Разговор о разводе у нас с Олегом случился на кухне, под монотонное жужжание старого холодильника. Он пришёл подготовленным: блокнот, ручка и уверенный вид человека, который собирается провернуть гениальную комбинацию.
— Лен, ну зачем нам эти суды? — начал он спокойно, разливая чай. — Юристы — дорого и муторно, нервы трепать. Мы же взрослые, разумные люди. Давай всё решим по-человечески. Я всё прикинул так, чтобы никто не остался в обиде.
Я насторожилась. Щедрость никогда не была его сильной стороной, зато считать в свою пользу он умел безупречно.
— Ну, слушаю, — сказала я, сложив руки на груди.
Он быстро набросал схему. Квадрат обозначал квартиру, кружок — машину, треугольник — дачу.
— Смотри, — заговорил он мягко, почти ласково. — У нас трёхкомнатная квартира. Там дети, школа, секции. Я ведь не изверг, не собираюсь вырывать их из привычной жизни. Поэтому, как заботливый отец, оставляю жильё тебе и детям.
Я кивнула. На первый взгляд — вполне разумно.
— А себе, — продолжил он, — заберу то, что тебе особо и не нужно. Машину — ты всё равно за рулём нервничаешь. И дачу. Там мужские руки нужны: баня недостроена, участок… тебе одной будет тяжело.
Он выдержал паузу, посмотрел честными глазами и подытожил:
— Честно и справедливо: тебе квартира (пусть и в ипотеке), мне — машина и дача. Разошлись без скандалов.
Я взяла листок. Снаружи предложение выглядело почти великодушным. Квартира — недвижимость, она всегда в цене. А он, вроде как, уходит с машиной и клочком земли.
Но я тоже умею считать. Профдеформация — я смотрю не на картинки, а на цифры.
— Дай ручку, — сказала я.
— Зачем? — он напрягся. — Тут же всё очевидно. Квартира стоит пятнадцать миллионов! А машина с дачей — ну максимум семь. Я тебе вдвое больше оставляю!
— Сейчас посмотрим, — ответила я и начала писать прямо поверх его схем.
-
Квартира. Рыночная стоимость — около 5 миллионов. Но остаток по ипотеке — 3 миллиона (кредит свежий, платили в основном проценты). Итог: чистая стоимость для меня — 2 миллиона. Бонусом — ежемесячный платёж в 20 тысяч, который я буду тянуть одна, с двумя детьми.
-
Имущество мужа. Машина — Toyota Camry, новая, в хорошей комплектации — минимум миллион. Кредит закрыт. Дача — участок в удачном месте плюс дом из бруса — не меньше 1,5 миллиона. Долгов нет. Итого: чистый актив — 2,5 миллиона.
Я подняла глаза.
— Олег, ты плохо считаешь или считаешь меня наивной?
— В каком смысле? — он начал наливаться краской.
— В самом прямом. Ты предлагаешь мне актив на два миллиона с серьёзным долговым грузом, который может меня задавить. А себе забираешь чистые, ликвидные 2,5 миллиона — без обязательств, которые можно завтра продать и спокойно жить. И это ты называешь честным разделом?
— Ты меркантильная! — взорвался он, как всегда. — Я детям крышу над головой оставляю! Думаю о будущем! А ты копейки высчитываешь! Да и как ты вообще будешь платить ипотеку, если мы квартиру продадим и поделим деньги? Тебе же ни на что не хватит!
— Хватит или нет — решать мне, — спокойно сказала я. — Но оплачивать твою комфортную жизнь я не собираюсь. Есть два варианта. Либо делим всё поровну: и долги, и имущество. Либо ты забираешь квартиру с ипотекой, а мне отдаёшь машину и дачу.
Олег поперхнулся чаем.
— Мне квартира с долгом не нужна! Я без денег останусь!
— А мне, значит, с детьми — нормально?
Мы пошли в суд. Его адвокат доказывал, что машина нужна для работы, а дача — «единственное место отдыха». Но судья считать умел не хуже меня. В итоге: машину и дачу оценили, половину их стоимости Олег выплатил мне (для этого пришлось продать его любимую машину). Квартира осталась в долевой собственности, а ипотечные платежи теперь он обязан вносить наравне со мной.
«Заботливый отец» оказался обычным хитрецом, который хотел избавиться от долгов и уйти с активами. Не получилось.
Теперь разберём саму схему — это одна из самых распространённых ловушек при разводе.
-
Подмена понятий «цена» и «реальная ценность». Муж оперирует полной стоимостью квартиры, игнорируя ипотеку. Но квартира с обременением — это пассив, который требует постоянных вливаний. А машина и дача без долгов — чистый актив.
-
Манипуляция детьми. Фраза «оставляю квартиру детям» звучит красиво. Но по факту жильё принадлежит банку. Если женщина не справится с платежами (а это нередко, особенно при заниженных алиментах), квартиру просто заберут. Всё «благородство» — иллюзия.
-
Давление страхом. Он рассчитывал, что страх перемен и мысль «куда я пойду с детьми» заставят меня согласиться. Многие так и делают. А потом остаются с неподъёмной ипотекой и без возможности продать активы, которые уже ушли бывшему мужу.
При разделе имущества нужно выключать эмоции и включать калькулятор. Честно — это не красивые стены, а равное деление и доходов, и долгов. Никогда не берите на себя чужую ипотеку в обмен на чью-то свободу.
А вам предлагали такие «благородные» схемы, от которых одновременно хочется и смеяться, и плакать?
