— Включай уже, ну чего ты тянешь? — Игорь сиял, словно только что выиграл в лотерею, и торжественно пододвигал ко мне черный матовый цилиндр.
Подарок на нашу пятую годовщину. Про саму дату он, конечно, забыл с утра, но телефонный календарь, видимо, оказался более внимательным супругом. Я смотрела на устройство настороженно: по верхнему ободку медленно скользил фиолетовый огонек, напоминающий зрачок хищника, который оценивает добычу.
Муж подарил мне умную колонку. Ночью я в шутку спросила, кто здесь был днем, и колонка назвала имя моей сестры.
Игорь застыл с вилкой в воздухе, и кусок мяса с влажным шлепком вернулся обратно в тарелку. В кухне повисла такая тишина, что даже холодильник вдруг зазвучал как турбина самолета.
— Вероника? — переспросил он, и голос предательски сорвался. — Какая еще Вероника?
— У меня одна сестра, Игорь. И других Вероник среди наших знакомых я не припомню.
Он аккуратно положил приборы, вытер рот салфеткой и нервно хихикнул. Смех прозвучал натянуто, а взгляд стал холодным и беспокойным.
— Это глюк, Тань. Алгоритмы иногда ошибаются, искусственный интеллект учится на огромном потоке информации. Наверное, по телевизору услышал имя и выдал первое, что пришло в «голову».
Я посмотрела сначала на его влажный лоб, затем на мерцающий цилиндр.
— По телевизору шел футбол. Вряд ли там бегали женщины с именем моей сестры.
Он резко вскочил и начал собирать тарелки, хотя мы еще не закончили ужин. Движения стали дергаными, суетливыми, будто он надеялся смыть тревогу вместе с посудой.
— Ты просто не разбираешься в технологиях! — заговорил он быстрее обычного. — На форуме читал: один такой помощник вообще признался в любви кухонному комбайну. Ошибка системы, и все. Когда Веронике тут быть? Она на работе, я в офисе.
— А я была в командировке.
Он загремел посудой с таким усердием, словно хотел разбить тарелки, лишь бы не отвечать на очевидное. Я сидела неподвижно и смотрела на черный пластик. Ситуация выглядела анекдотичной, но мне было совсем не смешно.
Ночью я почти не спала. Игорь храпел громко и тяжело, будто пытался перекрыть и мои мысли, и собственные сомнения. Утром он ушел раньше обычного, сухо чмокнув меня в щеку и пробормотав что-то о срочных отчетах. Дверь хлопнула, и квартира осталась в моем распоряжении — вместе с загадочной колонкой.
Я подошла к ней почти с опаской.
— Привет, — сказала тихо.
— Здравствуйте, Татьяна, — ответил бархатный, бездушно-вежливый голос.
— Что ты умеешь?
— Могу включать музыку, сообщать новости, управлять освещением при наличии совместимых устройств.
— Освещение не нужно. Скажи лучше, какие запросы были вчера днем?
Колонка мигнула и выдала стандартную фразу о защите персональных данных. Умная техника хранила тайны моего мужа надежнее, чем он сам.
Я пошла варить кофе, но мысли крутились вокруг Вероники. Моя младшая сестра — эмоциональная, порывистая, вечная искательница себя и спонсоров для закрытия кредитов.
Телефон пискнул. Сообщение от нее: «Танюш, привет! Ты вернулась? Забегу вечером на салатик?» Раньше я бы обрадовалась, но теперь внутри все болезненно сжалось.
Я ответила сухо: «Заходи, Игорь тоже будет дома». Почти сразу прилетел желтый смайлик с сердечками. Он показался издевательским.
Весь день я словно проверяла квартиру на отпечатки чужого присутствия. В ванной мои кремы стояли не так, как обычно — выстроенные по размеру, а не по частоте использования. Крышка на дорогой маске была закручена без характерного щелчка, а я всегда доворачиваю до упора.
Подушка на диване лежала на угол, хотя я неизменно кладу ее ровно. Мелочи, крошечные отклонения от привычного порядка, теперь выглядели уликами.
Вечером Игорь вернулся с длинными красными розами — броскими и банальными, словно купленными в первом попавшемся киоске. Такие цветы он приносил только после серьезных проступков, например, когда разбил фару моей машины.
— Танюша, любимая! Для самой прекрасной женщины! — произнес он с избыточным энтузиазмом.
Почти сразу за ним появилась Вероника — в слишком коротком платье и облаке сладких духов. Она поцеловала Игоря в щеку чересчур привычно, словно это было ежедневным ритуалом.
— Приветики! Ой, какие цветочки, Игорь, ты романтик! — защебетала она, избегая моего взгляда.
Мы уселись за стол. Я поставила вазу с розами рядом с колонкой, и черный цилиндр на фоне алых бутонов выглядел как памятник на кладбище. Вероника болтала без остановки, Игорь поддакивал, старательно не встречаясь со мной глазами.
— У меня новость! Я записалась на курсы астрологии, буду делать натальные карты! — гордо сообщила сестра.
— Тебе подходит, ты у нас… космическая, — неловко вставил Игорь и тут же осекся.
Их взгляды пересеклись на долю секунды, но этого хватило. В этом коротком обмене читалась тайна — общая, липкая, скрытая от меня.
— А это что? — Вероника указала вилкой на колонку.
— Подарок. Умный помощник, — ответила я спокойно, аккуратно разрезая мясо.
— Класс! Эй, колонка! Включи что-нибудь веселенькое!
Цилиндр вспыхнул мягким светом и бодро произнес:
— Включаю ваш любимый плейлист «Дискотека девяностых».
На кухне резко зазвучали первые аккорды какой-то попсовой песенки про «бухгалтера», которую я терпеть не могла. Игорь закашлялся от вина, так что лицо у него стало красным, а Вероника застыла с открытым ртом, явно ошарашенная.
— Откуда она это знает? — прошептала сестра, побледнев под слоем тонального крема.
— Искусственный интеллект быстро учится, — спокойно ответила я, откладывая нож. — Видимо, ты слишком часто бываешь здесь, пока я работаю в командировках.
— Таня, перестань! — Игорь попытался включить «строгого мужа», но голос его срывался. — Я же говорил, это просто сбои, колонка считывает общий контекст!
— Контекст, говоришь? — я подошла к устройству. — Колонка, стоп.
Музыка замолкла, и за окном стало слышно вечерний город. Я смотрела на мужа, ощущая ледяное спокойствие внутри.
— А теперь, моя дорогая пластмассовая помощница, расскажи, какие напоминания создавались за последние три дня.
Голос колонки прозвучал ровно, четко, словно на допросе:
— Напоминание на вторник, 14:00: «Купить полусладкое и эклеры, которые любит Зая». — Напоминание на среду, 19:00: «Проветрить квартиру и сменить белье перед приездом Цербера».
Вероника уронила вилку, звон металла о тарелку прозвучал как выстрел. «Цербер» — так меня называли за глаза с самого начала отношений. Игорь побелел, выглядел, как несвежая моцарелла — белый и бесформенный.
— Это… это для работы! — заикаясь, выдавил он. — Зая — это заказчик, фамилия Зайцев! А Цербер — новый начальник службы безопасности!
— Заказчик Зайцев любит эклеры? — ледяным тоном спросила я. — А начальник приходит домой проверять белье?
— Таня, это бред! — вскрикнула Вероника, пытаясь перевернуть ситуацию. — Ты накручиваешь! Может, колонку взломали хакеры!
Она всегда старалась выставить меня сумасшедшей, чтобы сбить с толку и заставить сомневаться в своей адекватности.
— Конечно, взломали, — кивнула я, доставая телефон. — Глобальный заговор против нашей семьи.
Я открыла приложение управления колонкой и включила историю команд. С динамика прозвучал голос мужа: «Колонка, поставь будильник на шесть тридцать. Надо успеть убрать всё до прихода этой грымзы». Следом раздался звонкий смех Вероники: «Да ладно тебе, мой тигр, успеем!»
В комнате повисла тяжёлая тишина. «Тигр» и «Зая» — не семья, а дешевый контактный зоопарк.
— Грымза, значит, — спокойно произнесла я.
Я наконец почувствовала, как с моих ног сняли тесные туфли, натиравшие последние пять лет. Передо мной стояли испуганные, пойманные на лжи дети, которые разбили мамину любимую вазу.
— Таня, это не то, что ты думаешь… — начала сестра.
— Замолчи, — тихо сказала я, и она мгновенно закрыла рот.
Я подошла к двери и распахнула её настежь.
— Вон.
— Таня, давай поговорим! — вскочил Игорь, опрокинув стул. — Это ошибка, монтаж, мы всё обсудим!
— Вон, оба, — твердо повторила я. — Твое здесь только ипотека, а эта колонка — моя.
— Но это моя квартира тоже! — взвизгнул он, теряя человеческий облик.
— Забирай свои носки, своего «тигра» и «Заю» и уходите немедленно.
Игорь попытался схватить меня за локоть, но я отшатнулась и громко произнесла:
— Колонка, найди номер участкового полиции.
Цилиндр мигнул красным и начал диктовать цифры.
— Не надо! — завопил муж, пятясь к выходу. — Мы уйдем без полиции!
Они сыпались с порога, хватая сумки и зарядки, ругаясь друг на друга. Когда дверь захлопнулась, я заперла замок и накинула цепочку. Вернувшись на кухню, села за стол и налила себе вина, которое Игорь открыл для своего неудавшегося праздника.
В квартире воцарилась тишина — не пустая, а тишина свободы. Без лжи, без чужих духов, без страха.
Я посмотрела на черный цилиндр, мерцающий спокойным фиолетовым светом. Мой единственный союзник в этом доме, кусок пластика, порядочнее родных людей.
— Колонка, — позвала я.
— Да, Татьяна?
— Ты молодец.
— Спасибо, стараюсь быть полезной.
— Включи что-нибудь… для новой жизни.
— Жанр уточните: рок, классика, джаз?
Я усмехнулась и сделала глоток вина.
— Включи «Я свободна». И громкость на максимум.
Первый мощный аккорд ударил по ушам, наполняя пространство торжеством. Завтра я поменяю замки, подам на развод, заблокирую номер сестры. Но сегодня — только музыка, и никакая «Зая» мне больше не мешает.
