Света объявилась в среду. Голос — бодрый, почти юношеский, будто мы снова студентки и впереди каникулы без забот.
— Ленка, тысячу лет не общались! У Игоря как раз отпуск, дети на каникулах. Может, махнём к вам на дачу на выходные? Шашлычок, банька, свежий воздух! Мы привезём настроение и компанию!
Я, как обычно, не заподозрила подвоха и легко согласилась. Загородный дом у нас с мужем давно обжит, гостей мы любим. В голове сразу нарисовались тёплые разговоры, смех, вечерние посиделки.
— Конечно, приезжайте! — ответила я без колебаний.
В пятницу вечером они действительно приехали. Света, её супруг Игорь — крупный мужчина килограммов под сто — и двое сыновей-подростков, четырнадцати и шестнадцати лет. Машина остановилась у ворот, вся компания выгрузилась. Я вышла встречать, ожидая привычную картину: пакеты с продуктами, мясо для мангала, напитки или хотя бы что-нибудь к чаю.
Но Света достала из багажника… один чемодан с вещами. И на этом всё.
— Уф, доехали! — радостно сказала она, чмокнув меня в щёку. — Лен, мы умираем от голода! Игорёк, неси вещи в гостевую.
К ужину я накрыла стол сама: запечённая курица, картофель, салаты. Всё исчезло минут за двадцать. Мальчишки ели с таким аппетитом, будто их не кормили неделю, Игорь активно налегал на закуски и интересовался, нет ли чего-нибудь покрепче чая. Муж молча принёс свою бутылку коньяка.
В субботу утром меня ждало неприятное открытие: холодильник оказался почти пустым. Исчезли сыр, колбаса, яйца, молоко. Семейство Светы плотно позавтракало, пока мы спали.
— Надо ехать в магазин, — процедил муж. — На обед пусто, а шашлык на вечер планировали, мяса нет.
Мы собрались в гипермаркет. Света тут же увязалась за нами.
— Я тоже поеду, — оживилась она. — Надо мальчишкам йогурты выбрать, они у меня абы что не едят.
В магазине Света чувствовала себя как дома.
— О, Игорь любит вот эту колбасу, возьми палку! — она уверенно бросала продукты в нашу тележку. — Детям лучше стейки из сёмги, свинину они не любят. И тортик возьмём, и фруктов побольше — черешню, абрикосы.
Тележка быстро наполнялась: рыба, колбасы, дорогие сыры, сладости. Я молчала, предполагая, что на кассе мы спокойно разделим покупки или она оплатит свою часть.
У кассы кассир пробивал внушительную гору продуктов. На экране высветилась сумма — три с половиной тысячи. Я уже достала карту, но посмотрела на Свету. Она стояла рядом и спокойно листала телефон.
— Свет, — сказала я вслух. — Сумма немаленькая. Давай разделим? Или вы оплатите то, что набрали — большая часть ведь ваша.
Света подняла глаза, изображая искреннее удивление. Посмотрела на меня, на кассира и снова на меня.
— Лен, ты чего? Мы же к вам в гости приехали! Хозяева угощают гостей. Да и с деньгами у нас сейчас не очень — на Турцию копим. Плюс бензин, дорога… Не мелочись, у тебя муж нормально зарабатывает.
В очереди стало неловко тихо. Муж сжал кулаки, покраснев от злости. Я молча расплатилась — устраивать сцену при посторонних не хотелось.
Вернувшись домой, Света весело распоряжалась, отправляя мужа разжигать мангал. Я разобрала продукты, а потом вышла к ним.
— Знаешь, — сказала я спокойно, — раз мы хозяева, значит, правила тоже наши. На этом праздник заканчивается.
— В каком смысле? — Света застыла с бокалом моего вина.
— В прямом. Если гости считают нормальным жить за чужой счёт, есть деликатесы и не вкладываться ни копейкой — они ошиблись адресом. Это не «всё включено». Собирайте вещи.
Скандал был громкий. Света кричала, что я предала дружбу, что выгоняю детей, что пожадничала еды. Через час они уехали, прихватив с собой недопитую бутылку вина и черешню.
Я заблокировала её везде. Эти три тысячи стали дорогой, но полезной платой — я наконец узнала настоящую цену нашей двадцатилетней дружбе.
Если разобрать ситуацию, это классический пример бытового паразитизма, прикрытого искажённым понятием гостеприимства.
Во-первых, здесь подмена понятий. Да, принято угощать гостей. Но гостей приглашают. А когда люди сами напрашиваются, да ещё всей семьёй и с ночёвкой, они перестают быть гостями и становятся постояльцами. Этикет прост: приезжаешь — привози продукты и участвуй в общем столе. Приехать с пустыми руками и требовать сёмгу — это не традиция, а хамство.
Во-вторых, откровенная эксплуатация ресурсов. Фраза про «копим на Турцию» многое объясняет. Свой бюджет они берегут за счёт чужого. Для таких людей друзья — это источник экономии, а не равные партнёры.
И, наконец, проверка границ. В магазине Света шаг за шагом смотрела, насколько далеко можно зайти. Молчание она приняла за согласие. А фраза на кассе была рассчитана на стыд и давление при людях.
Если гости, которые сами к вам напросились, начинают вести себя как в ресторане, где вы — спонсор и обслуживающий персонал, лавочку нужно закрывать сразу. Иногда лучше показаться жадной, чем быть удобной кормушкой для наглости.
А вам приходилось сталкиваться с такими «гостями»? Как вы ставили границы?
