Мы уже переписывались две недели. Андрей оказался из тех редких людей, с которыми приятно общаться. Никаких намёков, попыток казаться лучше, чем он есть, или искусственных ухищрений. Мужчине было пятьдесят два года, он разведен, у него двое взрослых детей и работа в строительной сфере. Серьёзный, с чувством юмора, начитанный. Когда он предложил встретиться, я согласилась сразу, не раздумывая.
Затем пришло сообщение, которое сразу расставило все точки: «Слушай, давай сразу договоримся — я за девушек на свиданиях не плачу. Это мой принцип, надеюсь, ты нормально к этому относишься».
И знаете, я восприняла это спокойно. Более того, честность вызывала уважение. Гораздо лучше сразу узнать об этом, чем сидеть потом в ресторане и гадать, кто кому сколько должен. Я написала: «Окей, без проблем. Тогда увидимся в субботу».
Но позже меня посетила мысль.
Эксперимент, который напрашивался сам
Утром субботы я проснулась раньше обычного. Мне сорок шесть лет, и я знаю, сколько времени нужно, чтобы выглядеть «презентабельно». Открыла шкаф и привычно достала чёрное платье — проверенный вариант, скрывающий все недостатки. Потом подошла к полке с косметикой: тональный крем, консилер, палетка теней, тушь, помада, корректор… Всё стандартно для свидания в мои годы.
И тут меня осенило.
Зачем это всё?
Если мы строим отношения на равных, если каждый сам платит за себя, если никто никому ничего не должен — почему я должна тратить два часа на подготовку? Почему я должна выглядеть как модель с обложки, когда Андрей, скорее всего, придёт в джинсах и свитере, потратив на сборы пятнадцать минут?
Я решила провести эксперимент. Честный и до конца.
Натянула любимые джинсы, мягкий серый свитер, в котором всегда чувствую себя собой. Волосы собрала в обычный хвост, как дома. Без макияжа, без каблуков. Просто я. Самая настоящая, без фильтров и декораций.
Смотря на себя в зеркало, я почувствовала странность. Не плохо, а именно странно. Привычно видеть себя «подготовленной» перед выходом. А теперь — обычная девушка, идущая встретиться с другом или за продуктами. «Ну что ж, посмотрим, что из этого выйдет», — подумала я.
Кафе, где стало всё ясно
Андрей уже сидел за столиком, когда я вошла. Увидев меня, помахал рукой и улыбнулся. Я подсела, мы обнялись — так, как обнимаются знакомые при встрече. Всё было нормально.
Первые двадцать минут мы просто болтали. Обсуждали погоду, новый сериал, его недавний поход. Он рассказывал с юмором и интересом. Я даже подумала, что зря волновалась — вечер складывается отлично.
Потом он замолчал на полуслове, посмотрел на меня оценивающе и спросил:
— Слушай, а ты… так сказать… не очень подготовилась к встрече?
Я не сразу поняла, о чём речь.
— В смысле?
— Ну, на фото ты выглядела… яркой, ухоженной. Помнишь фотки? Красное платье, макияж. А сейчас… — он замялся. — Сейчас ощущение, будто ты просто зашла в магазин.
Я улыбнулась, потому что поняла: эксперимент удался ровно так, как планировала.
— Андрей, — спокойно сказала я, — а ты помнишь, что написал про счёт?
Он кивнул, немного напрягшись.
— Помню. И что?
— То, что ты предложил равенство. Каждый сам за себя, верно? Никаких обязанностей, никаких ролей, никаких ожиданий. Ты — самостоятельный мужчина, я — самостоятельная женщина.
— Ну да, — согласился он. — И в чём проблема?
— Проблемы нет. Просто подумала: если мы на равных, почему равенство касается только денег? Ты пришёл в джинсах, свитере, без подготовки, как тебе удобно. Я пришла так же. Разве это не справедливо?
Андрей открыл рот, закрыл, открыл снова.
— Но это же… разные вещи, — начал он неуверенно.
— Почему разные? — наклонилась я. — Объясни.
Арифметика, о которой не принято говорить
Он попытался: говорил о традициях, женской природе, мол, женщинам нравится выглядеть красиво. Я слушала и кивала.
— Смотри, — продолжила я. — Красивые волосы, ухоженная кожа, маникюр, одежда, обувь. А ещё — время, силы, деньги.
О естественной красоте говорят те, кто никогда не считал, сколько стоит поддерживать ухоженный вид.
— Понимаешь, о чём я? — спросила я. — Мужчина говорит «равенство», подразумевая «не плачу за ужин». Но при этом он ожидает увидеть перед собой ухоженную, яркую женщину. Только теперь всё это бесплатно — время, деньги, усилия.
— Но ведь… вам же это нравится? — попытался возразить Андрей. — Девушки любят наряжаться.
Я рассмеялась, искренне, без злобы.
— Да, мне приятно быть красивой. Но ещё приятнее — быть собой. Спать лишний час вместо укладки, не переживать о туши или ногтях, носить удобную обувь, а не ту, что красива.
Он смотрел на меня как на странного человека.
Правда, которую тяжело принять
Мы посидели минут сорок, поговорили о работе и летних планах. Атмосфера изменилась: он растерянный, я задумчивая.
Когда время расходиться подошло, счёт разделили пополам. Он оплатил свой салат и кофе, я — свои. Честно, по-равному.
Попрощались вежливо. Он сказал, что приятно познакомиться. Я ответила тем же. Больше мы не переписывались.
И знаете, я не жалею. Эксперимент многое прояснил — и про Андрея, и про современное общество.
Мы живём в странное время. Все говорят о равенстве, независимости, партнёрстве. Мужчины хотят рядом самодостаточную женщину, которая сама за себя платит и не требует финансовой поддержки. Это нормально.
Но требования к женщинам остались прежними. Более того, выросли. Она должна выглядеть идеально, зарабатывать, строить карьеру, развиваться, быть интересной — и при этом выглядеть как модель с обложки.
Если она приходит на свидание в удобной одежде, без макияжа — мужчина недоумевает: «Ты что, не подготовилась?»
Вопрос, на который каждый отвечает сам
Я много думала о равенстве. Настоящее равенство — не только делить счёт, а вкладываться одинаково: временем, усилиями, вниманием, заботой.
Если мужчина не хочет платить за ужин — я уважаю выбор. Но тогда он не имеет права ожидать, что женщина тратит часы на подготовку.
Если мы на равных — значит во всём. Без двойных стандартов. Без удивления, что женщина пришла в джинсах и кроссовках, а не в платье и каблуках.
Я не против равенства. Я только за. Но равенство начинается с честности: по отношению к себе и друг к другу. С понимания, что красота требует ресурсов.
Сейчас, спустя время, я вижу людей в соцсетях, спорящих на эту тему. Одни кричат: «Мужчина должен!» Другие: «Женщины меркантильные!» И все правы и одновременно нет.
Суть не в том, кто платит. Суть — на каких ценностях строятся отношения, на какой честности.
Андрей хотел равенства — и получил его. Настоящее. Просто оно оказалось не таким, как он себе представлял.
А вы как думаете: где граница между справедливостью и взаимной заботой? Между независимостью и теплотой? Между равенством на бумаге и в жизни? Я до сих пор ищу этот ответ.
