Решение съехаться с Миланой выглядело вполне разумным и даже закономерным. Полгода встреч, схожие взгляды, её воодушевлённые речи о том, как она мечтает «вить гнездо» и создавать домашний очаг. В свои двадцать восемь она занимала должность менеджера по закупкам, я же работал ведущим инженером в угледобывающей компании. Мы договаривались о совместном бюджете и равном распределении обязанностей — всё казалось взрослым и продуманным.
Переехали мы в пятницу. А уже в понедельник утром, пока я перед зеркалом завязывал галстук, Милана продолжала нежиться в постели, неторопливо попивая кофе.
— Ты не опаздываешь? — спросил я, бросив взгляд на часы.
— А я никуда не иду, — ответила она с улыбкой, будто сообщала о крупном выигрыше. — Я уволилась, Дим. В пятницу написала заявление.
— В каком смысле? Тебя сократили?
— Нет, я сама решила. Понимаешь, офис убивает мою женскую энергию. Я там буквально чахну. Осознала, что создана для другого — для любви, для уюта, для вдохновения своего мужчины. Теперь я буду твоей музой.
Это звучало как фраза из недорогого любовного романа, но в её глазах светился почти фанатичный огонёк. Милана искренне была уверена, что одного её присутствия достаточно, чтобы мой доход утроился — благодаря «правильным вибрациям» и гармонии в пространстве.
Утром спорить было некогда. Я ушёл на работу, решив обсудить этот внезапный поворот вечером.
Возвращаясь домой около восьми, я мысленно представлял обещанный «уют»: горячий ужин, чистую квартиру, может быть, даже пирог к чаю. Но действительность оказалась куда прозаичнее.
В раковине громоздилась немытая посуда ещё с выходных. По дивану были разбросаны вещи. Сама же «Муза» сидела в позе лотоса посреди гостиной, в наушниках, окуривая комнату каким-то резким шалфеем.
— Привет, любимый! — пропела она. — Как прошёл день? Чувствуешь, как изменилась атмосфера? Я три часа медитировала на твой успех.
— Атмосферу чувствую, — сказал я, распахивая окно, чтобы проветрить помещение от запаха палёной травы. — А ужин где?
Милана удивлённо захлопала ресницами.
— Дим, ну какой ужин? Готовка — это низкие вибрации. Запах лука, жир… это всё заземляет. Я заказала пиццу, курьер скоро будет. Ты оплатишь?
Так стартовала неделя моего «вдохновения».
Оказалось, что выражение «создана для уюта» в её понимании означало не создавать уют собственными руками, а просто пребывать в комфортной среде.
Уборка? «Это портит маникюр и отнимает ресурс, нам нужен клининг».
Глажка рубашек? «Рабский труд, мужчина сам должен заботиться о своём внешнем виде».
Покупка продуктов? «Тяжёлые пакеты вредят женскому здоровью, лучше заказать доставку».
Её дни проходили за косметическими масками, занятиями йогой, вебинарами на тему «как стать богиней» и регулярными просьбами перевести деньги на очередные «женские радости».
— Мила, — попытался я в четверг апеллировать к здравому смыслу, рассматривая выписку по кредитке. — Твоя «энергия» обходится мне в 20 тысяч в неделю. При этом дома хаос, а едим мы один фастфуд. Я не олигарх. Мне нужен партнер, а не дорогостоящий элемент декора.
Она посмотрела на меня с мягким состраданием, словно на наивного школьника.
— Ты просто не понимаешь. Ты мыслишь категориями дефицита. Как только ты расслабишься и начнешь щедро давать мне ресурсы, вселенная вернет тебе в сто крат. Я раскачиваю твой финансовый поток!
Развязка случилась в субботу.
Я проснулся от её оживлённого разговора по телефону — Милана делилась с подругой стратегическими планами.
— Да, он пока сопротивляется. Жмется. Не понимает, что женщину надо баловать, чтобы она цвела. Ну ничего, я его перевоспитаю. Главное, не работать, чтобы не включать «мужика». Пусть крутится.
Я лежал, уставившись в потолок, и вдруг ясно понял: дело даже не в деньгах. Меня не просто использовали — меня сознательно «форматировали», подгоняя под роль бесконечного ресурса. Из меня пытались сделать ломовую лошадь, которая обязана тянуть повозку за двоих, пока наездница будет «раскрываться» и «сиять» за мой счет.
Чемодан я собрал быстро — понадобилось не больше двадцати минут.
— Что происходит? — Милана выронила телефон, увидев свои вещи у двери.
— Происходит оптимизация потоков, — спокойно произнес я. — Мой финансовый канал не справляется с твоей космической энергией. Ты создана для любви и уюта, я не спорю. Но, к сожалению, я создан для работы и реальности. Наши предназначения не совпадают.
— Ты выгоняешь девушку на улицу? Без работы?
— Ты не без работы. У тебя есть профессия — вдохновлять. Попробуй вдохновить кого-нибудь побогаче, кто готов содержать бездельницу под видом музы. А мне нужна земная женщина, с которой можно и ипотеку платить, и борщ сварить.
Она ушла, бросая в мой адрес обвинения в «нищебродской психологии» и пророча скорый крах без её энергетической подпитки.
Прошло полгода. Я получил повышение — видимо, отсутствие драм, скандалов и расходов на эзотерические ритуалы благоприятно сказалось на продуктивности. В квартире порядок, бюджет стабилен, деньги откладываются на отпуск. Милана, по слухам, снова живет с родителями и находится в поиске нового «донора», готового оплачивать её «вибрации».
Современная трактовка «женственности», активно продвигаемая в соцсетях, нередко искажает реальность. Некоторые начинают верить, что отказ от работы и бытовых обязанностей автоматически делает их «ценным призом». Однако в здоровом союзе вклад должен быть соразмерным: если один партнер полностью обеспечивает семью финансово, второй, как правило, берет на себя организацию быта и создание комфорта.
Сценарий, при котором один работает, а другой «просто красивый» и требует обслуживания, по сути является паразитированием. Я вовремя понял, что меня постепенно превращают в обслуживающий персонал для чужих иллюзий. Отказ содержать взрослого трудоспособного человека, прикрывающего бездействие эзотерикой, — это не жадность, а нормальные границы и уважение к себе.
А вы готовы полностью обеспечивать партнера, который занят исключительно «саморазвитием и вдохновением», или считаете, что вклад в отношения должен быть реальным и ощутимым?
