероника последовала за ней. После ночи, проведённой на складе, плечи ломило от усталости, а в висках неприятно пульсировало.
Олег уже находился на кухне.
Он забился в угол мягкого кухонного диванчика и с преувеличенным вниманием разглядывал экран телефона, словно заранее знал, что разговор будет неприятным, и решил спрятаться за гаджетом.
— Здравствуй, мой хороший! — тут же ласково пропела Раиса Николаевна.
Командирские нотки в её голосе мгновенно исчезли, уступив место приторной нежности.
— Господи, да ты совсем похудел! Она тебя вообще кормит или голодом морит?
Олег неловко повёл плечом и ещё ниже склонился над телефоном, изображая чрезвычайную занятость.
— Мам, всё нормально, — невнятно пробормотал он.
Вероника сжала пальцами край стола.
На столешнице лежал плотный белый конверт. Рядом возвышался большой подарочный пакет с эмблемой дорогого магазина косметики. Внутри находился очередной набор для бани и ухода за телом, который Раиса Николаевна получала каждый месяц: дорогие скрабы, натуральные масла, ароматная морская соль с лекарственными травами.
Свекровь очень любила ухаживать за собой.
Раз в месяц она являлась к сыну за привычной данью — конвертом с деньгами и новым комплектом косметики.
— Ну и что вы мне на этот раз приготовили? — спросила Раиса Николаевна, усаживаясь на табурет.
Она тут же придвинула пакет к себе.
— Надеюсь, миндальное масло купили? Я ведь специально говорила, что мне требуется именно миндальное. В моём возрасте кожу нужно особенно тщательно увлажнять. Это некоторые уже к сорока годам ходят серые и бледные, будто молью побитые, а мне такой вид ни к чему.
Свекровь потянулась к ручкам пакета, но Вероника быстро перехватила её запястье. Движение было уверенным, хотя и без грубости.
— Купили, — сухо ответила она.
Невестка отодвинула подарок подальше.
— Там всё, что вы заказывали: и масло, и скраб.
— Можно было ответить немного любезнее, — недовольно произнесла Раиса Николаевна.
Она поправила крупную брошь на старомодной кофте и медленно оглядела Веронику с головы до ног: от кое-как собранных волос до простых домашних брюк и поношенного свитера.
— Мой сын ради вас двоих надрывается, приличные деньги в дом приносит, а ты умеешь только тратить.
Свекровь наставительно указала на невестку пальцем, украшенным массивным перстнем.
— Ты опять надела эту выцветшую кофту? За собой следить нужно, дорогая. Мужчины прежде всего глазами любят. А ты совершенно себя запустила.
Вероника исподлобья взглянула на Олега.
Тот ещё глубже вжался в спинку диванчика, словно надеялся раствориться в обивке и стать невидимым.
— Олег? — окликнула его жена.
В её голосе появились холодные металлические нотки.
— Ты не хочешь ничего объяснить своей матери?
— Да что он тебе может сказать! — немедленно вмешалась Раиса Николаевна, театрально всплеснув руками.
Она неодобрительно поджала губы.
— Мой сын слишком добрый. Жалеет тебя, поэтому и терпит.
— Терпит меня? — переспросила Вероника, слегка приподняв бровь.
— Разумеется! — уверенно заявила свекровь.
Она расправила плечи и гордо выпрямилась.
— Живёшь в квартире, за которую платит он. Питаешься на его деньги. Нормальной работы у тебя нет. Фактически сидишь у моего сына на шее!
Раиса Николаевна торжествующе посмотрела на Олега.
— Ты слышала, что Олеженьку скоро собираются назначить руководителем отдела? Мне Люба из соседнего дома рассказывала, что специалисты по компьютерам сейчас огромные суммы получают.
Олег нервно прокашлялся и беспокойно заёрзал, по-прежнему не решаясь поднять глаза.
— Мам, давай не будем об этом, хорошо? Забирай пакет и конверт, и пойдём.
— Куда это мы пойдём, сынок? — возмутилась Раиса Николаевна. — Я ещё не закончила!
Она резко повернулась к Веронике.
— Я говорю чистую правду. Она должна благодарить судьбу за всё, что ты для неё делаешь. Ты ещё и родной матери помогаешь. Вот что значит настоящий сын!
Свекровь восхищённо подняла глаза к потолку, словно благодарила высшие силы за такого замечательного Олеженьку.
— А эта особа ещё и недовольное лицо строит. Всё ей не нравится. Я вчера позвонила и предупредила, что приеду в субботу, а она заявила, что будет занята! Интересно знать, чем можно заниматься в законный выходной?
— Я только утром вернулась с ночной смены, Раиса Николаевна, — отстранённо пояснила Вероника.
— Перестань выдумывать! — раздражённо отмахнулась свекровь.
Она снова протянула руку к белому конверту.
— Какая ещё ночная работа в аптеке? Ты там за прилавком стоишь да бумажки с места на место перекладываешь. Не в шахте же трудишься.
— И квартира не принадлежит Олегу. Мы её арендуем, — добавила Вероника, не реагируя на рассуждения о лёгкой работе.
— Какая разница!
Раиса Николаевна накрыла конверт ладонью.
— За жильё всё равно платит мой сын. Он в вашей семье главный добытчик.
Вероника подошла ближе и положила руку поверх ладони свекрови, крепко прижав конверт к столешнице.
— Олеженька, значит, — с ядовитой усмешкой повторила она.
Затем посмотрела прямо на мужа.
— Расскажи матери, кто на самом деле оплачивает эту квартиру. Заодно объясни, на чьи деньги куплены миндальное масло, продукты и всё остальное.
Олег тяжело сглотнул.
Он испуганно перевёл взгляд с жены на мать, а потом обратно.
— Вероника, зачем ты опять всё усложняешь? — жалобно протянул он, наконец откладывая телефон. — Отдай маме конверт, и она спокойно поедет домой. У неё спина болит, ещё нужно оплачивать санаторную путёвку. Мы же с тобой всё обсудили.
— Нет, пусть договаривает! — повысила голос Раиса Николаевна.
Она попыталась вырвать конверт, однако Вероника не ослабила пальцев.
— Что ты задумала? Решила права предъявлять в чужом жилье? Мой сын тебя содержит, а ты…
— Ваш сын, Раиса Николаевна, потерял работу десять месяцев назад, — прервала её Вероника.
Она произнесла это совершенно спокойно, будто рассказывала о погоде на завтра.
На кухне воцарилась такая тишина, что стало отчётливо слышно, как за стеной негромко работает телевизор соседей.
Свекровь замолчала на полуслове.
Её лицо вытянулось. Несколько секунд она смотрела на Олега, ожидая, что тот рассмеётся и объявит слова жены нелепой выдумкой.
— Олежек, это правда? — растерянно спросила она.
Олег часто заморгал.
— Мам, там начальник был совершенно невыносимый, — торопливо заговорил он. — Постоянно придирался, требования менял. Я сейчас ищу подходящее место. Параллельно обдумываю собственный проект. Возможно, запущу стартап. Сначала нужно изучить рынок и найти инвесторов. Это временная ситуация.
Он размахивал рукой, словно пытался отогнать назойливое насекомое, а вместе с ним и неудобные вопросы.
— Уже десять месяцев этот будущий предприниматель лежит на диване, — безжалостно добавила Вероника. — Изучает рынок в компьютерных играх. Великий стартапер.
Она не отводила взгляда от свекрови.
— Как ты смеешь так разговаривать! — пронзительно вскрикнула Раиса Николаевна и вскочила с табурета. — Мой сын — замечательный специалист! У него два диплома! А ты сама кто такая?
— Человек, который всё это оплачивает.
Вероника одним резким движением вытащила конверт из-под ладони гостьи и спрятала его в карман домашних брюк.
— Верни! — возмущённо воскликнула Раиса Николаевна.
Она инстинктивно потянулась к карману невестки.
— Это мои деньги! Олег мне их обещал! Я должна заплатить за лечебный массаж. Уже записалась в регистратуре!
— Раз Олег пообещал, пусть сам и выполняет обещание.
Вероника взяла со стола подарочный пакет и переставила его на подоконник за своей спиной, чтобы свекровь не смогла до него дотянуться.
— Косметика тоже останется у меня. Скрабы мне пригодятся. Кожа в последнее время очень сохнет.
Она опёрлась ладонями о край столешницы.
— Я, в отличие от некоторых людей, тружусь сразу в двух местах. Днём работаю в аптеке, а ночью оформляю накладные на складе. И так продолжается уже восемь месяцев.
Вероника тяжело посмотрела на мужа.
— Благодаря этому вашему сыну есть чем оплачивать интернет. Он не умирает от голода, пока ищет загадочных инвесторов. И вам ежемесячно доставались деньги, миндальное масло и прочие дорогие средства.
Лицо Раисы Николаевны покрылось багровыми пятнами.
Она растерянно переводила взгляд с Олега на Веронику, не зная, на кого обрушиться первым.
— Ты… Да ты сама здесь никто! Приживалка! — выдавила она.
Свекровь тяжело оперлась на спинку стула.
— Благодари моего сына, что он вообще обратил на тебя внимание! Вытащил из деревни, дал тебе нормальную жизнь! Если бы не он…
— На самом деле это ваш сын живёт за мой счёт, — твёрдо произнесла Вероника и указала в сторону прихожей.
Каждое её слово звучало отчётливо и тяжело.
— Завтра мы покидаем эту квартиру.
От неожиданности Олег выронил телефон на диван.
— Что значит покидаем? — хрипло переспросил он.
— Я арендовала небольшую однокомнатную квартиру рядом со складом, — спокойно сообщила Вероника.
Она смотрела на мужа уже не со злостью, а с безмерной усталостью.
— Я переезжаю туда одна. А Олег отправляется жить к вам.
— Куда?! — одновременно вскрикнули мать и сын.
— К вам, Раиса Николаевна.
Вероника машинально скрестила руки, но сразу опустила их вдоль тела.
— Теперь будете сами кормить своего замечательного мальчика. Заодно лично проконтролируете, как развивается его перспективный проект.
Она устало провела пальцами по переносице.
— И деньги на свои нужды сможете требовать непосредственно с него. Особенно когда стартап наконец принесёт доход.
Олег резко вскочил и бросился к жене.
— Ника, ты что делаешь? Мы же обо всём договорились!
Он попытался схватить её за руку, но Вероника отступила.
— Я обязательно устроюсь! Честное слово! Завтра же обновлю резюме и начну отправлять отклики. Зачем ты выставляешь меня таким перед мамой? Мы ведь семья!
— Я больше не могу, Олег.
Вероника обошла мужа и направилась к выходу из кухни.
— Я работаю без выходных, сплю максимум по четыре часа, а вы вдвоём умеете только предъявлять требования.
Она остановилась в дверном проёме.
— То вам срочно требуется миндальное масло. То моя одежда выглядит слишком старой. То я недостаточно благодарна за несуществующую помощь.
Вероника указала на входную дверь.
— Выход находится там, Раиса Николаевна. И не оставьте здесь свои туфли.
Свекровь несколько раз открыла и закрыла рот, напоминая выброшенную на берег рыбу.
Подходящих слов она так и не нашла.
Раиса Николаевна схватила лакированную сумочку и стремительно вылетела в прихожую. В спешке она кое-как втиснула ноги в туфли, смяв задники.
Вскоре на лестничной площадке послышались быстрые удаляющиеся шаги. Через несколько секунд входная дверь с грохотом захлопнулась.
Олег растерянно стоял посреди кухни и часто моргал.
— Ника, ну зачем ты так? — виновато протянул он.
Мужчина почесал затылок.
— Ну сказала мама лишнее. Со всеми бывает. Женщины иногда не думают, прежде чем говорить.
Он робко попытался улыбнуться.
— Зачем было забирать деньги? Теперь ей перед знакомыми будет неловко. Она ведь уже выбрала санаторий и рассчитывала оплатить поездку.
— Начинай собираться, Олег.
Вероника прошла мимо него в спальню.
— Утром передадим владельцу ключи. Пустые коробки стоят на балконе.
Через месяц Вероника сидела на кухне своей новой квартиры и пила обычный растворимый кофе.
Жильё было маленьким, располагалось в старом доме и не могло похвастаться дорогим ремонтом. Зато Вероника впервые за долгое время чувствовала себя здесь спокойно.
Никто не лежал целыми днями на диване и не жаловался на несправедливость жизни.
Никто не рассказывал бесконечные истории о будущих инвесторах и грандиозных проектах.
По выходным никто не требовал дорогую косметику и не проводил пальцами по плинтусам в поисках пыли.
На столе засветился экран телефона.
Олег прислал сообщение:
«Ника, привет. Мама интересуется, когда ты отправишь ей деньги. У неё опять болит спина, нужно идти на массаж. И ещё… я пока так и не устроился. Можешь одолжить мне до конца месяца?»
Прочитав сообщение, Вероника неожиданно рассмеялась.
Она спокойно допила кофе, добавила номер бывшего мужа в список заблокированных контактов и начала собираться на работу.
