— Я ещё утром ясно тебе сказала: у меня сегодня сдача проекта. Готовить я не собираюсь и никого в гости не приглашала.
— Ой, да перестань!
Тома едва переступила порог и сразу уставилась на пустую плиту.
— А еда где? Мы, между прочим, с дороги! Полтора часа по трассе добирались.
— В магазине, — коротко ответила Аня.
От монитора она даже не повернулась.
Ноутбук стоял на узкой барной стойке, рядом медленно остывал кофе, а по экрану одна за другой тянулись длинные строки кода. Квартира у Ани была небольшой — обычная студия, где кухня, комната и прихожая почти не отделялись друг от друга. Поэтому любой звук от входной двери мгновенно разносился по всему помещению.
За Томой в коридоре переминались её муж Миша и двое сыновей-подростков. В тесной прихожей сразу стало не протолкнуться. Вместе с гостями в квартиру ворвались холодный воздух, запах бензина и ощущение, будто все четверо заранее уверены: здесь их обязаны принять, накормить и окружить заботой.
— Том, ты хотя бы сапоги сними, — негромко заметил Миша, стоя у двери.
— Потом сниму!
Тома уверенно прошла к кухонной зоне, словно находилась у себя дома.
Разуваться она не стала. Налипший на подошвы снег тут же начал таять, оставляя на светлом ламинате грязные разводы и мокрые следы.
Аня мельком посмотрела вниз, но ничего не сказала. До отправки проекта оставалось совсем немного времени, и сейчас ей меньше всего хотелось начинать спор из-за пола.
Тома открыла холодильник, внимательно осмотрела полки и недовольно фыркнула.
Дверца захлопнулась с резким, неприятным звуком.
— Да у тебя здесь хоть шаром покати. Один кусок сыра и половина банки горошка. Ты же всё равно целыми днями дома находишься, могла бы заранее пошевелиться. Родственники всё-таки приехали.
— Я не просто нахожусь дома. Я работаю, — сухо произнесла Аня.
— Ой, не смеши.
Тома сняла шапку и небрежно бросила её прямо на стойку рядом с ноутбуком.
Вязаная шапка задела кружку, и кофе едва не выплеснулся на клавиатуру.
Аня молча перехватила чашку, отодвинула её подальше, а затем двумя пальцами сдвинула шапку на край столешницы.
— Работает она, — с насмешкой повторила Тома.
Старшая сестра встала напротив, широко расставила ноги и упёрла руки в бока.
— Сидит в пижаме и по кнопкам стучит. Вот Миша действительно работает — на заводе целую смену отпахивает. У него всё серьёзно: пришёл по звонку, ушёл по звонку. А ты просто проводишь время перед компьютером. Неужели трудно было кастрюлю макарон сварить? Мы все голодные.
Миша неловко переминался в прихожей, будто уже начал догадываться, что визит проходит совсем не так, как ему обещали. Он снял куртку и повесил её на крючок. Тем временем оба мальчишки успели занять диван в единственной комнате и сразу уткнулись в телефоны.
— Мам, здесь интернет есть? — громко спросил младший.
— У тёти Ани узнай! — отозвалась Тома из кухни.
— Пароль указан на роутере, — не поворачивая головы, сказала Аня.
Она выделила на экране несколько строк и нажала клавишу удаления. Разговор мешал сосредоточиться, но прямо сейчас выставить всю компанию за дверь означало спровоцировать громкий скандал, который услышал бы весь подъезд.
— Том, может, всё-таки закажем что-нибудь поесть? — предложил Миша, заходя на кухню.
Он потёр ладони, пытаясь согреть замёрзшие пальцы.
— Раз Аня занята, возьмём доставку. Мы ведь действительно голодные.
— Ещё чего! — резко оборвала его Тома.
Она бросила на мужа возмущённый взгляд.
— Приехать к родной сестре и ещё тратить деньги на еду? У нас, между прочим, ипотека. Нужно каждую копейку беречь.
— У меня тоже есть ипотека, — ровным голосом напомнила Аня.
— Да твоя маленькая квартира — одно баловство! — тут же вспыхнула сестра.
Когда три года назад Аня приобрела эту студию, Тома первой заявила, что одному человеку столько пространства совершенно ни к чему. Особенно несправедливо, по её мнению, это выглядело на фоне того, что у племянников до сих пор не было отдельной комнаты.
В те дни сестра звонила почти ежедневно и подробно рассказывала, как тесно им живётся вчетвером. Намёки звучали более чем прозрачно.
— Тебе одной и половины этого хватило бы, — продолжила Тома.
Она обогнула барную стойку и подошла ближе.
— Зарабатываешь хорошо, могла бы и накрыть стол. Всё-таки не посторонние приехали. Мама звонила, просила тебя проведать.
— Мама просила?
Аня сохранила изменения в файле и повернулась к сестре на крутящемся стуле.
— Или вы приехали за покупками, а потом решили заодно бесплатно поужинать? Вы ведь с утра собирались покупать мальчикам зимние куртки.
Краснота медленно поползла от шеи Томы к щекам.
— Это что ещё за тон? Ты так с родной сестрой разговариваешь?
— Именно так, как ты заслужила.
Аня не отвела взгляда.
— Тома, мы созванивались в десять утра. Я ясно сказала, что занята. Ты ответила, что вы заедете на несколько минут и только заберёте вещи для мальчиков, которые я заранее купила.
— Мы и заехали!
— Вы ворвались сюда всей семьёй, требуете ужин и ходите по квартире в мокрой обуви. Плита свободна. Нужны кастрюли — они в нижнем шкафу. Макароны лежат над мойкой. Хочешь накормить мужа и детей — готовь.
— Я к тебе пришла отдыхать, а не торчать возле плиты!
Тома задохнулась от возмущения.
— У меня сегодня единственный выходной! Я всю неделю в бухгалтерии с документами возилась!
— Значит, можешь остаться голодной.
Миша приблизился к стойке и с надеждой посмотрел на пустую вазу для фруктов.
— Девочки, может, хватит спорить? Ань, приготовь что-нибудь простое. Яйца хотя бы есть?
Он примирительно улыбнулся.
— Сделай яичницу на всех. Пацаны всю дорогу в машине мучились. Мы же сразу после магазина к тебе приехали.
— Миша.
Аня внимательно посмотрела на зятя.
— Твоя жена знала, что я ничего не готовила. Она вам об этом сказала?
Миша нахмурился. Улыбка медленно исчезла.
— Она сказала, что ты нас ждёшь.
Он перевёл взгляд на Тому.
— Говорила, будто ты уже накрыла стол и что-то запекла.
— Понятно.
Аня снова повернулась к сестре.
Тома стояла, высоко подняв подбородок, и явно не собиралась признавать свою вину.
— Значит, ты обманула мужа, чтобы он привёз вас ко мне?
— Ничего я не обманывала! — громко возмутилась Тома.
Она резко махнула рукой в сторону ноутбука.
— Я была уверена, что у тебя проснётся совесть! Родные племянники приехали, а ты сидишь и играешь в свои компьютерные игрушки. Можно было хотя бы ради семьи отвлечься!
— Это не игры. Это работа, благодаря которой я выплачиваю ипотеку.
В этот момент коротко подал сигнал домофон.
Аня нажала кнопку, не уточняя, кто пришёл. На экране телефона уже появилось сообщение, что курьер ожидает у подъезда.
Через несколько секунд загудел лифт.
Миша сразу оживился.
— О, всё-таки заказала еду? — обрадованно спросил он. — А мы уже решили, что совсем без ужина останемся. Вот это другое дело.
Тома торжествующе сложила руки на груди.
— Ну вот, умеешь же вести себя нормально, когда захочешь. А то устроила представление: занята, не готовлю. Тарелки доставать?
Аня ничего не ответила.
Она вышла на лестничную площадку. Курьер в яркой куртке протянул ей плоскую горячую коробку и терминал. Аня приложила телефон и дождалась сигнала, подтверждающего оплату.
В воздухе сразу появился запах расплавленного сыра, пряных трав и мясной начинки.
Миша шумно сглотнул.
Мальчики в комнате отложили телефоны и вытянули шеи, пытаясь рассмотреть коробку.
— С мясом? — крикнул старший племянник.
— Спасибо. Хорошего вечера, — сказала Аня курьеру.
Она закрыла дверь и дважды повернула ключ в замке.
Затем вернулась на кухню и поставила коробку прямо перед ноутбуком.
Откинув крышку, Аня взяла один кусок.
Горячий сыр потянулся длинной нитью. Она откусила, не торопясь прожевала и снова посмотрела на экран. Левой рукой держала пиццу, а правой потянулась к компьютерной мыши.
Тома смотрела на неё не моргая.
— А нам?
— Для вас я ничего не заказывала, — буднично ответила Аня.
Сестра застыла.
— Как это не заказывала?
— Именно так.
Аня положила недоеденный кусок обратно.
— Здесь одна пицца среднего размера. Мне на ужин будет достаточно.
— Ты вообще понимаешь, что делаешь?!
Голос Томы взлетел почти до визга.
— Здесь дети голодные! Мужчина после рабочей смены! А ты собираешься одна всё съесть?
— Не кричи.
Аня медленно развернулась к ней на стуле.
— Во-первых, не повышай голос в моей квартире. Ты находишься не у себя дома.
— Я у родной сестры!
— Во-вторых, — с нажимом продолжила Аня, — твои дети находятся на твоей ответственности. Твой муж — тоже.
Она указала на грязную лужу, образовавшуюся возле холодильника от растаявшего снега.
— Вы заранее знали, куда едете. Ты знала, что ужина здесь не будет. Я не обязана оплачивать вашу поездку по магазинам собственными нервами, временем и едой.
— Можно было заказать на всех!
Тома почти кричала, тыча пальцем в коробку.
— У тебя хватает денег, раз ты целыми днями дома сидишь! Купила бы три пиццы! Разве от тебя убудет? Мы одна семья!
— Да, могла бы заказать.
Аня спокойно вытерла салфеткой маленькую каплю соуса со столешницы.
— Но не захотела. Тебе жалко потратить деньги и накормить собственную семью в кафе? Ты не смогла честно сказать мужу, что вас здесь никто не ждёт? Тогда почему мне должно быть не жалко своих денег? Особенно после того, как ты заходишь в мою квартиру в грязной обуви и начинаешь указывать, как мне жить.
В помещении наступила полная тишина.
Лишь с улицы доносился отдалённый шум машин.
Миша переводил взгляд с покрасневшего лица жены на спокойную Аню. Судя по выражению его лица, он наконец понял, что произошло на самом деле.
— Тома.
Он произнёс её имя негромко, но серьёзно.
— Ты ведь уверяла меня, что договорилась с Аней ещё вчера.
— Нас обязаны были нормально принять! — не отступала Тома.
Она повернулась к мужу, ожидая поддержки.
— Мы родственники! Как она может есть, когда её племянники голодные? Скажи ей что-нибудь!
— Теперь всё понятно.
Миша коротко качнул головой.
— Ты сама навязалась, сама меня обманула, а теперь ещё устраиваешь скандал.
Он начал застёгивать куртку.
— Зови мальчишек. Поедем перекусим в кафе по дороге.
— Я никуда не поеду! — Тома сердито топнула ногой. — Пусть она отдаст пиццу детям!
— Тома, быстро собирайся.
Миша развернулся и вышел в прихожую.
Зашуршала верхняя одежда. Племянники недовольно забормотали, надевая ботинки. Им явно не хотелось покидать тёплую квартиру, возвращаться в холодную машину и при этом оставаться без ужина.
Перед уходом Тома бросила на Аню такой взгляд, словно хотела прожечь в полу дыру.
— Эгоистка. Только о себе и думаешь. Компьютерная выскочка. Мама обязательно узнает, что ты устроила, поняла?
Она резко отвернулась и вышла, даже не сняв шапку за всё время визита.
Входная дверь громко захлопнулась.
Несколько минут спустя шаги на лестнице стихли. Видимо, ждать лифт они не стали.
Аня стряхнула с клавиатуры несуществующие крошки и допила холодный кофе.
В квартире всё ещё пахло горячей пиццей и чужими духами. На светлом полу остались мокрые грязные следы.
Позже придётся взять швабру.
Но сначала она снова открыла рабочий файл и вернулась к коду.
На следующий день телефон почти не переставал звонить.
Звонила мать.
Именно этого Аня и ожидала. Наверняка Тома уже успела в подробностях рассказать, как бессердечная сестра выставила голодных племянников на холод и демонстративно ела перед ними дорогую еду.
Аня не отвечала до самого вечера.
Лишь когда проект был закончен, проверен и успешно отправлен заказчику, она взяла телефон и открыла банковское приложение.
Затем перевела матери заметную сумму, добавив короткое сообщение:
«Томе на пиццу».
После этого без звонка и предварительной договорённости к Ане больше никто не приезжал.
