— Я так понимаю, грядки ты до сих пор не наметила?
Виктория стояла посреди двора, положив ладони на бока. На ней были светлые брюки и воздушная шифоновая блузка. Тяжёлые бусы покачивались на груди при каждом её движении. Золовка медленно оглядывала ровный зелёный газон таким хозяйским взглядом, будто уже выбирала место для теплицы и сарая с инвентарём.
— Мы вообще не собирались делать здесь грядки, Вика, — спокойно ответила Полина.
Она стояла на веранде, держа в руках дуршлаг с только что вымытой клубникой. С алых ягод капала вода, оставляя тёмные следы на деревянных досках пола.
— В каком смысле не собирались? — Виктория картинно развела руками. — А для чего тогда покупать дом за городом? Просто приезжать и воздухом дышать? Земля не должна простаивать. Я, между прочим, уже хорошую рассаду нашла.
— Кому она что-то должна? — уточнила Полина.
— Семье, — веско произнесла золовка. — На следующих выходных привезу помидоры. Сделаем участок вот здесь, вдоль забора. Артём всё перекопает.
Полина ничего не ответила. Поставила дуршлаг с ягодами на деревянный стол и медленно вытерла мокрые руки кухонным полотенцем.
Этот дом они с Артёмом приобрели два года назад.
Подходящий вариант искали долго и придирчиво. Хотелось, чтобы дорога от города не занимала много времени, поблизости был лес, а вокруг не стояли дома вплотную друг к другу.
Покупка обошлась недёшево. Пришлось оформить крупный кредит. Полина продала квартиру, доставшуюся ей от бабушки, и вложила все вырученные средства в первый взнос и последующий ремонт.
Дом получился именно таким, каким они его представляли.
Светлым, просторным, спокойным.
Они мечтали сидеть по утрам на веранде с чашками кофе, слушать птиц и смотреть на зелёный газон. Никаких бесконечных грядок, картофельных рядов и банок с заготовками. Только аккуратная трава, несколько туй у забора и долгожданная тишина.
Первые полтора года всё складывалось именно так.
Потом у старшей сестры Артёма изменился рабочий график, и все выходные внезапно стали свободными.
В первый раз Виктория приехала просто посмотреть, как устроились брат с женой. Привезла торт, ходила по комнатам, восхищалась ремонтом и хвалила выбор мебели.
Через две недели появилась снова.
Потом ещё раз.
Постепенно её визиты стали еженедельными. Вместе с этим менялся и тон золовки. Она говорила всё увереннее, а количество замечаний с каждым приездом увеличивалось.
То кухонные занавески оказывались слишком светлыми и непрактичными.
То высокий сплошной забор напоминал ей тюремную ограду.
То Артём, по её мнению, выглядел слишком худым, а значит, жена плохо его кормит.
Полина старалась не реагировать.
Когда Виктория начинала командовать во дворе, она уходила в дом или находила себе занятие на веранде.
Артём на жалобы супруги только отмахивался.
— У неё просто характер такой, — объяснял он, раскладывая дрова возле мангала. — Она ведь старшая сестра. С детства привыкла мной руководить. Пусть говорит, тебе разве жалко? Всё-таки родной человек.
Полина молча кивала.
Ради мужа можно было потерпеть два дня в неделю.
Но месяц назад Виктория приехала не с тортом, а с несколькими саженцами смородины.
Она самостоятельно вытащила их из багажника, приказала брату взять лопату и уверенно прошла на газон.
— Посадим здесь, — заявила она, указывая на самое солнечное место. — Когда ягоды пойдут, мне удобно будет собирать их на варенье.
Тогда Полина промолчала.
Она стояла на веранде и смотрела, как муж послушно снимает дёрн с их ровного, тщательно ухоженного газона.
— Я тебе говорю: на следующих выходных привезу помидоры! — громкий голос Виктории вернул её к происходящему.
Золовка уже поднялась на веранду. Она уселась на скамью, бесцеремонно придвинула к себе дуршлаг с клубникой и выбрала самую крупную ягоду.
— Мы не станем сажать помидоры, — твёрдо повторила Полина.
— Ой, будто кто-то будет у тебя разрешения спрашивать, — отмахнулась Виктория и отправила клубнику в рот. — Артём перекопает. Ему движение только на пользу. А то целыми днями сидит за своим ноутбуком.
В этот момент из дома вышел Артём.
Он был в старой домашней футболке, волосы торчали в разные стороны после сна.
— О, Вика уже приехала, — пробормотал он, протирая лицо ладонями. — Мы думали, ты только вечером будешь.
— Решила не терять время, — сообщила сестра и немного подвинулась на скамейке. — Дел сегодня полно. Я уже прикинула, где грядки расположить. Сейчас пойдёшь размечать.
— Какие ещё грядки? — не понял Артём.
— Самые обычные. Помидоры высадим, огурцы, зелень разную.
Муж виновато посмотрел на Полину.
— Вика, мы же это обсуждали. Здесь должен быть только газон. Поля не любит заниматься огородом, а у меня на это просто нет времени.
— Поле ничего делать и не придётся, — фыркнула Виктория. — Я сама буду следить. Мне врач давно советовал чаще бывать на свежем воздухе. Вот и стану приезжать, поливать, ухаживать.
Полина почувствовала, как раздражение, которое она долго сдерживала, начинает подниматься внутри.
— Вика, это наш дом и наш участок, — сухо сказала она. — Только мы будем решать, что здесь выращивать.
Виктория перестала жевать.
Она медленно оглядела невестку с головы до ног, словно оценивала зарвавшуюся прислугу.
— Деточка, — нарочито ласково начала она. — Дом покупал мой брат. На заработанные им деньги. И выплаты за него делает тоже Артём. Поэтому он имеет полное право хоть весь двор картофелем засадить.
— Девочки, только не начинайте, — примирительно произнёс Артём, поднимая руки. — Сегодня выходной. Давайте хотя бы без скандалов.
— А я вовсе не скандалю, — невинным голосом ответила Виктория. — Я забочусь о родных. Кстати, Артём, я оставила часть своих вещей в гостевой комнате. Освободи мне одну полку в шкафу. Надоело каждую неделю возить сумки туда и обратно.
Полина резко повернулась к ней.
— Какие ещё вещи?
— Самые обычные, — пожала плечами золовка. — Спортивный костюм, несколько футболок, бельё. Я теперь приезжаю сюда постоянно. Зачем каждый раз всё таскать? Пусть лежит на месте.
— Гостевая комната предназначена для гостей, — процедила Полина. — Для тех, кто приезжает время от времени, а не фактически поселяется в доме.
— Я тебе не посторонняя гостья! — голос Виктории сразу стал жёстким. — Я родная сестра хозяина этого дома и имею право чувствовать себя здесь удобно.
Она достала из сумки смартфон и бросила его на стол рядом с дуршлагом.
В этот момент пришло уведомление, и экран ярко вспыхнул.
— Вика, мы с тобой не договаривались, что ты станешь перевозить сюда одежду, — наконец вмешался Артём. — В шкафу лежат вещи Поли, в том числе зимние куртки.
— Подвинет немного, ничего с ней не случится, — отрезала сестра. — Я, между прочим, собираюсь покупать для вас рассаду за собственные деньги.
Она повернулась к брату и принялась подробно рассказывать ему, насколько подорожали удобрения и как трудно теперь найти хорошие семена.
Полина продолжала стоять возле стола.
Чужой телефон всё ещё светился. Экран почему-то не погас.
Она не собиралась заглядывать в переписку.
Просто смартфон лежал прямо перед ней, дисплей был большим, а буквы — достаточно крупными.
На экране оставалась открытой галерея. Там была фотография их загородного дома, поверх которой появилось сообщение из какого-то чата.
Полина невольно присмотрелась.
Снимок явно сделали во время прошлого визита Виктории.
На фотографии были видны светлый фасад, зелёный газон и совсем недавно установленные садовые качели.
Под изображением находилась подпись, отправленная самой Викторией:
«Моя будущая дача. Артём с этой мымрой всё равно скоро разведётся. Он слишком мягкий, а она долго не выдержит. Как раз к лету дом перейдёт мне».
Чуть ниже был ответ собеседницы:
«Место просто шикарное! Летом будем там шашлыки готовить».
Полина несколько секунд молча смотрела на экран.
Потом медленно подняла глаза.
Виктория всё ещё поучала брата, объясняя, что он выбрал неподходящую краску для забора и совершенно не умеет разумно распоряжаться деньгами.
— Значит, будущая дача? — громко и отчётливо спросила Полина.
Голос Полины прозвучал неожиданно спокойно, без крика и дрожи.
Виктория оборвала фразу на середине и резко повернулась. Проследив за взглядом невестки, она сразу поняла, что произошло. Золовка торопливо бросилась к столу, схватила смартфон и прижала его к груди, словно пыталась спрятать улику.
— Ты рылась в моём телефоне?! — возмущённо воскликнула она.
На её лице проступили красные пятна.
— Он лежал на столе с включённым экраном, — Полина скрестила руки. — Мне даже прикасаться к нему не пришлось. Так что ты там писала о нашем разводе? И почему решила, что дом достанется тебе?
Артём растерянно смотрел то на жену, то на сестру.
— Какой ещё развод? При чём здесь дом? Вы вообще о чём говорите?
— Твоя сестра, — с едкой усмешкой объяснила Полина, — успела распланировать не только участок. Она уже решила, как поселится здесь после того, как мы разведёмся. Именно так она и рассказывает своим подругам.
— Это была обычная шутка! — поспешно выпалила Виктория. — Ты увидела одну фразу и вырвала её из разговора!
— Шутка? — Полина сделала шаг вперёд. — Месяц назад ты без спроса посадила здесь смородину. Сегодня потребовала освободить тебе полку в шкафу. Теперь собираешься разбить огород. Что дальше? Ты решила постепенно вытеснить нас из собственного дома?
— Да кому ты нужна, чтобы тебя вытеснять! — сорвалась Виктория. — Ты сама здесь никто! Мой брат вкалывает на двух работах, чтобы выплачивать этот дом!
— Вика, хватит, — резко произнёс Артём.
Но сестра уже не могла остановиться.
Она презрительно махнула рукой, блеснув ярким маникюром.
— А что я неправильно сказала? Это правда! Я прекрасно знаю таких женщин. Пришла на всё готовое, сама ничего не вложила, а теперь изображает полноправную хозяйку. Да Артём в любой момент выставит тебя за дверь, и уйдёшь отсюда с одним чемоданом!
Полина не повысила голоса.
Не стала спорить с Викторией и доказывать свою правоту. Она лишь перевела взгляд на мужа.
— Артём, ты ей ничего не рассказывал?
Он отвёл глаза.
— А зачем? Это касается только нас. Я не обязан отчитываться перед родственниками о наших финансах.
— О чём он мне не рассказывал? — насторожилась Виктория.
Её прежняя самоуверенность немного исчезла, сменившись подозрением.
Полина повернулась к ней.
— О том, деточка, — с особым удовольствием повторила она любимое обращение золовки, — что значительная часть стоимости этого дома оплачена деньгами от моего наследства.
Виктория широко раскрыла глаза.
— Какого ещё наследства? — недоверчиво усмехнулась она. — Не выдумывай. У тебя никогда ничего не было.
— Квартира моей бабушки, — отрезала Полина. — Я продала её два года назад. Все деньги пошли на первый взнос и ремонт. Оставшуюся задолженность мы с Артёмом выплачиваем вместе. Половина ежемесячного платежа идёт из моей зарплаты.
Виктория несколько раз растерянно моргнула.
Её взгляд заметался между братом и его женой.
— Артём, это правда?
Он нехотя кивнул.
— Да, Вика. Дом принадлежит нам обоим. Полина вложила в него очень большую сумму.
На веранде воцарилась тяжёлая тишина.
Издалека доносился равномерный шум дороги. Где-то в кустах щебетали птицы.
Виктория машинально поправила крупные бусы. Её лицо утратило привычное властное выражение и стало растерянным, почти беспомощным.
Однако просить прощения она явно не собиралась.
— Ну и что с того? — фыркнула золовка, стараясь сохранить остатки достоинства. — Это ничего не меняет. Я родная сестра Артёма и имею полное право приезжать к нему!
— Приезжать в гости — да, — спокойно ответила Полина. — Командовать в нашем доме — нет. Забери вещи, которые оставила в спальне.
— Что ты сказала?
— Забирай свою одежду. Рассаду тоже можешь увезти. Больше не будет еженедельных приездов, постоянных ночёвок и попыток перекроить участок по своему вкусу.
— Артём, ты слышишь?! — почти завизжала Виктория, поворачиваясь к брату. — Она выгоняет меня! Твою родную сестру!
Артём устало провёл ладонью по лицу.
— Вика, Полина права. Ты действительно перешла все границы. Тебе сегодня лучше вернуться домой.
Виктория задохнулась от возмущения.
Она резко схватила со стола сумку.
— Вот как! Ну и прекрасно! Оставайтесь здесь вдвоём в своём болоте! Потом посмотрим, как вы справитесь без моей помощи!
Она быстрыми шагами спустилась с веранды и почти побежала через безупречно подстриженный газон к машине.
Через несколько минут громко взревел двигатель. Автомобиль резко сорвался с места, подняв у забора облако сухой пыли.
Артём виновато посмотрел на жену.
— Поль, она ведь не хотела ничего плохого. Просто привыкла всё решать за меня.
Полина взяла дуршлаг с клубникой.
— Мне безразлично, к чему она привыкла. В нашем доме она больше распоряжаться не будет.
С того дня минул почти месяц.
Выходные снова стали такими, о каких Полина и Артём мечтали при покупке дома: тихими, неторопливыми и спокойными.
Виктория демонстративно не звонила брату около трёх недель.
Потом всё-таки позвонила. Долго рассказывала о скачках давления и жаловалась, что некоторые люди не умеют ценить искреннюю заботу.
Артём молча выслушал сестру, несколько раз согласился, но приехать на выходные не предложил.
В субботу утром Полина вышла во двор.
Солнце уже успело прогреть воздух, а ровный зелёный газон радовал глаз своей аккуратностью.
Она направилась к забору, где месяц назад Виктория самовольно посадила три кустика смородины.
Саженцы успели укорениться и даже выпустили несколько свежих листьев.
Полина сходила в сарай и вернулась со штыковой лопатой.
Она работала осторожно, стараясь не перерубить корни. По очереди выкопала все три куста, аккуратно стряхнула лишнюю землю и сложила растения в прочный большой пакет.
Затем вынесла его за калитку и поставила рядом с площадкой для мусорных контейнеров.
Сорт, по словам Виктории, был хорошим, поэтому кто-нибудь из соседей наверняка заберёт саженцы и найдёт им подходящее место.
Полина вернулась во двор.
Разровняла землю граблями, убрала оставшиеся комья и посеяла семена газонной травы.
Закончив, она тщательно вымыла руки под садовым шлангом и поднялась на веранду.
Там её ждали свежий кофе, миска клубники и привычная тишина.
Без грядок участок действительно выглядел намного лучше.
