Татьяна почти не смыкала глаз двое суток подряд. Рабочая поездка затянулась, переговоры шли тяжело и выматывали, а мысли снова и снова уносились домой. Свекровь лежала в больнице после инсульта, врачи осторожничали с прогнозами, а Игорь, её муж, звонил каждый вечер и повторял одно и то же:
— Не волнуйся, я рядом. Всё держу под контролем.
Она ему верила. За пятнадцать лет брака Игорь ни разу не подвёл: надёжный, уравновешенный, немного закрытый — таким он был всегда, и именно это внушало спокойствие.
Поезд прибыл на вокзал ранним утром. Серое здание, запах свежего кофе и холодного железа. Татьяна мысленно выстраивала маршрут: такси, больница, палата. Она торопилась и потому сначала решила, что это просто усталость играет с её восприятием.
На противоположной стороне перрона она увидела Игоря.
Он стоял спиной — в своей тёмной куртке, с дорожной сумкой, которую обычно брал в поездки. Сердце резко забилось быстрее: странно, ведь он должен был быть у матери. Татьяна уже шагнула вперёд, собираясь окликнуть его.
И тут заметила, что он не один.
Рядом стояла женщина — молодая, слишком близко. Она держала Игоря за рукав, что-то тихо говорила, а он улыбался. Не той нейтральной улыбкой для знакомых, а мягкой, тёплой, почти домашней. Такой улыбкой он когда-то смотрел на Татьяну.
Всё вокруг будто замерло. Шум вокзала исчез, люди растворились. Осталась только эта сцена — как плохо разыгранный спектакль, в который она попала случайно.
Татьяна не подошла ближе. Не закричала. Не устроила истерику. Она просто стояла и смотрела, как муж обнимает женщину на прощание, как забирает у неё маленький чемодан и целует в висок.
А потом Игорь обернулся — и их взгляды встретились.
Он побледнел мгновенно. Улыбка исчезла, лицо стало чужим и растерянным. Он шагнул к Татьяне, открыл рот… но слова не пришли.
— Ты говорил, что ты с мамой, — спокойно сказала она. Собственный голос удивил её ровностью.
— Таня… я всё объясню, — наконец выдавил он.
Она кивнула.
— Конечно. Только не здесь.
Они сели в пустом зале ожидания. Та женщина осталась на перроне — Татьяна даже не взглянула в её сторону. Все вопросы вдруг сжались в один: как давно?
Игорь говорил долго и сбивчиво. Про одиночество. Про усталость. Про то, что «так вышло». Про то, что мать действительно в больнице, но сегодня к ней приходила сиделка. Про то, что он не хотел тревожить Татьяну «в такой момент».
Она слушала молча — без слёз и без крика. Внутри что-то окончательно и тихо стало на своё место.
— Знаешь, — сказала она, когда он замолчал, — самое страшное даже не в том, что у тебя есть другая. Самое страшное — что ты выбрал ложь именно тогда, когда я верила тебе больше всего.
Он потянулся к её руке, но она мягко отстранилась.
Через час Татьяна уже была в больнице. Свекровь спала. Татьяна сидела рядом и вдруг поняла, что чувствует не злость и не боль, а странное облегчение. Будто жизнь сама вырвала её из иллюзии — резко, на вокзале, без предупреждений.
Через месяц она съехала. Спокойно, без скандалов и объяснений. Игорь писал, звонил, просил встретиться и поговорить. Она отвечала редко и коротко.
Иногда судьба не кричит и не предупреждает. Она просто ставит тебя в нужное место в нужное время и показывает правду. А дальше выбор — только твой.
Татьяна его сделала.
