Говорят, если хочется узнать, насколько крепок брак, — затейте ремонт. Мы с моим мужем Андреем этот тест не прошли ещё на этапе выбора плитки, просто тогда я этого не осознавала. Нам казалось, что мы действуем как одна команда. Ему было тридцать семь, мне — тридцать четыре. Детей пока не было, зато имелись планы, амбиции и двухкомнатная квартира на вторичке с унылым «бабушкиным» интерьером, которую мы вознамерились превратить в стильный лофт своей мечты.
Андрей считал себя человеком «с золотыми руками». По крайней мере, он сам в этом был уверен. Работал он системным администратором, но в глубине души ощущал себя непризнанным прорабом.
— Зачем нам бригада, Катя? — убеждал он меня, размахивая перфоратором словно знаменем. — Эти шабашники только деньги тянут и всё портят. Я сделаю сам. Да, не быстро, зато на совесть. Мы же для себя стараемся!
Я согласилась. Это решение стало моей роковой ошибкой.
Ремонту — старт
Поначалу всё шло бодро. На майских праздниках Андрей с азартом рушил стены. Мы избавились от старой мебели, содрали обои, сняли полы до бетона. Квартира превратилась в серую пустую коробку, наполненную пылью и гулким эхом.
— Вот, фундамент готов! — радовался муж. — Теперь будем создавать красоту.
Но энтузиазм начал таять быстрее, чем заряд у старого смартфона.
Сначала он занялся электрикой. Делал основательно, по вечерам после работы. На это ушёл целый месяц. Месяц мы существовали среди свисающих проводов, словно в подвале из киберпанк-фильма.
Затем пришла очередь стяжки пола. Ещё месяц — потому что «технология требует», а сил хватало максимум на одну полоску в день.
К сентябрю наша жизнь превратилась в настоящий ад.
Кухня без мебели, вместо стола — коробки. В ванной ни одной плитки, лишь стены в грунтовке, о которые царапаешься во время душа. Вещи — в мешках. Пыль повсюду: на зубах, в еде, в постели, в волосах.
Андрей возвращался с работы, ел пельмени — готовить что-то другое было нереально — и ложился на диван.
— Андрюш, а плитка? — осторожно спрашивала я.
— Кать, я вымотался. На работе завал. В выходные займусь.
В выходные он «занимался» следующим образом: ехал в строительный магазин, бродил там три часа, выбирая «идеальный» клей, возвращался домой, пил пиво и заявлял, что уже поздно шуметь.
Так прошло полгода. Полгода жизни на стройке. Я перестала звать гостей, перестала ощущать себя женщиной и превратилась в уборщицу строительного мусора. Нервы истончились, как самые дешёвые обои.
В ноябре терпение лопнуло.
— Андрей, нам нужно нанимать рабочих, — сказала я твёрдо. — Скоро Новый год. Я не хочу встречать его с бетонной стяжкой вместо пола.
— Ты что, с ума сошла? — вспыхнул он. — У них цены бешеные! Они всё испортят. Я сам закончу. Мне просто нужно время. И вдохновение.
— У тебя было полгода! — сорвалась я. — Мы живём как на стройплощадке!
— Не драматизируй. Рим тоже не за день построили.
Он обиделся и ушёл играть в компьютер. В тот момент я поняла: если не возьму всё в свои руки, мы состаримся среди этих руин.
Я вызвала мастера
Искать специалистов я начала тайком от мужа. Мне нужен был не просто плиточник, а человек, который придёт и доведёт всё до конца быстро и без лишних разговоров. На одном из профильных сайтов я наткнулась на портфолио некоего Артёма. Восторженные отзывы, идеальные фото работ… и фотография самого мастера.
Артёму было двадцать восемь. На аватарке он улыбался белоснежной голливудской улыбкой, стоя в каске. Подтянутый, спортивный, с татуировками на загорелых руках. Я позвонила. На замер он приехал уже на следующий день — как раз тогда, когда Андрей был на работе.
Вживую Артём оказался ещё эффектнее, чем на снимках. От него пахло не потом и перегаром, а хорошим парфюмом и свежими опилками. Он осмотрел наш «долгострой», профессионально прищурился и покачал головой.
— Основа нормальная, но процесс затянут, — сказал он приятным баритоном. — Хозяин начал и перегорел? Часто бывает.
— Именно так, — вздохнула я. — Сколько вам нужно, чтобы закончить санузел и коридор?
— Две недели. Если начну завтра.
Мы договорились. Я внесла предоплату из своей заначки. Вечером поставила мужа перед фактом.
— Завтра приходит мастер. Он доделает плитку и стены. Я больше ждать не могу.
Андрей побагровел.
— Ты меня не уважаешь! Деньги на ветер! Кто он вообще такой? Очередной криворукий с улицы!
— Его зовут Артём, у него отличные отзывы. И он обещал сделать за две недели то, что ты не смог закончить за полгода.
На следующее утро, в субботу, Андрей демонстративно остался дома — «проконтролировать этого твоего мастера». В девять ровно раздался звонок в дверь.
Артём вошёл, излучая энергию. В чистом рабочем комбинезоне, сидящем как влитой, с профессиональным инструментом в кейсах.
— Доброе утро! — улыбнулся он мне. — Ну что, где у нас фронт работ?
Андрей вышел в коридор в старых трениках с вытянутыми коленями и застиранной майке. Он выглядел… как уставший муж на фоне молодого бога ремонта.
Они обменялись взглядами. Воздух словно наэлектризовался.
— Здрасте, — буркнул Андрей. — Я хозяин. Буду следить. Без халтуры.
— Без проблем, — легко ответил Артём. — Контроль — это правильно.
Он принялся за работу. Быстро, чётко, уверенно. Включил негромкую музыку, замешивал раствор, резал плитку. Параллельно шутил, делал комплименты («У вас отличный вкус», «Интересная планировка») и советовался со мной по деталям.
Я крутилась рядом, приносила ему кофе. Андрей сидел на кухне мрачнее грозовой тучи. Он слышал наш смех, видел, как я смотрю на молодого, сильного мужчину, который решает мои проблемы, пока он сам их только создавал.
Через пару часов Андрей не выдержал и зашёл в ванную, где Артём укладывал плитку.
Очнулся, как от пощёчины
— Слушай, ты клей не так распределяешь, — вмешался муж. — Гребёнкой надо вести в другую сторону.
— Метод допускает оба варианта, шеф, — невозмутимо ответил Артём, даже не притормаживая работу. — Важна сцепка. Я даю гарантию пять лет. А вы, я так понимаю, больше по теории?
Это прозвучало как плевок. Андрей вылетел из ванной, пунцовый, будто его ошпарили.
— Катя! — процедил он уже на кухне. — Выгони его немедленно! Он хам! Он к тебе липнет!
— Он выполняет работу, Андрей. И делает это отлично. Если тебя задевает, что другой мужчина справляется с тем, что ты полгода откладывал, — возьми и сделай сам. Но ты же всё время «устал».
Весь остаток дня Андрей метался по квартире, словно зверь в клетке. Он видел, как серые стены начинают выглядеть по-человечески. Видел, как я смотрю на Артёма — с благодарностью и искренним восхищением.
Ревность — штука мощная. Она способна рушить империи, а иногда… внезапно ускорять ремонт.
На следующее утро, в воскресенье, Артём должен был прийти снова. Но в восемь утра меня разбудил знакомый визг перфоратора. Я выскочила в коридор.
Андрей, в чистой рабочей одежде, с каким-то почти безумным блеском в глазах, штробил стену под розетки в спальне — ту самую, до которой он «никак не доходил» уже три месяца.
— Ты что делаешь? — спросила я, ещё толком не проснувшись.
— Звони своему Артёму, — рявкнул он, не оборачиваясь. — Скажи, что он свободен. Я всё сделаю сам.
— Андрей, но ты же…
— Я сказал — сам! — он резко повернулся, и я увидела в нём тот самый огонь, которого давно не было. — Я не позволю какому-то мальчишке крутиться перед тобой в моём доме. Я мужик или нет? Плитку уложу сам. Лучше. И быстрее.
Я не стала спорить. Позвонила Артёму, извинилась и заплатила неустойку за отмену работ — ни разу не пожалела.
Следующую неделю я будто жила с другим человеком. Андрей приходил с работы и… работал. До глубокой ночи. В выходные поднимался в семь утра и сразу брался за шпатель. Плитку он уложил за три дня — ровно, аккуратно, как по уровню. Потом пошли обои, кухня, мелочи.
Он пахал с яростью человека, который догоняет упущенное. Соревновался с невидимым Артёмом, доказывая мне и самому себе, что он способен, что он сильнее и умеет больше.
Каждый завершённый этап он демонстрировал мне с детской гордостью:
— Ну как? Твой красавчик так смог бы?
— Нет, любимый, — отвечала я, обнимая его. — Ты у меня самый лучший мастер.
Через месяц ремонт был завершён. Полностью.
