Светлана сидела на кухне, уткнувшись в листок с записями, и в который раз перепроверяла список гостей. По её подсчётам выходило тринадцать человек: мама с папой, брат Павел с Олей, сестра Наташа с Игорем, золовка Катя с мужем Димой и двумя детьми, ну и они сами втроём.
Решили заранее договориться и собрать по полторы тысячи с каждого. В сумме получалось пятнадцать тысяч — вполне достаточно, чтобы устроить хороший праздник. В меню значились красная икра, поджаренные стейки форели, мясная нарезка, несколько салатов, горячее блюдо, фрукты, сладости, торт и напитки.
Светлана трудилась бухгалтером и привыкла всё просчитывать до мелочей. Она заранее составила подробную смету, распределила расходы и почти неделю бегала по магазинам, подлавливая скидки и акции.
В общем семейном чате все подтвердили участие. Катя, сестра Сергея, тоже отписалась: «Да, по 1,5 тысячи с нас, без проблем. Сдадим 31 декабря», добавив улыбающийся смайлик. Света тогда спокойно выдохнула — значит, договорённость есть.
Двадцать девятого декабря она закупила основные продукты. На следующий вечер нарезала салаты — оливье, селёдку под шубой, мимозу, замариновала мясо и рыбу. В последний день года с утра запекала мясо, варила картофель и жарила стейки.
К восьми вечера всё было готово. Белоснежная скатерть, аккуратные тарелки, салаты в стеклянных мисках, икра в маленькой вазочке, форель на блюде, мясная нарезка, выложенная веером, фрукты аккуратной горкой — стол выглядел по-настоящему празднично.
Гости начали собираться. Сначала пришли родители Светланы, затем брат с женой, потом сестра с мужем. Все принесли небольшие подарки и сладости.
— Светочка, какая ты умница, — мама обняла дочь. — Так красиво всё приготовила.
— Мы же все вместе скидывались, — ответила Светлана. — Общими силами.
К десяти вечера были уже все, кроме Кати с семьёй. Сергей набрал сестру.
— Катя, вы где? Все уже здесь.
— Уже едем, чуть задержались.
В половине одиннадцатого прозвенел звонок в дверь. Сергей открыл — на пороге стояли Катя, Дима и двое детей. Без пакетов, без коробок — налегке.
— Привет, родные! — широко улыбнулась золовка.
Раздевшись, дети тут же рванули к столу.
— Ого, икра! — радостно воскликнул Артём.
Катя подошла к Светлане, обняла её и тихо сказала:
— Свет, прости, у нас сейчас совсем тяжело с деньгами. Не сможем скинуться на стол. Но ведь у вас уже всё готово, да?
Света на мгновение застыла. Они должны были принести шесть тысяч за четверых.
— Катя, но ты же сама подтверждала в чате…
— Ну да, думала получится. Не вышло. Ты же не выгонишь родных?
Светлана бросила взгляд на мужа. Сергей стоял в прихожей и виновато опустил глаза.
— Конечно, не выгоню, — спокойно сказала она. — Проходите.
Гости переглянулись. Павел нахмурился, Наташа удивлённо подняла брови, но все промолчали — праздник всё-таки.
За столом дети Кати сразу схватились за ложки и начали накладывать икру большими порциями.
— Мальчики, поаккуратнее, — попробовала остановить их Светлана.
— Да пусть едят, — отмахнулась Катя. — Они икру любят, редко покупаем.
Редко — зато в гостях не стесняются. Дима положил себе сразу два куска форели.
— Отличная рыба, — довольно заметил он.
Светлана лишь молча смотрела, как блюдо пустеет. Катя тем временем накладывала себе салаты из каждой миски.
— Как вкусно, Света, ты просто золото, — хвалила она.
Павел наблюдал за происходящим, и лицо его становилось всё мрачнее. К одиннадцати вечера Света уже примерно подсчитала: четверо «бесплатных» гостей съели почти треть стола. Икры почти не осталось, форель закончилась полностью, оливье ушло наполовину, мясная нарезка — тоже.
Павел, заметно захмелев, поднялся из-за стола и посмотрел на Катю.
— Катя, а почему вы деньги на стол не сдали?
За столом повисла тишина. Катя положила вилку и удивлённо распахнула глаза.
— Паш, мы же родственники. Просто посидеть пришли. Ну так вышло.
— Но все сдавали по полторы тысячи. А вас четверо. Это шесть тысяч.
— У нас сейчас нет такой возможности, — вмешался Дима. — Мы же не чужие.
— Не чужие, — усмехнулся Павел. — Ипотека у вас меньше, чем у Светы, машина новая. А денег нет?
— У нас дети! — вспыхнула Катя. — Расходы большие.
— У всех дети. Но скинулись все. Кроме вас.
Мама Светланы покраснела, отец уставился в тарелку, Наташа с мужем молчали, Сергей сидел с виноватым видом.
Светлана медленно встала из-за стола, чувствуя, что этот вечер запомнится надолго.
— Павел, давай не сейчас, — тихо сказала Светлана. — Всё-таки праздник.
— Именно за этим столом, за который заплатили все, кроме особо находчивых родственников, — не унимался брат.
Катя резко поднялась со стула.
— Всё ясно. Значит, мы тут лишние. Дима, дети, собираемся.
— Кать, подожди, — Сергей попытался её остановить. — Ну зачем так…
— Нет. Раз нас тут считают нахлебниками, мы уйдём.
Они быстро прошли в прихожую, надели куртки и обувь и вышли. Дверь громко хлопнула.
В комнате повисло тяжёлое молчание. Спустя пару секунд отец Светланы неловко кашлянул.
— И правильно, что ушли. Совсем обнаглели.
Куранты встретили без прежнего настроения. Формально поздравили друг друга, посидели ещё около часа и начали расходиться.
В квартире остались только Светлана, Сергей и сын. Женщина стала убирать со стола, машинально складывая тарелки. Она смотрела на почти пустые блюда и чувствовала, как внутри поднимается обида. Еды почти не осталось, а ведь она рассчитывала, что хватит ещё и на первое, и на второе января.
Сергей подошёл ближе.
— Свет, прости… Это всё-таки моя сестра. Мне неловко было требовать с неё деньги.
Светлана резко повернулась к нему.
— А им, значит, совсем не неловко? — спокойно, но жёстко сказала она. — Шесть тысяч они сэкономили. За наш счёт.
— Может, у них правда сейчас тяжело с деньгами…
— Тяжело? — она усмехнулась. — Машина новее нашей, телефоны последние, отпуск каждый год на море. И при этом «нет денег»?
Сергей опустил взгляд.
— Я не знаю, что сказать…
— И не надо. Надо было сразу обозначить условия: либо платите, либо не приходите.
Светлане вспомнились другие семейные праздники. День рождения Сергея весной — все пришли с подарками, а Катя с семьёй принесла дешёвый торт и сами же его съели. Пасха у родителей мужа — все несли куличи и угощения, а Катя снова появилась с пустыми руками и радостно ела чужое.
Так было всегда. Каждый праздник — одно и то же. Они приходят налегке и уходят довольные. А она готовит, тратит деньги, считает каждую копейку и молчит, потому что «родственники» и «неудобно».
Но сегодня, глядя на опустевший стол, Светлана вдруг ясно поняла: достаточно. Больше ни одного общего застолья без предоплаты. Хоть сто раз родня.
— Серёж, — она посмотрела на мужа. — Никаких праздников с твоей сестрой. Только если деньги заранее.
— Света, она же обидится…
— Пусть. Я не бесплатная столовая. Хватит кормить тех, кто привык жить за чужой счёт.
Сергей кивнул. Спорить он не стал — потому что понимал, что жена права.
Первого января Катя написала Светлане сообщение: «Спасибо за праздник, всё было очень вкусно. Жаль, что Павел так некрасиво себя повёл».
Светлана прочитала, молча удалила сообщение и заблокировала номер золовки.
Сергей удивлённо посмотрел на неё.
— Ты серьёзно?
— Более чем. Пусть ищет других, кого можно объедать бесплатно.
Через неделю Катя позвонила Сергею. Жалобно рассказывала, что Света её заблокировала, просила «не ссориться».
— Катя, — спокойно сказал Сергей, — переведи деньги за праздник. Шесть тысяч.
— Ты что, с ума сошёл? Какие деньги? Всё уже прошло!
— Прошло. Но вы съели ровно на эту сумму. Верни — и вопросов не будет.
— Серёж, я твоя сестра!
— Сестра, которая привыкла жить за чужой счёт. Хочешь нормально общаться — закрой долг.
Катя бросила трубку и больше не звонила.
Светлана была спокойна. Она наконец поняла главное: те, кто постоянно пользуется чужой щедростью, — не близкие, а нахлебники, просто прикрывающиеся родством. И кормить их дальше она не собирается.
Теперь она больше не будет молчать из-за неловкости. Не участвовал в общем бюджете — значит, не приходи. Всё просто и честно.
Так для неё закончился этот Новый год. С ясным пониманием, что родственные связи — не повод для наглости, а слово «нет» близким людям говорить не только можно, но и необходимо.
— Павел, давай не сейчас, — тихо сказала Светлана. — Всё-таки праздник.
— Именно за этим столом, за который заплатили все, кроме особо находчивых родственников, — не унимался брат.
Катя резко поднялась со стула.
— Всё ясно. Значит, мы тут лишние. Дима, дети, собираемся.
— Кать, подожди, — Сергей попытался её остановить. — Ну зачем так…
— Нет. Раз нас тут считают нахлебниками, мы уйдём.
Они быстро прошли в прихожую, надели куртки и обувь и вышли. Дверь громко хлопнула.
В комнате повисло тяжёлое молчание. Спустя пару секунд отец Светланы неловко кашлянул.
— И правильно, что ушли. Совсем обнаглели.
Куранты встретили без прежнего настроения. Формально поздравили друг друга, посидели ещё около часа и начали расходиться.
В квартире остались только Светлана, Сергей и сын. Женщина стала убирать со стола, машинально складывая тарелки. Она смотрела на почти пустые блюда и чувствовала, как внутри поднимается обида. Еды почти не осталось, а ведь она рассчитывала, что хватит ещё и на первое, и на второе января.
Сергей подошёл ближе.
— Свет, прости… Это всё-таки моя сестра. Мне неловко было требовать с неё деньги.
Светлана резко повернулась к нему.
— А им, значит, совсем не неловко? — спокойно, но жёстко сказала она. — Шесть тысяч они сэкономили. За наш счёт.
— Может, у них правда сейчас тяжело с деньгами…
— Тяжело? — она усмехнулась. — Машина новее нашей, телефоны последние, отпуск каждый год на море. И при этом «нет денег»?
Сергей опустил взгляд.
— Я не знаю, что сказать…
— И не надо. Надо было сразу обозначить условия: либо платите, либо не приходите.
Светлане вспомнились другие семейные праздники. День рождения Сергея весной — все пришли с подарками, а Катя с семьёй принесла дешёвый торт и сами же его съели. Пасха у родителей мужа — все несли куличи и угощения, а Катя снова появилась с пустыми руками и радостно ела чужое.
Так было всегда. Каждый праздник — одно и то же. Они приходят налегке и уходят довольные. А она готовит, тратит деньги, считает каждую копейку и молчит, потому что «родственники» и «неудобно».
Но сегодня, глядя на опустевший стол, Светлана вдруг ясно поняла: достаточно. Больше ни одного общего застолья без предоплаты. Хоть сто раз родня.
— Серёж, — она посмотрела на мужа. — Никаких праздников с твоей сестрой. Только если деньги заранее.
— Света, она же обидится…
— Пусть. Я не бесплатная столовая. Хватит кормить тех, кто привык жить за чужой счёт.
Сергей кивнул. Спорить он не стал — потому что понимал, что жена права.
Первого января Катя написала Светлане сообщение: «Спасибо за праздник, всё было очень вкусно. Жаль, что Павел так некрасиво себя повёл».
Светлана прочитала, молча удалила сообщение и заблокировала номер золовки.
Сергей удивлённо посмотрел на неё.
— Ты серьёзно?
— Более чем. Пусть ищет других, кого можно объедать бесплатно.
Через неделю Катя позвонила Сергею. Жалобно рассказывала, что Света её заблокировала, просила «не ссориться».
— Катя, — спокойно сказал Сергей, — переведи деньги за праздник. Шесть тысяч.
— Ты что, с ума сошёл? Какие деньги? Всё уже прошло!
— Прошло. Но вы съели ровно на эту сумму. Верни — и вопросов не будет.
— Серёж, я твоя сестра!
— Сестра, которая привыкла жить за чужой счёт. Хочешь нормально общаться — закрой долг.
Катя бросила трубку и больше не звонила.
Светлана была спокойна. Она наконец поняла главное: те, кто постоянно пользуется чужой щедростью, — не близкие, а нахлебники, просто прикрывающиеся родством. И кормить их дальше она не собирается.
Теперь она больше не будет молчать из-за неловкости. Не участвовал в общем бюджете — значит, не приходи. Всё просто и честно.
Так для неё закончился этот Новый год. С ясным пониманием, что родственные связи — не повод для наглости, а слово «нет» близким людям говорить не только можно, но и необходимо.
