Сайты знакомств — настоящий клад для наблюдателя за человеческой природой и неиссякаемый источник идей для сатиры. Порой кажется, что вместо анкет там стоило бы публиковать полноценные медицинские досье с подробным анамнезом. С возрастом я, как самостоятельная женщина, научилась грамотно распределять свое время, ценить собственный труд и не строить иллюзий о принцах на белых «Мерседесах». Однако любопытство, свойственное женской натуре, никуда не исчезает.
Его звали Аркадий. Сорок два года, в профиле — аккуратные фотографии в стильных костюмах, рассуждения о духовном росте и фраза: «Ищу музу, уставшую от мужской инфантильности». Мы переписывались около трех дней. Он щедро сыпал цитатами, делился историями о своем инвестиционном портфеле и производил впечатление вполне адекватного и состоятельного мужчины.
На встречу он пригласил в пятницу вечером — в известный и весьма дорогой мясной ресторан в центре города. Перед выходом, ради интереса, я вытянула карту Таро, чтобы посмотреть, как сложится вечер. Выпала Четверка Пентаклей — символ жадности и стремления удержать каждую копейку. Я лишь усмехнулась: ну какая скупость может быть в дорогом стейк-хаусе? Карты, видимо, решили подшутить.
Я выбрала элегантное платье, сделала укладку и приехала точно ко времени. Аркадий уже ждал за столиком. В реальности он оказался чуть ниже ростом, заметно более лысеющим и гораздо более суетливым, чем на фото. На нем была водолазка, явно не первой свежести, но держался он так, будто возглавляет нефтяную корпорацию.
Первые двадцать минут прошли под знаком его монолога. Он говорил без остановки: о сложностях ведения бизнеса, о предательстве партнеров, о том, что современные женщины якобы интересуются исключительно деньгами. Мой врожденный такт и эмпатия сыграли свою роль — я кивала, внимательно слушала, иногда вставляла короткие реплики. Подогретый таким вниманием, Аркадий окончательно уверился в собственной исключительности.
К нашему столику подошел официант с блокнотом. Аркадий взял тяжелое меню в кожаной обложке, быстро пробежался по нему глазами и, небрежно откинувшись на спинку стула, начал заказывать:
— Так, значит. Мне стейк Рибай, прожарка строго медиум-рэар. К нему овощи гриль, соус с голубым сыром и бокал лучшего аргентинского Мальбека.
Он захлопнул меню и передал его официанту, после чего перевел взгляд на меня — оценивающий, почти инспектирующий.
Я уже собиралась сделать заказ, открыла рот, чтобы попросить салат с морепродуктами, но Аркадий меня опередил. Он скользнул взглядом по моей фигуре, снисходительно улыбнулся и произнес фразу, которую, пожалуй, можно считать вершиной скупости, облеченной в псевдозаботу:
— А ты, я смотрю, в отличной форме. Следишь за собой — молодец. Девушкам вечером тяжелую пищу есть вредно: и на коже сказывается, и карму портит. Я вообще не выношу тех, кто постоянно жует. Принесите ей просто воды. Без газа. С лимоном. Этого будет достаточно.
Официант, явно повидавший за годы работы самые разные сцены, мгновенно принял нейтрально-каменное выражение лица. Однако в его взгляде на секунду мелькнула смесь искреннего сочувствия и почти первобытного ужаса.
В зале негромко звучала расслабляющая лаунж-музыка, воздух был насыщен ароматами жареного мяса и пряного розмарина. А я сидела и буквально ощущала, как внутри меня медленно, со скрежетом, разворачивается тяжёлая артиллерия сарказма.
Я не стала смущённо опускать глаза, не начала торопливо оправдываться, что, мол, не голодна. И уж точно не собиралась проглатывать это унижение ради поддержания светской беседы.
Я мягко улыбнулась, встретилась взглядом с его беспокойными глазами и спокойным, почти ласковым голосом спросила:
— Аркадий, прошу прощения за прямоту, но ваш инвестиционный портфель сейчас переживает дефолт, или мы участвуем в каком-то социальном эксперименте на выживание?
— В каком смысле? — его самодовольная улыбка мгновенно исчезла. — Причём тут дефолт? Я просто забочусь о твоём здоровье! На ночь вредно есть!
— Моё здоровье — зона ответственности моего врача, — спокойно ответила я и повернулась к официанту. — Будьте добры, верните меню. Итак: мне севиче из лосося, филе миньон прожарки медиум и бокал Шабли. Воду с лимоном тоже оставьте — пригодится, чтобы запивать чужие советы.
Аркадий заметно побледнел, затем его лицо покрылось неровными красными пятнами. Водолазка вдруг стала ему тесной, движения — нервными.
— Подожди! — он наклонился ближе, понизив голос. — Мы так не договаривались! Я не собираюсь оплачивать твои гастрономические прихоти! Я ищу духовную музу, а не человека, который приходит в ресторан поесть! У меня есть принципы! Женщина должна быть скромной!
— Спокойнее, Аркадий, поберегите нервы, — я невозмутимо промокнула губы салфеткой. — Ваши принципы останутся при вас, вместе с вашим Рибаем. Я, к счастью, в состоянии оплатить собственный ужин без помощи наставников по духовности. И, пожалуйста, раздельные счета. У моего спутника, похоже, строгий режим экономии.
Оставшуюся часть вечера мы провели в звенящей тишине. Для меня этот ужин оказался одним из самых приятных: я неспешно наслаждалась прекрасно приготовленным мясом, запивала его хорошим вином и с неподдельным интересом наблюдала за поведением Аркадия.
Его стейк, судя по всему, перестал приносить удовольствие. Он нервно жевал, бросал на меня недобрые взгляды и с раздражением уничтожал овощи, напоминая зверька, у которого пытаются отнять запасы. От прежнего образа солидного мужчины не осталось и следа — передо мной сидел обычный, зажатый и мелочный человек, панически боящийся потратить лишние деньги.
Когда принесли терминал, я спокойно оплатила свой счёт, оставила официанту щедрые чаевые за выдержку и поднялась из-за стола.
Аркадий в этот момент сосредоточенно изучал свой чек, недовольно что-то бормоча.
— Спасибо за вечер, Аркадий, — сказала я, накидывая пальто. — Готовят здесь действительно отлично. А вам рекомендую перед следующими свиданиями пить побольше воды с лимоном — говорят, помогает выводить жадность. Всего доброго.
Я вышла на улицу, вдохнула прохладный вечерний воздух и почувствовала, как настроение становится почти праздничным. Карты, как всегда, оказались правы. А Аркадий, разумеется, успел заблокировать меня в приложении ещё до того, как я добралась домой — вероятно, отправился искать музу, питающуюся исключительно воздухом и росой.
Подобные ситуации — отличный индикатор. Если мужчина уже на первом свидании, прикрываясь заботой или высокими принципами, пытается сэкономить на вашем элементарном комфорте, при этом демонстрируя откровенное потребительское отношение — это не случайность, а диагноз. В таких случаях не стоит подстраиваться или молчать. Лучший ответ — холодная ирония и раздельный счёт, который мгновенно снимает с них маску благородных и щедрых людей.
