В середине мая Раиса Николаевна набрала Сергея:
— Серёженька, приезжай в субботу на дачу. Мне нужна помощь: грядки вскопать, рассаду посадить. Одной не справиться.
Сергей согласился без колебаний. Мне сорок один, ему сорок три, мы женаты уже девять лет. Особой близости со свекровью у меня никогда не было, но и конфликтов тоже — просто вежливо-нейтральные отношения. Раиса Николаевна вдова, семьдесят один год, здоровье среднее. Дача находится в Чеховском районе, участок восемь соток.
— Окс, поедешь? — спросил Сергей вечером. — Маме помощь нужна.
— Конечно, — ответила я, кивнув.
В субботу утром мы прибыли на место. Раиса Николаевна встретила нас на крыльце с чашками чая:
— Ой, детки приехали! Оксаночка, как хорошо! Пойдёмте, покажу, что нужно сделать.
Она провела экскурсию по огороду: двадцать грядок под помидоры, огурцы, перцы и баклажаны. Клубнику прополоть — три длинные гряды. Малина нуждалась в подвязке, теплицу нужно было помыть изнутри, дорожки от сорняков очистить.
Сергей взялся за теплицу и тяжёлую копку, я — за прополку и посадку рассады. Работали с девяти утра до восьми вечера. Раиса Николаевна варила обед, приносила чай, но сама почти не помогала — сидела на веранде, жалуясь на спину.
Вечером мы уехали усталые и запылённые. По дороге Сергей сказал:
— Спасибо, что помогла. Маме одной тяжело.
Я только кивнула. Действительно, старой женщине нелегко. Помощь — естественно.
Через две недели Раиса Николаевна снова позвонила:
— Серёжа, приезжайте в субботу. Грядки заросли, надо прополоть, а то всё пропадёт.
Поехали. Я пропалывала шесть часов подряд, спина болела, ладони потерлились до мозолей. Сергей косил траву, чинил забор. Раиса Николаевна сидела в тени и поливала цветы из лейки. К вечеру сказала:
— Ой, какие вы молодцы! Как чисто стало! Приезжайте через неделю, огурцы надо будет подвязать.
Мы ездили через неделю, потом ещё через неделю, потом снова. Из четырёх выходных три мы проводили на даче. Я уже привыкла — вставать в семь утра, ехать полтора часа, работать до вечера и возвращаться домой без сил.
Однажды я предложила:
— Серёж, может, в эту субботу не поедем? Я устала, хочется просто дома отдохнуть.
Он посмотрел виновато:
— Но мама же просит. Ей правда тяжело одной. Давай ещё разок съездим, а потом отдохнём.
Поехали.
В июле началась клубника. Раиса Николаевна снова позвонила:
— Дети, ягода поспела! Приезжайте собирать!
Я собирала клубнику четыре часа, склонившись над грядками на коленях. Набрали восемь вёдер. Раиса Николаевна была в восторге:
— Ой, какой урожай! Надо варенье сварить. Оксаночка, поможешь?
Я помогла: мыла ягоды, варила, разливала по банкам. Стояла на кухне до одиннадцати вечера, уехали за полночь.
Через две недели поспели огурцы. Раиса Николаевна снова звонила. Я собирала, резала и мариновала огурцы, Сергей таскал банки в погреб. Вечером свекровь похвалила:
— Какие вы помощники! Без вас я бы не справилась!
Август прошёл в том же ритме: помидоры, перцы, кабачки. Каждые выходные мы проводили на даче. Я уже забыла, когда в последний раз отдыхала просто так.
В начале сентября приехала Вика — сестра Сергея, тридцать девять лет, живёт в соседнем городе, замужем, двое детей. Мы копали картошку, когда она вышла из машины и обняла мать:
— Мам, привет! Как дела? Ой, картошечка поспела!
Зашли в дом. Раиса Николаевна суетилась:
— Викуль, садись, я компот налью! Как внуки? Как Женя?
Я мыла руки на кухне, слушая, как они разговаривают и смеются. Сергей пошёл дальше копать. Через час Раиса Николаевна позвала меня:
— Оксана, помоги Вике банки в машину отнести. Я ей варенье даю, соленья.
Я вышла в сарай. Там стояли ящики с банками — клубничное варенье, огурцы, помидоры, кабачковая икра, компоты. Всё то, что я готовила всё лето. Раиса Николаевна говорила Вике:
— Вот это всё бери, доченька. Детям отвези, они же любят бабушкино.
Вика радовалась:
— Мам, ты такая молодец! Сама всё наварила!
Я стояла и наблюдала, как Вика грузит банки в багажник. Именно те банки, над которыми я стояла на кухне до одиннадцати вечера. Раиса Николаевна добавила:
— И картошки возьми мешка три, и лука, и моркови.
Вика уехала счастливая, машина была забита под завязку. Мы остались доковыривать огород. Вечером свекровь сказала:
— Спасибо вам, дети. Хорошо, что помогли. Викуле тяжело с двумя детьми, я её всегда поддерживаю.
В мае Раиса Николаевна снова позвонила:
— Серёжа, приезжайте, грядки копать надо.
Сергей посмотрел на меня с лёгким удивлением. Я ответила спокойно:
— Я не поеду.
— Как это не поедешь? — переспросил он, явно ошарашенный.
— Просто не поеду, — сказала я твердо. — Хочу провести время на даче, отдыхая, а не работая.
— Но маме же нужна помощь! — возразил он.
— Серёж, — я посмотрела ему в глаза, — весь прошлый год я каждый уикенд вкалывала на даче: полола, сажала, собирала урожай, варила заготовки. А осенью все банки и плоды увезла Вика. Даже кусочка варенья нам не досталось. Твоя мама ни разу не поблагодарила, ни разу не предложила помочь увезти. Всё — дочери.
Сергей растерялся, потерявся в словах:
— Ну… она же для внуков старалась…
— А я старалась для неё, — перебила я. — И благодарности — ноль. В этом году я еду на дачу отдыхать: загорать, читать, лежать в гамаке. Помогать огороду — нет.
В июне мы поехали на дачу. Раиса Николаевна встретила нас привычным энтузиазмом:
— Оксаночка, пойдём, грядки полоть!
— Нет, спасибо, — улыбнулась я. — Я лучше почитаю.
Достала книгу, устроилась в гамак под яблоней. Свекровь смотрела, недоуменно держа руки на бедрах. Сергей же с утра взялся за грядки один: копал, поливал, кряхтел, потел. А я читала и наслаждалась покоем. Вечером Раиса Николаевна обвинила меня:
— Оксана, как-то нехорошо выходит. Серёжа один работает.
— Он же ваш сын, пусть помогает маме, — спокойно сказала я. — А я отдыхаю.
Что изменилось после этого
Первые два приезда Сергей был раздражён: называл меня эгоисткой, говорил, что маме тяжело без моей помощи. Но на третий раз, когда он один таскал вёдра с водой в жару, а я сидела в тени с лимонадом, он неожиданно сказал:
— Слушай, а правда несправедливо получилось. Ты весь год работала, а Вика всё забрала.
Я кивнула, молча поддержав. Сергей задумался. Вечером он сказал матери:
— Мам, в этом году, если будет урожай, половину отдашь нам, половину Вике.
Раиса Николаевна возмутилась, но согласилась. Осенью мы увезли часть заготовок. Не всё, что заслужили, но хоть часть.
Я осознала главное: не стоит ждать благодарности от тех, кто привык получать бесплатно. Пока отдаёшь — будут брать. Когда остановишься — начнут уважать.
Вопросы на размышление
Должна ли невестка вкалывать на огороде свекрови бесплатно, или это всё-таки помощь семье?
Правильно ли отдавать весь урожай одному ребёнку, если трудились оба?
Можно ли назвать женщину эгоисткой, если она отказалась помогать после таких условий?
