Представьте себе обычное воскресное утро. Спокойное, неторопливое, почти идеальное. Вам сорок семь, дети давно выросли и живут своей жизнью, а вы с мужем наконец-то остались наедине друг с другом и с собственным временем.
Вы сидите на кухне, наслаждаетесь ароматным кофе из любимой кружки, солнечные лучи играют на стенах свежего ремонта, завершённого всего полгода назад. Вы обсуждаете планы на выходные: может, сходить в кино, выбраться на прогулку или просто провести день с книгой, в тишине и без суеты.
И вдруг раздаётся телефонный звонок. На экране — имя золовки, Марьи. И внутри что-то неприятно ёкает, потому что интуиция подсказывает: сейчас этот уютный покой будет безвозвратно нарушен.
— Эммочка, привет! — бодро и громко звучит голос Марьи, как всегда напористый, без полутонов, с характерной уверенностью «простой женщины». — Позови Мишу, разговор есть. А лучше включи громкую связь, это касается всех.
Мы с Мишей переглядываемся. Ему пятьдесят четыре, мне сорок семь. Мы взрослые, состоявшиеся люди, но перед напором его старшей сестры, которой скоро стукнет шестьдесят, иногда действительно чувствуем себя неразумными школьниками.
Марья — человек щедрой души и абсолютной бесцеремонности. Из тех, кто способен заявиться в гости в восемь утра воскресенья просто потому, что «по дороге было».
— В общем, родня, — торжественно объявляет она. — У меня юбилей на носу. Шестьдесят лет! Дата серьёзная, круглая. Я тут подумала… В моей двушке тесно, жарко, обои старые. А у вас — простор, свет, гостиная большая, стол этот ваш шикарный. Так что я решила: отмечать будем у вас.
Наступает пауза. Миша смотрит на меня вопросительно, я делаю глубокий вдох. Формально просьба звучит логично: у нас действительно трёхкомнатная квартира и места хватает.
Отказать родной сестре в такой день? Это вроде как не по-человечески. Нас же с детства учили: семья — святое, родным нужно помогать и поддерживать.
— Ну… ладно, Маш, — осторожно отвечаю я. — Если вопрос только в помещении, то, конечно, приходите. Как-нибудь разместимся.
— Вот и отлично! — обрадовалась золовка. — Я так и знала, что вы не откажете. Тогда я обзваниваю родню. Человек двенадцать будет, вместе с вами. Все свои.
Ловушка захлопнулась
Беда с «простыми людьми» в том, что их простота нередко граничит с откровенной наглостью, которую они искренне принимают за проявление близости и родственных чувств.
Через два дня начались звонки.
— Эмма, слушай, я тут меню набрасываю, — деловито начала Марья. — Оливье обязательно, Валерка без него не ест. Потом «шуба», это само собой. Мясная и рыбная нарезки.
На горячее хочу твою фирменную буженину, помнишь, ты на Новый год делала? Она просто таяла во рту. Ещё картошечку с зеленью и обязательно жульен.
Я замерла с телефоном в руке.
— Маш, подожди, — перебила я. — Ты сейчас перечисляешь блюда. А кто, по-твоему, всё это будет готовить?
В трубке повисла искренняя, почти звенящая пауза — такая удивлённая тишина.
— В смысле кто? — наконец ответила она. — Ну ты же хозяйка! Ты у себя на кухне всё знаешь, где что лежит. А я пока разберусь с твоей навороченной духовкой.
В этот момент пазл сложился окончательно. Марья собиралась праздновать юбилей «у нас» вовсе не в смысле «в нашей квартире». Она планировала отметить его за наш счёт и нашими руками.
— Так, стоп, — стараясь говорить спокойно, сказала я. — Маша, давай сразу проясним. Квартиру мы предоставляем — хорошо. Но готовить на двенадцать человек — это минимум два дня у плиты.
У меня свои планы. Я думала, ты закажешь еду из ресторана или привезёшь всё готовое.
— Какой ресторан? — фыркнула она. — Ты цены вообще видела? Это же сумасшедшие деньги! А тут всё по-домашнему, душевно. Что ты начинаешь? Трудно, что ли, родне помочь?
Я продукты куплю. Ну, не все, конечно. А мясо пусть Миша выберет — он в этом лучше разбирается. И рыбу красную тоже вы возьмёте, вы же знаете, где хорошую продают.
Я положила трубку и ощутила, как внутри поднимается та самая ярость, которую мы, «хорошие девочки», годами учимся глотать и прятать поглубже.
Синдром бесплатного персонала
Вечером мы поговорили с мужем. Михаил, как и большинство мужчин, попытался сгладить ситуацию и найти компромисс.
— И что ты предлагаешь? Просто отказать? Она же обидится навсегда.
— Нет, — ответила я, удивляясь собственному спокойствию. — Отказывать мы не будем. Мы просто переведём всё в формат, который ей понятен. Хочет сервис — он будет. Но любой сервис имеет свою цену.
Я открыла ноутбук и вспомнила все предыдущие «семейные посиделки», когда мы принимали гостей «от чистого сердца», а потом я, валясь с ног, оттирала плиту от жира, мыла горы посуды и собирала осколки бокалов, пока довольные родственники разъезжались по домам спать. Хватит.
Смета радушия
Через три дня Марья приехала к нам «обсудить организационные моменты». Она уже мысленно рассадила гостей, решила, где будет сидеть дядя Коля, и явно предвкушала свой триумф.
— Ой, Эмма, я тут подумала, торт я сама испеку, — с порога заявила она с видом великодушной благодетельницы. — Хоть чем-то тебе помогу.
Я улыбнулась максимально вежливо, пригласила её за стол и положила перед ней аккуратно распечатанный лист формата А4.
— А это что? — Марья прищурилась, пытаясь разобрать текст.
— Это условия проведения мероприятия в нашей квартире, — спокойно сказала я. — Раз уж подходим к делу серьёзно, давай всё заранее согласуем.
Марья взяла лист. В нём чётко и без эмоций было указано:
Аренда помещения — бесплатно (подарок от брата).
Услуги повара (5 салатов, 2 горячих блюда, закуски на 12 человек) — 5 000.
Закупка продуктов — силами заказчика либо по чекам + 2 000 за услуги выбора и доставки.
Продуктовая корзина (мясо, рыба, алкоголь, овощи, деликатесы) — ориентировочно 20 000, оплата заранее.
Обслуживание гостей (смена посуды, подача блюд, разлив напитков) — не предоставляется. Самообслуживание.
Уборка после банкета (посуда, полы, мусор, чистка мебели при необходимости) — 5 000 (клининг) либо силами именинницы сразу после праздника, до 23:00.
Она читала долго. Сначала удивлённо поднялись брови, потом покраснели щёки, а под конец задрожали губы.
— Это… это вообще что? — прошептала Марья, глядя на меня глазами, полными неподдельного ужаса. — Эмма, ты серьёзно? Ты с родной золовки деньги требуешь?
— Маша, покажи мне пункт, где я беру деньги себе, — всё тем же ровным, деловым тоном ответила я. — Посмотри: аренда — бесплатно.
— Но мы же семья! — взвизгнула она. — Раньше всегда собирались, все на стол несли, никто ничего не высчитывал!
— Раньше, Маша, мы были моложе и куда наивнее.
Я не против праздника. Но я не спонсор и не бесплатная кухарка.
Марья с размаху швырнула лист на стол.
— Я такого унижения не ожидала! — закричала она. — Михаил, ты слышишь, что твоя жена устроила? Она мне счёт выставила!
Миша спокойно поднял глаза.
— Маш, а как ты себе это представляла? Эмма работает и устаёт. Почему она должна готовить на двенадцать человек за свой счёт? Мы посчитали — это дорого и тяжело. Хочешь у нас — вот условия. Или давай праздновать в кафе.
— Да подавитесь вы своей квартирой! — Марья вскочила, опрокинув стул. — Ноги моей здесь больше не будет!
Она вылетела из квартиры, хлопнув дверью так, что люстра жалобно задрожала.
В итоге юбилей Марья праздновала у себя в двушке. Говорят, было тесно и душно, гости сидели чуть ли не друг у друга на коленях. Салаты она резала сама вместе с какой-то подругой до трёх ночи, а потом всем рассказывала, что у неё подскочило давление и «спина отвалилась».
Нас с Мишей, разумеется, не пригласили.
А вы позволяете родственникам устраивать праздники за ваш счёт?
Делитесь своим мнением в комментариях — обсудим.
